Читаем без скачивания Так кто же развалил Союз? - Олег Мороз

Со своей стороны, Ельцин, как сообщал тот же журнал, в частном порядке обратился к американскому президенту Джорджу Бушу с просьбой «сделать все возможное, чтобы предотвратить отделение Украины от Союза». Однако помощники Буша будто бы советовали своему шефу, напротив, помочь Украине в ее стремлении выйти из Союза, а желание Ельцина сохранить его объясняли тем, что он-де хочет, чтобы в конечном итоге в нем стали доминировать русские. Близкие сотрудники Буша обращали его внимание также на концентрацию советских воинских подразделений в ключевых районах Украины, в том числе и в Киеве, и выражали опасение, что Москва может применить силу для удержания Украины в своей орбите.

Думаю, вряд ли эти опасения имели какие-то основания. После только что случившегося путча применять силу для таких целей было бы безумием. Хотя… Кто его знает… Может, у кого-то и вертелась в голове такая затея.

Так или иначе, Буш решил не вмешиваться в эту ситуацию, занять позицию стороннего наблюдателя.

1 декабря вместе с референдумом на Украине должны были состояться выборы президента. Так что главный кандидат на этот пост — Леонид Кравчук, — разъезжая по городам и весям, одновременно вел и свою избирательную кампанию, и призывал граждан голосовать за независимость.

25 ноября, как раз в тот день, когда в Москве должны были парафировать, но не парафировали новый Союзный договор, держа речь в одной из деревень в Сумской области, он в очередной раз выступил против этого договора, да и против новоогаревских переговоров вообще.

− Государство должно быть независимым государством, — сказал Кравчук, — а новоогаревский проект предполагает его трехуровневое устройство: автономии — государства, республики — государства, а над ними еще и Союз — государство. Может ли в таких условиях республика самостоятельно решать свои вопросы? Нет. Это и определяет наше отношение к новоогаревскому процессу.

Досталось от Кравчука и Горбачеву — в связи с его только что, 25-го же ноября, состоявшимся выступлением на пресс-конференции (оно транслировалось по телевидению) и уверениями, будто он знает настроение украинского народа — дескать, народ за участие Украины в Союзном договоре.

− Горбачев не имеет права говорить от имени Украины, ему этого никто не разрешил, — сказал Кравчук. — От имени Украины может говорить только ее Верховный Совет, а от имени Верховного Совета — его председатель и больше никто… Поэтому Горбачев вмешивается не в свои дела, и я могу сказать только одно: пусть он себе говорит, что хочет, а мы будем делать свое дело. У нас есть свое государство, своя земля, люди, и мы отвечаем за них, вместе с ними будем работать, кто бы что ни говорил.

26 ноября Президиум Верховного Совета Украины выступил с обращением к украинскому народу. В нем было прямо сказано: «Не поддержать независимость означает поддержать зависимость»

Накануне украинского референдума, в отчаянной попытке повлиять на его результат, Горбачев дал большое интервью украинскому телевидению. При этом уже пустился во все тяжкие. Среди прочего, говорил о своем русско-украинском происхождении, предках-украинцах — дескать, вот до какой степени мы с вами родные люди, как же можно разрывать наши братские, родственные связи!

Президент даже как бы пригрозил: он, мол, примет все меры, чтобы Украина осталась в Союзе.

Интервью передали также по Центральному телевидению.

Продолжая давить на Украину, ЦТ показало также фрагмент со словами Ельцина, то ли сказанными им на Госсовете 25 ноября, то ли в тот же день, 25-го, в интервью «Известиям» (опубликовано оно было в газете 29 ноября):

− Пока Украина не подпишет политический договор, свою подпись не поставит и Россия. Мы расценим это как желание выйти из состава Союза. В этом случае она будет свободна делать все, что захочет. Вводить свою валюту, иметь армию… Ситуация для России тоже резко поменяется. То есть нам в качестве ответной МЕРЫ (прошу обратить внимание на это слово. — О.М.) тоже придется вводить валюту, как-то быть с армией… При этом я постоянно повторяю — надеюсь, что Украина подпишет договор, очень надеюсь. В целом же у нас неплохие отношения: подписан двусторонний договор, соглашение на 1992 год, предусматривающее взаимные расчеты, причем в мировых ценах. Но ее выход из состава Союза может стать серьезным ударом и для Союза, и для России.

