в богоизбранных магов. Даже Макаров опасался Миры, не сильно конечно.
— Гарол! Немедленно объясни, что происходит? — лязгнул железом голос Макарова на весь зал. Не иначе усилил голос магией. Все наши маги стояли в ступоре, лишь король кипел гневом и скорбью.
— Я приказываю всем волшебникам убить этого мага. Он убил мою единственную дочь, моё наследие! — снова крикнул король, в глазах которого навернулись слезы. Маги не из Хвоста феи зловеще заулыбались, кроме Джуры и нескольких мастеров гильдий.
— Твоя дочь, могла погубить целую страну. Своими необдуманными действиями она открыла Врата Затмения, чтобы убить Зерефа. Не спорю, задумка интересная. Вот только вместо смертного Зерефа, получилось так, что портал был открыт в месте, где пиршествовали драконы. Если бы не волшебники всех гильдий, то весь Фиор был бы разрушен, а жители были бы порабощены или сожраны. Ты этого хотел для страны, Тома Е. Фиор?
Воцарилось суровое мужское молчание. Впрочем, надолго короля не хватило.
— Но это не повод убивать её! — гневно ответил карлик в короне, чем слегка рассмешил меня.
— Не повод?! — отсмеявшись, спросил я, — А что тогда повод? Я, кстати, еще довольно мягко поступил. Там, откуда я пришел, её душу вырвали бы из тела и навечно оставили где-нибудь в канализации, сохранив все ощущения от пребывания там. Тем более, что она это заслужила, как никто другой. Как ты её наказал бы, а король? Как она отвечала бы за смерти людей? Сколько народу было убито или съедено в ту ночь?
— Я объявляю награду за голову этого темного волшебника. Сто миллионов драгоценных, — проговорил король, введя в шоковое состояние Макарова, Боба, Голдмайна и Миражанну. Остальные волшебники переваривали эту новость, относительно молча. Многие маги ахнули, услышав сумму за мою голову. Такая сумма была астрономически огромной и за подобные деньги даже самые стойкие маги могут задуматься. Все же жажда наживы неискоренима.
— Ты не можешь этого сделать! Он спас большинство из нас. От его руки были убиты множество драконов! Он наш спаситель, — вступился за меня Макаров, а другие мастера гильдий, ну из тех, что остались живы и при своих конечностях, согласно кивнули, с легкой неприязнью поглядев на безжизненное тело принцессы. Мира тем временем облачилась в другую, более сильную форму, отчетливо понимая, что в случае драки ей понадобятся все возможные силы. Душа Сатаны Ситри, она её так называет. В этой форме её одежда сменяется на длинный черный плащ с высоким, того же цвета воротником, бело-голубой фрак с корсетом, поддерживаемый двумя ремнями. На голове по бокам у нее вырастают толстые рога, а на ногах появляется синяя маркировка. Ноги ее как бы окутаны пламенем. По моим данным это её сильнейшая форма и одолеть её в этом облике непросто даже Лексусу или Гилдартсу. Недаром она волшебница S класса.
Напряжение в зале для приема гостей нарастало в геометрической прогрессии. Около меня стояла Мира полностью в боевой форме и прожигала гневным взглядом всех поблизости, ну кроме своих. Остальные маги гильдий, даже Саблезубы, переводили потрясенный взгляд с меня на короля и обратно.
Я стоял в дальнем конце зала, а король Фиора метал в меня злые взгляды. Прием сорвался и маги, наблюдая за нами, судорожно думали, как им быть. С одной стороны, им приказал сам король Фиора, а с другой, совершенно не хотелось трогать мага, который убивал драконов в бою один на один.
— Тогда я изгоняю тебя из Фиора, Гарол, — лязгнул голос короля.
— Ты не можешь изгнать меня. Я богоизбранный волшебник и имею право жить где захочу.
— Я лишаю тебя звания богоизбранного!!! — сорвался на фальцет голос монарха. Его глаза налились кровью, а в ауре распустилась ярость и ненависть ко мне.
— Его присваиваешь не ты, и не тебе его лишать, — отрезал я. Это действительно так. Статус богоизбранного мага присваивается Советом магов, обычно по рекомендации уже состоящего там. Макаров, Джура и Яджима согласно кивнули на мои слова.
— Вон отсюда!!! — проорал карлик в короне, а я кивнул Макарову и переместился в Хвост феи, не забыв поцеловать опешившую от моего демарша Миру.
Гильдия встретила меня легким запустением. Там присутствовали Елена, Биска, Альзак и еще несколько человек, которые не захотели пойти на Игры. Непривычная тишина была развеяна легким хлопком от моей телепортации. Остальные, увидев, что это я, резко успокоились и отправились по своим делам. Я же ждал и спустя где-то два часа в гильдии появился разъяренный Макаров, испускающий волны силы.
— Гарол! Объясни немедленно, что это только что было!? Ты хоть представляешь, что будет дальше с гильдией? Нашу гильдию объявят темной и закроют, а если мы не подчинимся короне, то на нас объявят охоту и истребят.
— Мастер. Я поступил так, как считал правильным. Конечно убитых с того света я не верну, но…, - перед глазами вновь встал образ Джувии, — совершить правосудие, я был вправе.
— Ты должен был сказать об этом мне.
— И что бы ты сделал? — иронично поднял я бровь, — Высказал королю? Это понятно. А потом? Что было бы потом? Ну наказал бы её наш король, лишением косметики к примеру, однако это не научило бы её ценить чужую жизнь.
— А смерть, по-твоему, лучше научит? — гневно спросил Макаров, подавив невольную улыбку от моих слов о наказании косметикой.
— Ну она относительно жива, я не разрушал её душу до основания и она пока хранится здесь, — показал я посох. На матово-темной поверхности Черного обсидиана Фраи на секунду мелькнуло лицо Хисуи замершее в диком ужасе. Макаров заметил это, но продолжил разговор.
— Гарол, это очень серьезно. Вот что прикажешь мне теперь делать? — старый карлик устало рухнул на ближайшую скамью
— Мастер, вам решать. Я поступил верно, и извиняться за это не обязан.
— Я пока не говорил остальным, но в данной ситуации обязан сделать все, чтобы защитить гильдию.
— О чем вы, Мастер? — недоумевал я.
— Я вынужден изгнать тебя из Хвоста феи, — тяжело роняя слова, ответил Макаров с аурой полной вины и решимости.
Я же стоял, словно громом пораженный. Меня изгоняют из гильдии. Это что-то новенькое за века моей жизни.
— Я не хочу этого делать, Гарол, и знаю, что это плохое решение, но когда ты ушел, монарх насел на меня и хотел натравить на тебя и на гильдию всех волшебников Фиора. Он порывался даже дать прощение темным гильдиям, если они принесут твою голову. Поэтому, чтобы гильдия пострадала как можно меньше, я вынужден пойти на подобный шаг.
— Хорошо, — сказал я, выдохнув. С другой стороны, я практически ничего не потерял.
