сотку прокачал, просто цицерон, епт)
— … вернее, вопрос задавай. Я ж не суперважное лицо, чтоб разрешения добиваться. А даже если бы и был им — ты это разрешение получила бы запросто.
Мой комплимент хоть и неуклюжий, а цели все-таки достиг. Она зарделась и попыталась спрятаться за волосами. Но улыбку спрятать не смогла.
— С-скажешь т-тоже. Надеюсь, э-это не покажется тебе с-слишком л-личным, и п-прости, если я не в свое дело лезу, н-но…
Я несколько напрягся. Слишком уж длинный дисклеймер она выстраивает. После такого заговаривать только на горячие темы, вроде «какую актрису ты бы предпочел трахнуть?», «кто виноват в распаде советского союза?» или «кто из группы БТС самый-самый лапочка и почему это намджун?» (не будем о том, откуда я знаю их поименно, такими вещами не гордятся).
Вообще за эту неделю столько пришлось о себе разговаривать, сколько за все время после школы не наболтал. Последний раз кто-то так живо мной интересовался на курсах профориентации в одиннадцатом классе. Тогда по итогам тестирования мне выдали три возможных, как бы сейчас сказали, карьерных трека. Диджей, ветеринар и логист. Вчитываясь в бумажку с результатами, я даже глазам своим не верил. Максимальный рандом. Как будто их выбирали те ламантины, которые пишут для «Гриффинов», если верить эпизоду «Южного Парка». Живность всякую я всегда любил, но болячки всяких котеек и песелей лечить не смог бы, слишком прикипаю. Диджеинг тоже не мое — от клубной музыки крыша едет, даже удивляюсь, как там зумеры различают, чей скрежет доносится из колонок. А логист — работенка для настоящих душнил.
— К-как тебе первая неделя в клубе?
И все? Стоило ли ходить вокруг да около только, чтоб это узнать? А я уж испугался, что щас придется грязное белье вытряхивать. Фигурально выражаясь, конечно. Так-то я за чистоту всегда ратую.
(ага, но зубы так и не почистил, как собирался. позор тебе. позор. прямо как королеве серсее)
А ведь и правда. С этим «приветом» из зеркала все из башки вылетело, позабыл себя в божеский вид привести. Юри, конечно, ничего не скажет, она для этого слишком воспитанная, но все равно очень хочется сейчас нахлебаться «Лесного бальзама». Чтоб его инфернальная ядреность выжгла мне всю слизистую в пасти.
Я улыбнулся осторожно, одними уголками губ. Конечно, наверняка не так загадочно и соблазнительно получилось, как у Моники, ну так Гару и мордой не вышел для этого. Хотя и уродом его не назвать. Пацанчик как пацанчик.
— Да здорово все, — признал я. С абсолютно чистой душой, — вы проделали классную работу, девочки. Полагаю, ты уже успела заметить, что я не очень тяну на душу компании, но с вами никакого напряга нет.
Юри смутилась и принялась наматывать темную прядь на палец.
— Спасибо на добром слове, н-но я тут ни при чем. Э-это все заслуга Моники. Она очень… пробивная и знает, как и что нужно делать. За просто так ученический совет два года подряд возглавлять не станешь.
Ага, без читов такого и впрямь достичь непросто. Когда можно себе за считаные дни, а то и минуты вырастить влияние, привлекательность в чужих глазах, навыки убеждения, сиськи наконец… Все равно что врубить трейнер на неуязвимость, пройти какой-нибудь «дарк соулз», а потом флексить этим фактом. Но если убрать несправедливое преимущество, что останется в итоге? Перефразируя известный мем с Тони Старком — тянка с крутой консолью, кто ты без нее?
Я размял пальцы и заслонился от солнечного света. Какое же идеальное принятие решений, Гарик, ты просто не мог разыграть партию лучше. Мы наконец вышли из центра, поэтому антураж вокруг вновь сменился. Теперь магазины превратились в ухоженные домики. Владельцы к своим жилищам явно относились с трепетом. Участки ухоженные, без буйных зеленых зарослей, к домам дорожки выложены. И у всех как на подбор — цветники. Кто побогаче, тот клумбы обустроил, остальные довольствовались вазочками. Не удивлюсь, если кто-то себе и оранжерею отгрохал. И людей местные тоже не стеснялись. Ограды если и были, то чисто декоративные, из деревянных палок типа бамбука. И это прямо било по глазам — в Подмосковье частный сектор весь цельнометаллическими заборами щетинится. Но в этом городе открытость, как видно, в большой цене.
Ее-то, открытости, Юри и не хватает. А еще умения себя похвалить. Нет, самоуничижение бывает милым, не спорю, особенно от такой симпатичной стесняши. Но даже с самого вкусного торта блевать захочется, если каждый день будешь его по куску наворачивать. Ей бы не помешало почаще общаться с Нацуки. Глядишь, они бы друг дружку и привели к относительно нормальному состоянию. Или поубивали бы. Тут судить не берусь.
Потянуло легким ветерком, и я обрадовался. Не только потому, что жара начинала действовать на нервы (быстро же она меня утомила). Это означало одно — навигатор не подвел, и мы на правильном пути.
— Вот и неправда, — заявил я после очередного глубокого вдоха, — я не спорю, что у Моники авторитет и звездный статус и все такое, но себя ты тоже со счетов не списывай. Без твоего ума острого, без интеллигентности, без красноречия, наконец, было бы совсем не то.
Юри так потрясли мои слова, что она застыла на месте. Как вкопанный в землю фонарный столб. С одним только отличием, что столбы обычно молча стоят, а из бедной тихони выливались междометия и неразборчивое бормотание. Кажется, приложение прекратило работу и будет закрыто. Только кому отправлять сообщение об ошибке? На деревню геймдизу?
— К-красноречию? — наконец выдавила из себя моя спутница.
— Ну да, — развел я руками, — его у тебя навалом. Вон как стихи здорово читаешь, заслушаться можно…
— Я… я сбилась тогда, в с-самом… самом начале, — упорствовала Юри.
— И что в этом такого? — я вернулся на несколько шагов и осторожно положил руку ей на плечо, — страх публичных выступлений — естественная штука. Я когда-то так боялся на истории читать доклад по древнему… кхм, миру, что в школу идти не хотел. Стеснялся запутаться во всяких Хаммурапи, Эхнатонах и Ашшурбанипалах.
Это действительно было так. С одной только поправкой, что боялся я не конкретно выступать перед аудиторией, а того, что доклад мой был спизжен с какого-то сайта с рефератами. Поэтому присутствовала вероятность того, что кто-то из одноклассников повторял мой текст слово в слово. К счастью, тогда пронесло. Но Юри об этих обстоятельствах знать необязательно.
— Не надо из клуба Солнечную систему, блин,
