Глупо было надеяться на то, что он погибнет от взрыва, машину, можно сказать, даже не покорёжило. Также не особо веря в успех, я попробовал пробраться жучком внутрь, но тот сразу же сгорел в защитном поле.
В следующего маленького диверсанта я влил значительно больше энергии и использовал его как сканер.
Увиденное не обрадовало. Внедорожник питался от средней жемчужины ветра, также там присутствовали и малые всех стихий, именно они поддерживали защитные чары. Более того, внутри находились четверо, и, похоже, все они были серьёзными магами и в данный момент активно колдовали. И наружу, естественно, не вылезали.
Эх! Будь у нас хотя бы минут пятнадцать, мы спокойно перебили бы уже немногочисленных выживших, а потом нашли способ выковырять и этих. Но именно времени у нас и не было: подкрепление с завода уже наверняка выдвинулось.
Из леса с другой стороны дороги вылетела ещё одна ракета и угодила в машину, за которой спрятались сразу несколько боевиков. После этого остальные окончательно залегли и выстрелы почти прекратились.
Чтобы немного прикрыть наших, я потратил ещё двадцать секунд и ликвидировал двух занявших удобные позиции противников. После чего снова вернулся к Медведю.
Нет, так не пробиться. Нужен ход конём. И он у меня есть.
— Прикройте, — бросил я через плечо, а сам приподнялся и, согнувшись, перебежал к растущему метрах в четырёх впереди толстому дереву.
Мое движение заметили, и пули засвистели совсем рядом. Наши открыли огонь в ответ, и стрельба снова утихла.
В моем кулаке появилась малая жемчужина огня, и в следующий миг сквозь пальцы полилось оранжевое сияние — это я, не жалея сил, напитывал её энергией из своего резервуара.
— Едут! — крикнул Рыбак, и действительно со стороны завода послышался приближающийся рев двигателей.
Успею!
Жемчужина уже раскалилась, и от боли я едва не заорал. Достаточно!
Мой маленький жучок уже давно занял нужную позицию и указывал точку, в которую я должен попасть. Я сконцентрировался и, выплеснув практически всю оставшуюся энергию, связал горящую в руке жемчужину и метку.
Пора!
— Всем закрыть глаза! — крикнул я в рацию и вышел из-за дерева.
Мои веки были прикрыты, но я чётко видел энергетическую линию и, коротко размахнувшись, швырнул вдоль неё жемчужину.
Раздалась очередь, и одна из пуль чиркнула мне по щеке. Не будь воздушного щита, попала бы в нос. Я спешно спрятался за ствол, и в тот же миг ночь в лесу сменилась днём. Это наведённая жучком и напитанная под завязку жемчужина огня пробила днище перевёрнутой машины и столкнулась со средней жемчужиной воздуха.
Я призвал ещё одного жука и убедился, что на месте внедорожника зияет огромная яма, а его куски разлетелись по всему лесу.
— Подтверждаю уничтожение цели! — закричала рация голосом радостного Феникса. — Там никто не мог выжить. Уходим!
Последняя ракета унеслась навстречу приближающимся машинам, а я под прикрытием своих рванул в лес.
— Ну вы даёте, ваше благородие! — метров через двадцать догнал меня Рыбак. — У вас, кстати, кусочка уха не хватает!
— Отрастёт! — махнул рукой я и обернулся к нашему третьему спутнику. — ЛОЖИСЬ!!!
Только великолепная реакция и святая вера в меня спасли Топору жизнь.
Он рухнул, а светящееся копьё, пущенное мелькнувшей между деревьев фигурой, пробило ему плечо, а не сердце.
— На, сука!
Рыбак тут же развернулся и, выхватив ТТ, стал палить в темноту.
В ответ оттуда вылетел сгусток пламени и, попав бородачу в грудь, швырнул его на землю.
Следующий огненный шар летел уже в меня, но и я уже прыгал в сторону. Плечо всё же зацепило, но зачарованная броня погасила львиную часть урона, и меня просто немного толкнуло и обожгло.
Я вскочил на ноги и одновременно обновил щит. После чего, оставляя раненых друзей за спиной, двинул туда, где среди деревьев кралась тень.
