Сириус Блек был спасен!
Хотелось смеяться, прыгать и кричать от радости. Гарри с трудом удержался от проявления чувств. Нужно было сохранить свое присутствие в тайне. Он только улыбался, уже не особо вникая в происходящее вокруг. Да, его младшая версия переживала сейчас самый жуткие минуты жизни, но он знал, что мальчишка выдержит. Все произошло так, как и должно было быть.
Белла Лестрандж устранила еще и Кингсли и кинулась бежать. Гарри больше не испытывал к ней ненависти. Во-первых, Сириус был жив. Во-вторых, она не атаковала его Авадой. И в-третьих, он знал, что значит для Блеков семья и сам был частью этой семьи. Младшая версия Поттера ринулась за ней, желая отомстить. Многие, в том числе и Дамблдор, побежали за ними, зал быстро пустел, на полу оставались лишь раненые, которые либо были без сознания, либо слишком мучились от боли, чтобы обращать внимание на происходящее. Певерелл знал, что случится сейчас в Атриуме, он не собирался идти туда, Гарри еще не был готов увидеть лорда Волдеморта. Вместо этого он спокойно снял с себя невидимость и тихо подошел к Долохову, лежащему на полу под заклятием Петрификус Тоталус. Пожиратель не мог двигаться, но зато все слышал, видел и понимал. Поттер присел рядом с ним, оказавшись в поле зрения обездвиженного волшебника. Во взгляде темных глаз отразилось недоумение.
– Ай-ай, Тони, – издевательски сказал Гарри. – Как не хорошо пытаться проклясть Секо своего хозяина. Я собирался помочь тебе избежать Азкабана, но теперь сомневаюсь, стоит ли делать это. Ведь ты еще и с Сириусом дрался, а ты ведь помнишь, как я люблю Сириуса?
Долохов, конечно, ответить не мог, но по его глазам Поттер видел, что говорить волшебнику сейчас очень хочется. Гарри покачал головой.
– Ради нашей былой дружбы я сниму с тебя заклинание, но выбираться из министерства будешь сам, как повезет, – он встал и пошел в сторону выхода. Юноша обирался уйти подальше от Пожирателя, прежде чем снять заклятие, мало ли что тому придет в голову. Наконец, Гарри повернулся к своему вассалу и, прежде чем взмахнуть палочкой сказал:
– Для тебя же лучше, если никто о нашей встрече не узнает.
После чего покинул министерство, уже не интересуясь дальнейшими событиями.
Глава 38
В поместье Малфоев, которое Лорд использовал в качестве своей резиденции, было чаще всего тихо и мрачно. Обычному человеку тут было бы просто-напросто страшно, но после Азкабана такое место было раем. Долохов, удачно выбравшийся из министерства и получивший свою долю наказания от Лорда, улегся на постель в комнате, которую ему выделила Нарцисса, и стал думать о том, что сегодня произошло. Он был дьявольски рад, что Лорд не стал применять к нему легилименцию, потому что Тони не знал, как скрыть от Волдеморта то, что ему скрыть было приказано.
Человек, выглядевший как Гарри Поттер, им не был. Тони даже спустя десятилетия помнил эту немного насмешливую, эмоциональную, и все равно дружелюбную манеру разговора. Помнил, как двигался тот, кому Тони действительно принадлежал. А уж упоминание о дружбе окончательно убедило его в том, что сегодня ночью он видел того, кого магический мир знал, как Найджелуса Певерелла.
Но как такое могло произойти? И даже если произошло, что он делал в министерстве? И почему улыбался, если его любимый крестный только что погиб?
Долохов резко сел на постели, придя к пониманию. Гарри спас Блека! У них на глазах, обманув всех! Гарри каким-то образом спас Сириуса! Долохов захохотал. Это больше не был звонкий смех молодого человека, он сорвал голос и разучился веселиться на войне и в тюрьме. Однако мысль о том, что его настоящий хозяин снова где-то рядом, вызывала ощущение защищенности.
Тогда, много лет назад, он вбежал в Тайную комнату на несколько минут позже Гарри. Как раз вовремя, чтобы успеть увидеть, как к Поттеру летит Авада, как закрываются зеленые глаза. А потом завизжал Марволо, и все вокруг взорвалось разноцветными искрами, словно во время салюта. Тони послал смертельное заклятие в темнокожего волшебника, который растеряно смотрел на будущего лорда Волдеморта. Враг осел на пол, роняя волшебную палочку. Тони огляделся в рассеивающемся розовом тумане, понимая, что иметь дело с последствиями придется именно ему.
Девушка, которая пришла с волшебником, проклявшим Гарри, лежала невдалеке в луже крови и не подавала признаков жизни. Судя по всему, в нее попало два несовместимых проклятия, убивших ее. Тела Поттера не было, а на месте, где прежде находился Певерелл, Марволо Мракс, гордый слизеринский староста, будущий Темный Лорд, человек, знающий чего хочет и как этого добиться, стоял на коленях и скреб плиты пола пальцами, тихо подвывая. Том совсем потерял лицо от страха, на секунду Долохов подумал, что мальчишка свихнулся от шока, но потом отмел эту мысль. Такие, как Марволо Мракс не останавливаются из-за подобных помех. Поревет, и пройдет, решил тогда Тони, у него были более важные проблемы, чтобы думать.
Он не сомневался, что Певерелл погиб, а произошедшее в Тайной комнате нужно было скрыть во что бы то ни стало. Ему пришлось воспользоваться помощью Морфина, и они объявили Найджелуса Певерелла скончавшимся по причине болезни. Это дало светскому обществу множество тем для сплетен. Кто-то утверждал, что Найджелус покончил с собой, некоторые говорили, что он сошел с ума и его просто прячут. Фамилия Певерелл опять сыграла свою роль, каждый, кто знал историю, так или иначе подозревал, что Найджелус не в здравом уме. К счастью, в убийстве семью пропавшего никто не обвинял. Министерство предпочитало не лезть в домашние дела чистокровных аристократов.
Ко всему выяснилось, что со смертью Гарри они все оказались на улице. Завещания лорд не оставил, а два особняка («Старые дубы» и дом в Лондоне), окруженные магической защитой, не желали никого пускать. Сейфы и бизнес взяли под свою опеку гоблины, ничего не объясняя. Все, что слышали претенденты на наследство: «Вы не Певереллы». Конечно, у Тони было его крохотное поместье, у Морфина хижина в Литл-Хэнглтоне, а у Марволо собственный сейф, который Гарри, как и обещал, наполнил деньгами под завязку. Однако это глупо было даже сравнивать с тем, к чему они привыкли, пока Поттер баловал их.
В довершении всего Том все-таки сошел с ума. Он не превратился в овощ, не лишился своих острых суждений и быстроты мысли, но когда он встретился с Долоховым после Тайной комнаты, уже полностью осознав случившееся, юноша не был тем ребенком, которого Тони знал. Его глаза нездорово блестели, а на лице застыла мрачная высокомерная решимость.
– Я увижу его снова, – сообщил он растерянному Долохову. – Просто нужно подождать. Ведь Гарри Поттер еще родится.