В общем-то эту свою позицию Ельцин излагал не раз, но вставленная в определенное время в определенный контекст (разумеется, без ведома автора) она прозвучала угрожающе. Получалось, что Ельцин дует в одну дуду с Горбачевым, уговаривает украинцев, в последний раз предупреждает о каких-то возможных санкциях…

1 декабря Украина, как и ожидалось, дружно проголосовала за независимость — за нее отдали голоса более девяноста процентов участвовавших в голосовании. Не помешало то, что, менее девяти месяцев назад, 17 марта того же года, более семидесяти упоминавшихся Горбачевым процентов жителей Украины на Всесоюзном референдуме проголосовали за сохранение Союза.

Президентом, это тоже ожидалось, стал Леонид Кравчук, — как мы видели, ярый поборник украинской независимости (его результат — более 61 процента голосов).

Что любопытно, за независимость Украины, проголосовали и в Крыму (более 54 процентов участвовавших в голосовании), в том числе — в Севастополе (более 57 процентов). Донбасс (в значительной степени «русский») идею украинской независимости также одобрил без особых колебаний — свыше 80 процентов голосов.

Выступая на избирательном участке, Кравчук вновь «дал отпор» Горбачеву — в связи с его словами, что он как президент СССР «сделает все возможное» и даже примет какие-то меры, чтобы Украина осталась в Союзе.

− Какие меры можно сегодня применить ко всему народу? — сказал Кравчук. — Мне лично сказать трудно. Такие слова однажды уже были сказаны относительно прибалтийских республик, и, как вы знаете, все это ничем не увенчалось. Если бы это были убеждения или поступок одного человека, или какой-то группы людей (имеется в виду стремление Украины к независимости. — О.М.), я мог бы поверить в то, что говорит Михаил Сергеевич, но когда это движение миллионов — это абсурд. И с выходом из империи для Украины никакой катастрофы не будет, потому что она потенциально богатое государство, — на первых порах трудностей не избежать, но трагических последствий не предвидится.

Кравчук вновь, — в который уже раз, — подтвердил, что Украина не подпишет Союзный договор. «У нас есть межгосударственные договоры, например, с Россией и Грузией, их мы и будем придерживаться». — «А президентом чего тогда будет Горбачев?» — поинтересовались журналисты. «Не знаю!» — сказал Кравчук, как отрезал.

Вновь избранный президент Украины прокомментировал также слова Бориса Ельцина, переданные по Центральному телевидению за день до украинского референдума. По-видимому, сам он их не слышал, но кто-то из приближенных услужливо передал ему их в своем изложении, причем в изложении, рассчитанном на определенную реакцию шефа.

− Я хорошо знаю Ельцина, мы давно вместе работаем, и мне, как человеку, после его заявления стало обидно. Его встречали в Киеве как истинного демократа. Его приветствовали тысячи людей, а теперь его слова относительно Украины совсем не демократические. Мне кажется, ему не нужно было повторять слова Горбачева, что он БУДЕТ ПРИМЕНЯТЬ МЕРЫ (выделено мной. — О.М.) относительно Украины.

Вот так ельцинское «нам в качестве ответной меры тоже придется вводить валюту» и т. д. превратилось в «он будет применять меры относительно Украины»…

На вопрос о том, будет ли Горбачев тормозить международное признание Украины, Кравчук ответил:

− Он может это сделать, но после признания Украины рядом ведущих стран мира возможность этого торможения будет сведена к нулю. Пока он будет тормозить через Ельцина (вот опять искаженные слова Ельцина аукнулись. — О.М.) Но я уверен, что события будут развиваться следующим образом: демократы России и Борис Николаевич вместе с ними в ближайшее время признают Украину как независимое государство.

Так оно и случилось, — как предсказывал Кравчук. Уже 4 декабря в «Российской газете» было опубликовано заявление Ельцина о признании российским руководством независимости Украины «в соответствии с демократическим волеизъявлением ее народа». Тут Борис Николаевич опередил всех других руководителей бывших союзных республик.

В заявлении выражалась готовность приступить к работе над «проектом полномасштабного межгосударственного двустороннего договора, который отвечал бы всем требованиям нового этапа взаимоотношений между Россией и Украиной».