Собрав партию русских пленных, французы погнали их в город Гжатск. Но не таков был Четвертаков, чтобы остаться в неволе. Подговорив еще несколько человек, при переходе через лес они совершили дерзкий побег. Наполеоновские гусары из конвоя бросились в погоню. И уйти от них удалось лишь одному драгуну. Выросший в лесах, вчерашний крепостной мужик обманул конных преследователей. Не достали его и пули, пущенные вдогонку.
Интересная деталь: крепостному крестьянину графов Завадских «забрили лоб» еще в 1804 году. Господа помещики избавились, таким образом, от непокорного мужика. Попав на службу, новобранец в тот же год бежал из полка. Но был пойман, судим и сурово наказан розгами…
«Не замай! Дай подойти». Художник В.П. Верещагин
Скрывшись от французских гусар в лесной чащобе, беглец направился к югу от столбовой Смоленской дороги, по которой беспрерывным потоком шла Великая армия императора французов. Недавний пленник смог счастливо избежать нескольких встреч с рыскавшими по окрестным проселочным дорогам неприятельскими конными разъездами. Пробираясь лесами, Ермолай Четвертаков добрался до большого села Басманы, которое находилось довольно далеко от Смоленской дороги. Крестьяне укрыли беглеца.
Здесь у него возник замысел повести партизанскую «войну» против иноземных захватчиков. Естественно, в масштабе окрестностей Басман и близлежащих деревень. Кстати, примерно в эти же дни подобный (но, конечно, более масштабный) план выдвинул командир гусарского эскадрона Д.В. Давыдов, военный писатель и поэт, прославленный герой «грозы 12-го года».
Бывший крепостной мужик, насильно отданный в солдаты, в час великих испытаний решил не только сам из всех сил бороться с неприятелем, но и побуждать к этому других. В таких высоких патриотических помыслах Ермолай Четвертаков был не одинок. После богослужения в деревенской церкви он обратился к местным крестьянам с призывом вооружиться и создать партизанский отряд для борьбы с французами.
Сперва жители Басман отнеслись к этому с недоверием и из осторожности не поддержали драгуна, бежавшего из вражеского плена. Да и к тому же завоеватели еще ни разу всерьез не грабили их родное село, поскольку оно стояло далеко от Смоленской дороги. То был немаловажный фактор для народной войны.
Нашелся только один смельчак, готовый хоть сейчас следовать за храбрым драгуном в бой против незваных пришельцев. Обняв крестьянина, Ермолай прилюдно «зачислил» его в свой отряд. Теперь можно было уже и воевать. Оба партизана вооружились вилами и пошли в соседнюю деревню, чтобы там попробовать поднять мужиков на борьбу «с Бонапартом».
По пути они неожиданно встретились с двумя заблудившимися французскими пехотинцами. В завязавшейся рукопашной схватке вражеские солдаты были убиты, а победители стали обладателями двух ружей (с солидным запасом патронов) и палашей. Вооружившись, партизаны переоделись в неприятельскую форму.
В таком виде они и явились в деревню Завидово. Здесь они встретили двух французских кавалеристов, заскочивших в крайний дом за провизией. И на этот раз оружие и лошади врага стали трофеями двух смельчаков. Разыгравшаяся на деревенской окраине рукопашная схватка произвела на местных жителей сильное впечатление. Когда Ермолай Четвертаков обратился к ним с призывом пойти в партизаны, он встретил полное единодушие.
В помощь храброму драгуну деревенский сход выделил 47 мужиков, которые вооружились топорами, косами, вилами, дубинами. Так бежавший из неприятельского плена рядовой регулярной армии Четвертаков стал командиром партизанского отряда почти в 50 человек. Правда, пока имелось всего четыре ружья, но число их должно было увеличиться после первой же встречи с французами.
Народные мстители отправились по лесному проселку к северу, к Смоленской дороге. В тот же день, под вечер, высланная вперед разведка донесла, что навстречу отряду движутся двенадцать чужих кавалеристов. Ермолай Четвертаков устроил засаду на повороте лесной дороги. Наполеоновские конники оказались кирасирами, хорошо вооруженными и защищенными стальными латами – кирасами. Но внезапное и дружное нападение партизан решило дело: конников перебили всех.
Пополнив свое вооружение, партизанский отряд двинулся дальше, имея больше дюжины коней и почти два десятка ружей, кавалерийских карабинов и пистолетов. Недалеко от села Басманы четвертаковцы выдержали настоящий, серьезный бой с превосходящими силами противника: французской пехотной полуротой численностью в 159 стрелков, которая сопровождала обоз из крестьянских телег и барских экипажей с награбленным добром и провиантом.
Хотя вооруженных ружьями французов было больше, Ермолай Четвертаков смело повел в атаку конных и пеших партизан. Вражеским пехотинцам пришлось вступить в рукопашный бой, который они проиграли вчистую. Нападавшие партизаны захватили весь неприятельский обоз, а вражеских солдат частью истребили, частью обратили в бегство.
Эти две удачи произвели огромное впечатление на округу. И теперь только одно село Басманы, отвергшее ранее призыв подняться на народную войну, дало драгуну 253 добровольца. Местные крестьяне приходили к нему и в одиночку, и целыми деревнями. Оружие добывалось при нападениях на мародеров, небольшие вражеские команды, французских интендантов и фуражиров, конвои обозов. Вскоре партизаны смогли довольно хорошо вооружиться.
Неграмотный Четвертаков оказался на деле прекрасным организатором, тактиком партизанской войны и даже администратором в очищенных от иноземцев селениях. Но самое главное – русский солдат был бескорыстным патриотом родной земли, подвергшейся вражескому нашествию.
Партизанский вожак избрал тактику неожиданных нападений на неприятеля. Такие налеты совершались и днем, и ночью. Небольшие отряды наполеоновцев, которые веером расходились к югу от Смоленской дороги, умно и осторожно выслеживались. А затем в удобных местах из засад их молниеносно истребляли.
Результаты партизанских действий отряда Ермолая Четвертакова были просто поразительны. Ему удалось отстоять от грабежей мародеров громадную территорию вокруг города Гжатска (ныне город Гагарин на Смоленщине). Десятки деревень по первому зову драгуна высылали ему свои мужицкие отряды, снабжали продовольствием и фуражом, выделяли проводников.
Пленных в той партизанской войне, как правило, не брали. Но ведь и французы расстреливали без суда и следствия захваченных ими партизан. Беспощадность с одной стороны вызывала ответную беспощадность со стороны взявшегося за оружие крестьянства. Так, в деревне Семионовке партизаны из отряда Четвертакова сожгли 60 французских мародеров, засевших в барском доме. Завоеватели при случае отвечали тем же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
