воспринимались теми, кто считал себя турками, и теми, кто был исключен, включая армян, дёнме, греков, евреев, курдов и религиозных мусульман.
Несмотря на усилия Ататюрка по искоренению прошлого Турции, оно никуда не делось. Предполагаемые политические заговоры бывших союзников по Комитету «Единение и прогресс» и серия восстаний религиозных мусульман и курдов опровергли утверждение о том, что каждый в стране был счастлив называть себя светским турком, преданным однопартийному этнонационалистическому государству Ататюрка. Он приказал повесить двух самых влиятельных оставшихся в живых членов центрального комитета «Единение и прогресс», доктора Назыма и Мех-меда Джавида, после показательного процесса в 1926 г. Десятки мусульман, отказавшихся носить шляпу с полями, которая мешала молиться, были казнены. Когда суфии, призывавшие к возвращению шариата и халифата, убили солдата в Менемене близ Измира в 1930 г., почти три десятка религиозных мусульман были повешены в качестве наказания, а офицер стал мучеником за новую светскую республику. Армянский священник сказал курду: «Мы были для них завтраком, ты будешь обедом. Не забывай»[1214].
Действительно, всего через десять лет после геноцида армян курдские восстания, подобные восстанию шейха Саида в 1925 г., оказались безжалостно подавлены.
В 1930 г., во время курдского восстания, министр юстиции Махмут Эсат заявил: «Турок – хозяин этой страны. Все те, кто не являются чистокровными турками, имеют только одно право на турецкой родине: право быть слугами, право быть рабами»[1215]. Одна из полудюжины приемных дочерей-сирот Ататюрка, армянка Сабиха Гёкчен, первая женщина-пилот Турции и первая в мире женщина-пилот истребителя, бомбила мирных курдов с неба во время резни десятков тысяч курдов в Дерсиме (переименованном в Тунджели, что означает «бронзовая рука») в 1938 г., в год смерти Ататюрка[1216].
Продолжая ориенталистскую, цивилизаторскую миссию поздней Османской империи, Турецкая Республика рассматривала курдов как дикарей, «горных турок», нуждающихся в цивилизации. На этот раз такой «цивилизацией» был секуляристский турецкий национализм. Курды особенно пострадали от Закона о поселениях 1934 г., который повлек за собой массовые депортации курдов, переселение их из восточных регионов, где они составляли большинство, на запад и замену их турецкими иммигрантами. Государство объявило вне закона все диалекты курдского языка. Когда принятие фамилий стало обязательным, Турция запретила использовать буквы, необходимые для образования курдских имен. На самом деле такие буквы, как J и X, не были включены в новый турецкий алфавит по этой причине. Турция объявила упоминание «курдов», «курдистанщины» преступлением[1217]. По сей день юго-восточная Анатолия – территория Курдистана – находится в состоянии войны; курдские партизаны отказываются подчиняться тюркизации. Пожары, вспыхнувшие в 1915 г., до сих пор не потушены.
Наследование османам
Несмотря на то что Османская империя возглавлялась мусульманами, она во многом была европейской империей. Столетия обращения в христианство, исламизации и инкорпорации христиан и евреев в состав империи привели к тому, что наследие Османской империи сейчас, как и раньше, ощущается по всей Европе, Турции и на Ближнем Востоке. Оно присутствует в ландшафте и городской планировке, исторической памяти и популярной культуре.
В городах многих стран, от Венгрии до Египта, остались османские бани, кладбища и гробницы, городские стены, фонтаны, крепости, жилые дома, постоялые дворы, рынки, мечети, дворцы и богато украшенные виллы. Купол гробницы бекташского суфия XVI в. Гюль Бабы виден, когда пересекаешь Дунай из Пешта в Буду в венгерской столице. Символом Салоник является Белая башня, построенная османами в XV в. Мечеть с розовым куполом, лишенная минарета и используемая в качестве художественной галереи, украшает «венецианскую» гавань Ханьи на Крите. Сулейман I возвел знаменитые стены Старого города Иерусалима. Силуэт города на Стамбульском полуострове выглядит почти так же, как и во времена Османской империи. Многие города Юго-Восточной Европы, такие как Пловдив в Болгарии или Старый город Сараево в Боснии, до сих пор могут похвастаться огромными османскими кладбищами на вершинах холмов. Присутствие мусульманского и тюркоязычного населения в Европе и на Балканах и малочисленность христиан в современной Турции также являются результатом столетий османского владычества. Старый город Родоса, считающийся крупнейшим нетронутым средневековым городом в Европе, на самом деле является османским поселением-призраком, который сейчас битком набит туристами. До сих пор можно помолиться в синагоге Шалом эпохи Османской империи, созданной в XVI в.
Даже города, которые никогда не осаждались и не захватывались османами, несут на себе следы страха перед такой возможностью. Гротескная статуя начала XVIII в. на Карловом мосту в Праге изображает тучного турка в тюрбане с подковообразными усами, с большим кривым мечом и лающей собакой, охраняющего трех обнаженных, закованных в кандалы, плачущих пленников-христиан мужского пола. Толпы туристов восхищаются еще одной «турецкой» фигурой на старейших астрономических часах Европы возле моста в Старом городе Праги; расположенная рядом со скелетом, олицетворяющим смерть, она символизирует порок и удовольствие. Еще одна карикатура в тюрбане и с подковообразными усами, на этот раз на «турецкого карлика», развлекает посетителей реконструированного «сада карликов» конца XVIII в. во дворце Мирабель в стиле барокко в Зальцбурге.
Он безуспешно пытается изо всех своих крошечных сил сломать ствол дерева, символизирующий успешное сопротивление в 1683 г. последней неудачной османской осаде Вены. На другом конце Европы богато разодетый посол Османской империи в тюрбане в натуральную величину приветствует посетителей на выставке парков развлечений Воксуолл XVIII в. в Лондонском музее.
Наследие османской истории касается не только мусульман. В Стамбуле сохранившиеся христианские или еврейские кладбища, церкви и синагоги Османской эпохи говорят об исчезнувшем прошлом. Многие ли прохожие задаются вопросом, почему в современной Турции есть синагога Ахрида XV в., которая может похвастаться кафедрой в форме лодки в память о радушном приеме, оказанном евреям из Испании; церковь Святого Георгия, резиденция патриархата с XVII в.; болгарская церковь Святого Стефана XIX в.? В Турции можно встретить руины армянских и ассирийских церквей, не только в Восточной Анатолии, но и в Стамбуле, разрушенные останки геноцидов этих народов в начале XX в.
Европейские музеи эскпонируют захваченные османские шатры, оружие и даже черепа великих визирей, например, череп Кара Мустафа-паши, руководителя неудавшейся осады 1683 г., хранится в Венском музее. В Музее военной истории в Вене дети празднуют свой день рождения в османских шатрах, захваченных во время той осады. В венском соборе Святого Стефана есть колокол, сделанный из расплавленных османских осадных пушек. Когда османские армии захватили обширные территории Европы, они породили Türkenfurcht – страх перед турками, особенно проявившийся в Австрии. В австрийском городе Грац 1480 г. запомнился как год «язв Божьих». На большой фреске, написанной в 1485 г. на южной стене собора в центре города, увековечены три нашествия – саранча, Черная смерть и турки.
В Центральной Европе можно встретить угрожающих «турок»,
