заметила Майко, раскусив таки злосчастный леденец и обгрызая палочку: — у меня на лошадей не стоит.
— Тоже откажусь. — кивнула Акира: — а насчет лошадей… ты бы Майко разницы не заметила. Видела я некоторых твоих ухажеров. — Майко в ответ сделала жест «поговори с моей рукой».
— Видишь, ли, Читосе — не все желают выбиться наверх и изменить мир. Что тут менять? — пожал я плечами: — мир устроен довольно мудро. А победив Дракона как правило следующим драконом становится его победитель.
— Мир несправедлив!
— Я и не говорил, что он справедлив. Я сказал, что он мудро устроен, не более того. Жизнь сама по себе штука несправедливая, вот у тебя есть две руки и две ноги, а где-то живет маленькая девочка без ножек. Справедливо? Нет. Но наводить справедливость, отрубив ноги и тебе — это дурость.
— Но, но… а как же эти порностудии?!
— Я так тебе скажу — на большинстве студий все происходит по взаимному согласию и передаче денег из рук в руки. Даже вот на этой, где меня держали. Стока в полу нет. Решеток и наручников нормальных тоже. Да в этом мотеле акустика такая, что если кто действительно от боли орать будет — так на улице слышно будет. Нет, девушки которые приходят туда — приходят, зная что и как будет. Кто мы такие, чтобы лишать их заработка… — пожал плечами я: — хотя … уже вроде лишили. После Акиры там вряд ли что осталось.
— Только пепел. — удовлетворенно кивнула Акира.
— Ну вот. Завтра какая-нибудь девушка будет рассчитывать на трехчасовую съемку в этой студии, чтобы получить деньги и накормить своего голодного братика, или сделать операцию своей маме, да даже просто купить себе что-нибудь. Она уже не получит своих денег. А ты хочешь, чтобы мы тут порностудии громили.
— Но как же…
— С тобой случай другой, я признаю. И они за это ответят. Но, положа руку на сердце, Читосе — тебе не надоело выезжать за чужой счет?
— В смысле? — не поняла она. Майко и Акира сделали вид, что их с нами нет.
— Ну вот смотри. Сперва ты попала в трудную ситуацию и манипулировала Майко, чтобы та тебя защитила, хотя вы в общем-то и не подруги. Потом, после всего что произошло — ты пытаешься манипулировать всеми нами, чтобы удовлетворить твое чувство мести.
— Но ведь… то, что там происходит ужасно!
— Читосе. — я сел и взлохматил свою шевелюру: — прямо сейчас на планете где-то насилуют женщин, сжигают заживо заложников, пытают детей, топят котят и много чего еще. Как ты можешь с этим жить? Очень просто — ты про это не думаешь. Ну нельзя всю свою жизнь провести в стрессе от того, что ты кого-то не спасла.
— И что же делать? — опустила руки Читосе.
— То, что ты можешь. — пожал плечами я: — хочешь что-то изменить — делай. Вот только я сразу тебе скажу, что даже если ты разгромишь эту студию — появится другая. Спрос рождает предложение. Если никто на свете не будет испытывать такого желания — посмотреть, как насилуют девушек не в актерской игре, а прямо реально — тогда этот бизнес загнется. А до тех пор он будет приносить прибыль.
— Значит, мы будем просто сидеть сложа руки?
— Смотри, у нас тарелке и так многовато уже. Да и … устали мы все тут. Давай сделаем перерыв в нашей активной деятельности, тем более что Акира говорит, что на следующей неделе у нас рейды запланированы. Подышим, подумаем. И вообще — ты же не думаешь, что вся эта «команда Сумераги-тайчо» — надолго? Это всего лишь прикрытие и чем раньше мы от него избавимся, тем лучше. — Читосе сделала трудное лицо и замолчала.
— Я думала, что мы — команда. — сказала она, нахмурившись.
— Ну конечно мы команда. Только вот у любой команды есть цель. Выиграть турнир. Стать чемпионами. Победить всех. А задача этой конкретной команды — сделать так, чтобы от нас все отстали. И, кстати, с этим у нас пока полный швах. — я покачал головой. События накручивались друг на друга как снежный ком, и конца-краю этой тенденции не было видно. Сейчас вот эти братья — и оставлять в живых было щекотно, и убивать не вариант — слишком много нитей, вопросов бы возникло. Начиная с самого простого — а не было ли у пропавшего Мацуды-семпая неприязненных отношений с кем? Если тут расследуют пропажи вообще. У нас вон, нет тела — нет дела. Вон, у Майко знакомые в крематории есть, а с другой стороны эти ребята наверняка с якудзой связаны. Куда не кинь, везде клин.
— Ты… там с героями своими не слишком много пообещал? — спросила меня Акира: — нам нужна команда Сумераги, нужно общественное мнение. По крайней мере пока.
— Неа. — ответил я: — во-первых им никто не поверит. С их репутацией. Наоборот, только подогреет интерес к нам. Доказательств у них никаких, кроме двух наших гавриков. Более того, противоречивые слухи — они питают, так сказать. Кроме того, с пробудившейся Сакурой (поверить не могу что это говорю!) — они довольно грозная сила. А если наружу выплывет, что она пробудилась во время нашего боя — так за нами еще одна мистическая тайна будет. И наконец — я не собираюсь ничего делать, пока мы не решим наши дела с Джиро-сама. Все в порядке очередности.
— Угу. — хмыкнула Майко: — а то что-то горячие деньки выдались. Я уже с ног долой.
— Вот, Читосе, вот. Смотри, с того момента как мы провели операцию «Великолепный План По Спасению Барышни В Беде» — у нас и дня нет выдохнуть. А теперь представь себе, что мы тут самые главные шишки стали и власть в теневом сегменте Сейтеки захватили? Да у нас и секунды вздохнуть не будет. Интриги, конкуренты, чрезвычайные происшествия, или Майко опять кому-нибудь голову открутила… а он каким-нибудь сынком министра оказался.
— Эй! А что сразу Майко!
— Общим собранием установлено, что «Майко всегда виновата», так что смирись. — посоветовала Акира.
— Дискриминация. Вон у Сина в знакомых то Крио, то эта чувиха из Братства, а я виновата. Я за всю свою жизнь никого из Братства не видела. И с героями не якшалась. И …
— Майко, помолчи. — сказала Акира: — и сними уже мои трусы с люстры. Перед людьми неудобно.
— Твои трусы — ты и снимай. — лениво пробормотала Майко: — и вообще это уже не трусы, а реликвия. Как меч короля Артура. Трусы Зажигалки Акиры.
— У тебя потолки