— Ты убил моих людей, — раздался полный ненависти голос, а следом появился и сам Медведь.
Огромный меч в его руке вспыхнул, и в его свете я увидел красного, практически голого, покрытого волдырями здоровенного мужика.
«Это сколько ты маны на обезболивание тратишь», — мелькнуло у меня в голове, а потом я бросил первую сосульку.
* * *
Медведь не сомневался, что всё это устроил ублюдок Феникс, поэтому он хотел взять его шавок живыми и, медленно спуская с них кожу, хорошенько допросить.
Но уже спустя десять секунд боя он понял, что противостоящий ему молокосос далеко не так прост.
Пусть он не так умело защищался мечом, но компенсировал свою уязвимость усилением тела и при этом постоянно атаковал, причём всеми видами магии.
Магические барьеры Медведя выдерживали попадания, но, получив очередной удар, на этот раз каменным шипом, он вдруг понял, что они слетели.
«Какого хрена⁈ — пронеслось в голове взбешённого мужчины. — Оставалась же ещё мана!»
Он очередной раз махнул мечом, но юнец снова успел отскочить и приготовился к атаке. В попытке поставить щит Медведь зачерпнул энергию, и тут же от боли у него перед глазами пошли круги.
«Да какого хрена творится⁈» — практически вслепую он отскочил в сторону и, уже не подумывая об атаке, попытался прощупать свое энергетическое тело и понять, что происходит.
— Маны нет? — издевательски спросил мелкий ублюдок. — Эх… жаль, нет времени поболтать с тобой нормально…
Левую кисть молокососа окутало оранжевое сияние, и Медведь в последней попытке достать его прыгнул вперед.
Сверкнуло и…
* * *
Коронный микро-огненный шар сорвался с пальцев и пробил сердце противнику.
Тело ещё не коснулось земли, а я уже склонился над Рыбаком. Фух! Выдержали чары, которые я наложил на его броню. Да, крокодиловый костюм прожгло, и от болевого шока союзник вырубился, но был жив.
Я выпил ударную дозу восстанавливающих зелий, зажал все жемчужины, что смог, в руках и двумя заклинаниями привёл бородача в чувство. Едва он открыл глаза, я побежал к Топору.
Слава мне! И он ещё жив. Хотя копьё, которым его пронзило, было заряжено электричеством и, помимо самой раны, оглушило савинца.
— Рыбак, если можешь, помоги! — крикнул я и, выдернув копьё, приступил к лечению на остатки маны.
А осталась она у меня по одной простой причине. В бою с Медведем я применил магию тени, одну из самых малоизученных и практически запрещенную в моём мире.
Собственно, там её в основном и использовали, для того чтобы высосать из кого-то лишнюю энергию. Это я провернул и сейчас.
Щиты Медведя были значительно сильнее моих атак, но каждая из них высасывала из него энергию и часть её передавала мне. А потом, когда его резервуар опустел, он сдуру зачерпнул ещё и снял с себя заклятие, блокирующее боль от ожогов.
Только сейчас я осознал, насколько близко прошёл по краю обрыва, и, если бы моя импровизация в комбинировании магий не сработала, скорее всего, сейчас я был бы мертв.
— Очухался! — радостно выдохнул Рыбак, которого самого ощутимо качало.
— Что это было? — прохрипел Топор.
— Медведь, — ответил я, вливая в рот бойцу Милину настойку. — Вот вам по две жемчужины. У вас есть пять минут, чтобы снова научиться ходить.
Раздав ценные указания, я взял снайперскую винтовку и, улегшись на землю, стал следить за лесом на случай, если нас решит догнать кто-то ещё.
* * *
— У нас большая проблема!
Вот первое, что Свят услышал, зайдя на кухню.
— А пятнадцать минут она не подождёт⁈ — Помощник барона потянулся к полке с посудой.
— Я тебе сделала уже. — Катя сунула ему в одну руку горячую кружку, а в другую большой кусок пирога с яйцом. — Идём!
— Ты что там, тетрис на компьютере пройти не можешь?
— По тетрису я в университете непобиваемый рекорд поставила. А у нас проблема с пшеницей!
Последняя фраза взволновала Свята. Он перестал ломаться и, на ходу жуя пирожок, поспешил за Катей.
