то заявление это вызвало неудовольствие Бурцева и депутатов Жореса и Дюма, усмотревших в нем «ловкий полицейский маневр», могущий помешать им использовать инцидент Леоне — Фантана как доказательство существования во Франции русской полиции.
Раз же розыскное бюро будет учреждено с выполнением всех формальностей и требований закона и все будет удостоверяться зарегистрированными актами, то, если социалисты и утверждали бы, что все это есть «только маневр» и бюро Бинта субсидируется, даже содержится русским Департаментом полиции, утверждения эти останутся чисто голословными, тогда как французское правительство сможет ответить на них доказательно, заявляя, что не имеет возможности воспрепятствовать действию правильно организованного частного предприятия, как и права доискиваться, кто именно является его клиентами.
В качестве директора-владельца розыскного бюро я полагал бы более подходящим избрать Генриха Бинта, вместо нынешнего заведующего наружным наблюдением Биттер-Монена, имя которого приобрело за последнее время слишком большую известность вследствие упорной против него кампании Бурцева. 32-летняя служба Бинта в Заграничной агентуре с самого начала ее организации дает основание отнестись с доверием как к личной его честности и порядочности, так и к его розыскному опыту, созданному многолетней практикой не только во Франции, но и в других государствах Европы: Германии, Италии и Австрии. Кроме того, по натуре своей, несколько тщеславной, Бинт наиболее подходит к предстоящей ему роли.
Имея в виду в будущем всякие случайности, я полагал бы необходимым приобщить к Бинту помощника, который являлся бы в общем их предприятии равноправным с ним компаньоном, причем между ними заключен бы был формальный компанейский договор, устанавливающий, что, учреждая совместно розыскное бюро, в случае смерти одного из них весь актив их общего предприятия, как-то: обстановка бюро и деньги, могущие оказаться в кассе налицо, переходят в собственность другого. Контракт о найме квартиры под бюро должен быть заключен на имя обоих компаньонов.
В качестве компаньона Бинта я полагал бы избрать старшего, последнего по времени службы Альберта Самбена, на порядочность, скромность и честность которого тоже вполне можно положиться. Самбен, как и Бинт, был бы посвящен во всю суть дела и находился бы в сношениях со мною, тогда как все остальные служащие бюро не должны знать об этих сношениях. Один из компаньонов обязательно должен жить в помещении бюро.
Из числа 38 филеров, французов и итальянцев, состоящих ныне на службе, я полагал бы удержать в качестве агентов частного розыскного бюро одиннадцать французов и одного итальянца, так что общий состав бюро, вместе с. Бинтом и Самбеном, будет равняться 14 человекам. Такое сокращение состава наблюдения, хотя бы на первое время, является необходимым главным образом для того, чтобы отбросить весь мало-мальски ненадежный элемент, а также чтобы придать более вероятности факту учреждения розыскного бюро частным человеком, который, конечно, не мог бы сразу брать себе значительное число служащих. По мере надобности и нахождения соответственных людей состав этот может быть впоследствии увеличен.
Кроме того, я имею в виду использовать еще и нижеследующее обстоятельство:
В настоящее время, вследствие реорганизации парижской полицейской префектуры новым префектом полиции, многие из членов префектуры, выслужившие уже право на пенсию и недовольные новыми порядками, выходят теперь в отставку. Большинство из них, не намереваясь поступать на постоянную частную службу, не прочь тем не менее при случае увеличивать свои средства дополнительными заработками, и я имею в виду, что, по мере надобности, розыскное бюро будет исполь-зовывать их для ведения временных наблюдений или исполнения других поручений.
Список агентов, намеченных в состав розыскного бюро, с указанием получаемого ими в настоящее время содержания:
Бинт Генрих — директор бюро (800 фр.),
Самбен Альберт — помощник директора (400 фр.).
В качестве агентов французы:
Дюрен Генрих — 300 фр.,
Фонтэн (Гамар) Поль — 300 фр.,
Казаюс Жорж — 250 фр.,
Рим (он же Муссонэ) Жорж — 250 фр.,
Делангль Шарль — 250 фр.,
Готтлиб Жорж — 250 фр.,
Фежер Луи — 250 фр.,
Лоран Бернар — 250 фр.,
Пушо Август — 250 фр.,
Ружо Франсуа — 250 фр-,
Друша Берта — 200 фр.,
Инвернизи Евгений, итальянец — 200 фр.;
всего 4300 фр.
Список агентов, предположенных к увольнению, с указанием получаемого ими ныне содержания:
французы:
Фохг Морис — 300 фр.,
Бартес — 250 фр.,
Бониоль — 250 фр.,
Бертольд — 250 фр.,
Шарле — 250 фр.,
Дюссосуа — 250 фр.,
Годар — 250 фр.,
Фантана — 250 фр.,
Генри — 250 фр.,
Левек — 250 фр.,
Рио — 250 фр.,
Совар — 250 фр.,
г-жа Ришар — 250 фр.,
г-жа Тиерселен — 200 фр.;
итальянцы:
Фрументо — 250 фр.,
Розерои — 250 фр.,
Отг-Гиец — 150 фр.,
Туннингер, австриец — 265 фр.;
всего 4365 фр.
Помещение для бюро в четыре комнаты я полагал бы необходимым нанять в одном из людных центров Парижа и в таком доме, где другие конторы или коммерческие предприятия посещаются посторонней публикой. Думаю, что подходящее помещение может быть найдено за цену 3000–2500 фр. в год. При расчете с агентами с каждого из них будет взята подписка в том, что, состоя на службе у г. Биттер-Монена, содержателя частного розыскного бюро, ныне ликвидировавшего свое дело, он от него весь расчет и полное удовлетворение получил. Ничего нет невозможного в том, что некоторые из уволенных агентов по получении всего, что им следует, обратятся потом к Бурцеву, но это будут те, которые рано или поздно все равно нашли бы к нему дорогу, а в данном случае сообщения их, в общем мало интересные, будут относиться уже к «прошлому», так как волей-неволей им придется сообщить о происшедшей окончательной ликвидации.
Ввиду необходимости как при ликвидации прежнего состава наблюдения, так и при учреждении и организации частного розыскного бюро соблюсти все требования закона и соответственно редактировать расписки и указанные выше разного рода акты придется поручить всю эту сторону дела юристу, и я полагал бы пригласить для этой цели адвоката Жеро Каройона, уже выступавшего по делам Заграничной агентуры.
Организация наблюдения на новых началах столь же необходима в Италии, как и во Франции, инцидент с Леоне служит тому лучшим доказательством, но определенный доклад по этому предмету я буду иметь возможность представить только после поездки моей в Рим, где вопрос этот придется предварительно обсудить с местными властями.
Наблюдение в Англии функционирует правильно, без всяких инцидентов и осложнений, и я полагал бы никаких изменений в организацию оного не вводить.
Заведующий наблюдением Поуелль ведет дело умело, агенты-англичане по природе своей отличаются порядочностью и заслуживают доверия.
