И еще один важный момент: в документе записано положение об обязательном представительстве женщин во всех руководящих органах партии пропорционально их численному составу.
По моему глубокому убеждению, сказала Г.В. Семенова, женщины в политике — это не бантик на фасаде демократии, это не украшение мужского коридора власти, это действительно необходимый сегодня баланс психологии, взглядов, позиций. Это, безусловно, гарантия того, что политика не отойдет от решения жизненно важных социальных вопросов. Это возможность гуманизировать и процесс принятия решений, и сами решения, гармонизировать отношения в обществе.
Вопросы информационного агентства «Новости». После Екатерины Фурцевой вы первая и пока что единственная женщина в высшем руководстве КПСС. Как вы себя чувствуете в Политбюро, в какой мере считаются с вашим мнением? Что лично вам уже удалось сделать? Какие положительные и какие отрицательные стороны в работе Политбюро вам стали очевидными на сегодняшний день? Многие, особенно оппоненты, называют Центральный Комитет партии министерством по идеологии и кадровой политике, если речь идет о прошлом. Сейчас Центральный Комитет партии, как известно, от этой своей роли отказался. Какими реальными рычагами он и партия в целом обладают сегодня для более широкого привлечения женщин в политику?
Г. Семенова. Хотя я и предполагала перед XXVIII съездом, что в состав Политбюро будет избрана женщина, ведь политика демократизации и обновления общества невозможна без участия женщин, тем не менее для меня выдвижение моей кандидатуры явилось полной неожиданностью. Весьма сожалею, что выдвинута была только я одна. Всячески буду стремиться к тому, чтобы женщины оказались не только в руководстве партии, но и в Кабинете министров, в других органах государственного управления. Как народный депутат СССР и член Комитета Верховного Совета по делам женщин, семьи и демографической политики вижу свою задачу также и в том, чтобы выдвинуть как можно больше женщин, помочь им реализовать свои способности в высших структурах власти.
Трудно ли мне в составе Политбюро, будучи там единственной женщиной? Я не задаю такого вопроса. Задаю другой: не трудно ли моим коллегам со мной? У меня ведь нет практически никакого опыта партийной работы. До этой столь высокой должности я никогда не работала ни в партийных структурах, ни в органах Советской власти. Кроме журналистов, никого коллегами в своей жизни не называла. Поэтому меня в большей степени заботит, не трудно ли со мной. Надеюсь, что нет.
Считаются ли с моим мнением? Да. Просто ли это далось? Нет. Потому что и для многих членов Политбюро я стала новым человеком. Больше всего с самого начала опасалась, что относиться ко мне будут как к традиционному «женскому креслу» за политическим столом. Поэтому стараюсь выступать по всем вопросам, которые обсуждаются на Политбюро, на Секретариате. Могу сказать откровенно: удалось добиться, что если я молчу, то о моем мнении спрашивают.
О недостатках в работе Политбюро и о положительных сторонах мне трудно говорить по той же причине — мне не с чем сравнить. Во всяком случае, демократичная обстановка обсуждения, которая иногда приобретает характер и спора, который мы разрешаем именно в результате внимательного отношения к мнению друг друга, к выработке совместных позиций, естественно, пока не вызывает у меня никаких негативных эмоций. Наоборот, эта демократичная обстановка обсуждений мне нравится.
Лучший вариант политического воздействия на общественное мнение и на общественное настроение не власть решений, а власть мысли, авторитета. И вот эту власть я стараюсь по мере сил и возможностей укреплять. Это сейчас главный рычаг. Очень важна парламентская деятельность, работа депутатов от партии. Есть партийная пресса. Но основа всего — работа первичных организаций, через которые и осуществляется постоянная связь руководства партии с народом. Думаю, что этих рычагов вполне достаточно для того, чтобы укреплять свой авторитет, проводить свою политику. Но насколько эффективно они используются — другой вопрос.
Вопрос журнала «Вопросы истории КПСС». Участие женщин в политике можно только приветствовать. Сегодня особенно выпукло, рельефно это видно на съездах народных депутатов Союза и республик. Что же касается партийных комитетов, здесь подвижки менее заметны. Взять хотя бы пленумы ЦК КПСС. На последнем, апрельском, из тридцати восьми выступивших в прениях только две женщины. Разве вы как член Политбюро не можете подсказать своим коллегам, что это не совсем нормально? Тем более что на предыдущих двух-трех пленумах женщины вообще не выступали.
Г. Семенова. Согласна с вами полностью. Могу еще добавить, что у нас в 125 обкомах партии среди секретарей нет ни одной женщины. Вот почему наша комиссия настояла, чтобы в решении Секретариата был все-таки пункт об обязательном представительстве женщин в руководящих органах.
Что касается последнего пленума, добавлю, что дело не только в том, что выступили лишь две женщины. Дело еще и в том, как они выступили. Потому что и здесь, на мой взгляд, не было самореализации личности женщины. Не хочется критиковать женщин. Я всегда их защищаю, если они были не правы, потому что прежде всего вижу объективные обстоятельства, которые каким-то образом либо исказили их позицию, либо навязали им неверный тон выступления.
Одна из выступивших, как вы помните, зачитала, очевидно, загодя написанный кем-то для нее текст. Речь шла о том, чтобы вновь вернуть партии властные функции, критиковалось Политбюро, так называемый Центр. Это, увы, отражение бытующего в обществе стремления разделить людей на тех, кто ставит оценки, и на тех, кто «ходит в оценках». И если раньше традиционно сверху раздавали оценки нижестоящим за ту или иную работу, то теперь как бы и здесь произошел перевертыш — все норовят выставить отметки тем, кто «наверху». А вот самооценок не хватает.
Вторая говорила запальчиво, взволнованно, порой несдержанно. Но и на это у меня есть свое объяснение. Позволю такое сравнение — автомобилисты меня поймут. У нас в политике женщина похожа на женщину за рулем машины. Каждый мужчина старается ее обогнать, отпустить шуточку, сыронизировать по поводу манеры вождения, а то и «подрезать». К чему это приводит? К лихачеству. Страшное дело, если по дороге едет такой уязвленный водитель. Берегись, она летит на бешеной скорости, не глядя по сторонам.
Вопрос радиостанции «Эхо Москвы». Полагаете ли вы, что облегченный путь женщин в политику, такой, как пропорциональное представительство, даст нам, скажем, в парламенте сотню Маргарет Тэтчер? Не приведет ли это к снижению авторитета тех женщин-политиков, которые благополучно имели бы его и без этого?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
