Читаем без скачивания Чужая война - Наталья Игнатова

Это была хорошая радость. Радость победы.

ПРОИГРАВШИЕ

– Разрушитель? Величайшие? Вы еще живы? Странно.

– Князь, у нас есть предложение для вас.

– Возможно, я вас выслушаю. Когда вы станете моими.

– Мы предлагаем вам возможность провести в наш мир ВСЕ свои армии.

– В обмен на «маленькое поместье»?

– Можно сказать и так.

– Полагаете, что таким образом удастся победить Четверых?

– Что они могут против Бесконечности? Даже истребляя ваших рабов сотнями тысяч, они не сумеют уничтожить и сотой их доли.

– А Меч?

– Он просто не дойдет до вас. – Хм. Одно условие: вы будете драться рядом со мной.

Баронство Гиень. Монастырь Томаса Проповедника

Элидор

– Чем ты собираешься заниматься, сын мой? Мы сидели в рабочей келье отца Лукаса. За окном светало. Позади была ночь воспоминаний. Наверное, отец Лукас считал, что мы просто обмениваемся сведениями. Но мне не хотелось думать о работе, и я называл это воспоминаниями.

Я вспоминал войну. Отец Лукас вспоминал, как жил орден во время Войны. Плохо он жил. Белый Крест пытались вырезать все. Но отец Лукас не жаловался. Те, кто пытался вырезать орден, – тоже. Совсем не жаловались.

– Я пока не думал, отец. Нужно развести армии по домам. Потом посмотрим.

– Ты, конечно, великий герой, Элидор. – Магистр едва заметно улыбнулся. – Но у тебя сейчас очень дурная репутация. Элидор-Убийца. Твоим именем уже начинают пугать детей.

– Наплевать. Я не собираюсь каяться.

– Ты все сделал правильно. Но тебе пора задуматься о будущем. Ты не собираешься вернуться на Айнодор?

– После того, что я там отмочил? Увольте. Поживем пока на Материке. Эльрик, опять же, в гости звал. Я не хочу сейчас думать о будущем, отец.

Магистр мягко потянулся:

– Пора спать. Да, если ты все-таки решишь задуматься о будущем и тебе не будет хватать каких-то сведений, архивы ордена к твоим услугам.

Я решил, что ослышался, и вопросительно посмотрел на Черного Беркута.

– Будем считать это моим маленьким подарком. – Отец Лукас встал из-за стола. – Спокойной ночи, сын мой.

А я остался сидеть. Ничего себе подарочек! Ограничений на пользование архивами ордена нет только у Магистра и некоторых управителей секретов (очень некоторых управителей секретов). В свое время Джероно прокололся именно на этом, не подозревая, насколько мощен и эффективен секрет брата Оттона.

И со следующего дня, как только у меня выдавалась свободная минута, я зарывался в бумаги. Чего я только там не нашел! Еще пяток неизвестных предсказаний, которые можно было пристегнуть к нашей четверке. Хроники государств, о которых давно забыли. Хорошо разработанные планы на все случаи жизни. (Джероно не знал и об этом, иначе не стал бы так паниковать по поводу возможной победы черных. По расчетам братьев, такая власть не могла продержаться больше, чем сорок-пятьдесят лет.) Списки братьев, делавших карьеру в разных странах. А потом я добрался до личных дел.

Я прочитал свою характеристику и характеристику Сима. И искренне позабавился. Потом решил найти личные дела Кины и Эльрика…

«Торанго (см.) Эльрик де Фокс (Эльрик-Предатель, Эльрис, Эльринг, Эльринг-эльф).

Император Ям Собаки (см.). Возраст – около десяти тысяч лет ( по слухам – точнее установить не удалось). В молодости был изгнан из империи за отказ убивать пленных эльфов. От своей веры, вопреки слухам, не отказался. После изгнания много путешествовал. Один из «Сумасшедшей Тройки» (см.). Светлый маг. Имеет обширнейшие связи по всему Материку. Поддерживает дружественные отношения с Тэмир-ханом (см.), великим визирем халифа Ахмази (см.), герцогом Аквитонским (см.), бароном фон Уденталем (см.), бароном фон Гиенем (см.), бургомистром Гемфри (см.), Великим князем Менским (см.), Светлыми князьями Зараньским (см.), Болеславльским (см.), Согодским (см.). Отличается несдержанным, буйным характером и своеобразными понятиями о чести. Влюблен в Кину Серебряный Голос (см.). Никогда не будет пытаться отнять ее у Элидора (см.), так как связан правилом «несс x’гeppce арро» (см.). Стандартное вооружение – двуручный топор (владеет виртуозно)”.

“Кина (Кина Серебряный Голос).

Эльфийка. Возраст – восемнадцать лет. В шестнадцать лет покинула Айнодор, после того как орочий отряд сжег ее родной город. На Материке встретилась с Эльриком де Фоксом (см.). Полюбила его. Но сама об этом не догадывается – шефанго слишком чужд для нее. После встречи с Элидором (см.) она убедила себя, что влюблена в него, чтобы скрыть свое собственное чувство к Эльрику. Участвовала во всех похождениях «Сумасшедшей Тройки» (см.). Была изнасилована князем Дрегором (см.). Сейчас – любовница Элидора. Известна великолепным голосом”.

«Несс x’reppce арро» – «Мы дрались вместе» (приблизительный перевод с зароллаша (см.).

Неписаный закон Ям Собаки (см.). Под него подпадает любое существо, дравшееся с шефанго одновременно против одного противника. Шефанго не будет предпринимать никаких враждебных действий против существа, подпадающего под действие этого закона”.

Я сидел на полу, тупо глядя на разбросанные вокруг меня свитки. «Лишние знания порождают скорби», – говорил мне когда-то Шарль. Я тогда смеялся: «Лишних знаний не бывает». Оказалось – бывают. И сразу полезли воспоминания: Кина, прячущаяся за спиной Эльрика; Кина, сделавшая ему новую прическу; Кина, спящая, завернувшись в Эльриков плащ; Кина, бросившаяся ему на шею, когда мы вернулись из Эрзама; Эльрик, пытавшийся нахамить мне при первой встрече; резкое изменение его поведения после драки с Ржавильщиком и Невидимкой; Кина, сидящая за столом рядом с Эльриком…

Я вскочил. Господи, какой я идиот! И уже ничего не исправишь. Нет. Если этих двоих ткнуть мордой в очевидное, они откажутся смотреть на это. Значит, пускай доходят сами. Я «шагнул» в наш лагерь под бывшим Аквитоном. Вызвал адъютанта:

– Командира разведки ко мне! Шарль появился почти сразу же:

– Звал?

– Найдешь Кину и отвезешь ее под охраной в Квириллу, к Торанго. Это приказ и для нее, и для тебя. В количестве охраны не ограничиваю. Вопросы? Кроме идиотских.

– Что я ей скажу?

– Что я видеть ее не хочу. Что… Все, что угодно, Шарль. Но она не должна сюда вернуться. Выполняй. Шарль мрачно кивнул и вышел. Девочка, простишь ли ты меня хоть когда-нибудь?

Содружество Десяти Городов. Квирилла

Эльрик де Фокс

Каждый день из всех десятиградских портов уходили корабли. Уходили остатки армий. Сим матерно ругался, осев в своем Лене. До гоббера только сейчас дошло, что война шла два года. Два года никто не занимался землей. Два года смертные и бессмертные самозабвенно воевали, а армии нужно было кормить, армии нужно было одевать, армиям нужно было оружие.

Если бы Сим увидел десятиградские базары, он ругался бы значительно больше и грубее. Мерку зерна продавали здесь за полсотни серебряных! Полсотни… А до войны она стоила один, редко – полтора.

А я опять не мог уйти на Анго. Потому что нужно было отправить по домам все войска. Расквартировать тех, кто дожидался кораблей. Проследить, чтоб славные победители не буянили в мирных и относительно богатых городах и не искали острых ощущений после дела. Хорошо Элидору, его эльфы тихие, спокойные, послушные. А на меня свалились шефанго и фьортшильцы. С этими ребятами месяц, проведенный в Квирилле, показался мне годом. Причем годом, стоившим двух лет войны вместе взятых.

Однако всему на свете приходит конец. Вот и мне… гм… Я имею в виду, что однажды адъютант доложил:

– Торанго, вас хочет видеть… э-э… Эльфийка… – Он оглянулся нерешительно, словно подсказку слушал, и растерянно добавил:

– Госпожа Кина Серебряный Голос… Торанго?!

Этот его вопль я уже за спиной услышал.

Синие глаза. Синие глаза в обрамлении черных ресниц. Я проваливался в эту синеву, даже не пытаясь выплыть, хотя бы воздуха вдохнуть, я тонул в ней…

Секунды две.

Даже меньше.

Потому что…

Потому что Кина не могла быть здесь. Ее просто не должно было быть здесь. Где угодно, только не в Десятиградье, откуда уходят каждый день остатки армий, где мерка зерна стоит полсотни серебряных марок, а за фунт сала люди готовы перегрызть друг другу глотки.

И хорошо было бы, тупо таращась, постоять хотя бы с минутку. Чтобы успело улечься в голове то, что глаза, за которые не жалко умереть, блестят слезами. Кина. Плакала. И готова расплакаться снова…

Не было у меня этой минутки.

Был ошеломленный адъютант, из смертных. Были просторные окна. Были наглые и любопытные взгляды в приоткрытую дверь приемной. Были жадные уши, вытянувшиеся в нашу сторону, и языки без привязей, готовые истрепать и забросать грязью кого угодно. Даже Кину.