Он знал: машины уже начали анализировать все обстоятельства происшедшего. Правда, пока еще неясно, получила ли «фурия» приказ с этого момента следовать за ним, куда бы он ни шел, до самого его смертного часа или она останется стоять здесь, просто стоять, пока ее не отзовут…
Впрочем, сейчас это уже не имело значения. Либо эта «фурия», либо какая-нибудь другая в настоящий момент, конечно, уже получила инструкции относительно его. Оставалось прибегнуть к единственному средству. Слава богу, он еще может кое-что предпринять.
Гарц отпер ящик письменного стола и, выдвинув его, коснулся клавишей — он-то думал, что ему никогда не придется к этому прибегать. Очень тщательно, цифру за цифрой, он вложил в компьютеры закодированную информацию и посмотрел сквозь стеклянную стену. Ему показалось, что он видит, как внизу, на невидимых глазу лентах, одни данные стираются, а на их месте появляется другая, фальшивая информация.
Он взглянул на робота и едва заметно улыбнулся.
— Сейчас ты все забудешь, — сказал он. — И ты, и эти компьютеры. А теперь можешь идти, ты мне больше не нужен.
То ли оттого, что компьютеры работали очень быстро (как оно и было на самом деле), то ли в силу простого совпадения, но только «фурия» задвигалась, словно подчиняясь приказанию Гарца. С того самого момента, когда Дэннер выскользнул из ее рук, она стояла без движения. А сейчас новый приказ оживил робота, и пока одна программа сменялась другой, движения его были импульсивны. Казалось, он согнулся в неловком поклоне, так что голова его оказалась на одном уровне с головой Гарца.
Гарц увидел собственное лицо, отразившееся в гладкой физиономии «фурии». Было что-то похожее на насмешку в этом неловком поклоне робота, чью грудь украшала кроваво-красная орденская лента, делавшая его похожим на дипломата, награжденного за заслуги. Однако заслуги эти были весьма сомнительны: этот точный механизм стал соучастником преступления. Удаляясь, робот оглядывался на Гарца, как бы унося с собой отражение его лица.
Гарц наблюдал, как «фурия» гордо шествовала к двери. Затем услышал, как ее размеренные шаги загрохотали вниз по лестнице. Всем телом ощущая эту тяжелую поступь, от которой содрогался пол, Гарц внезапно почувствовал тошноту и головокружение — он подумал, что сейчас сама структура общества сотрясается под его ногами.
Машины тоже подвержены коррупции.
Жизнь человечества все еще зависела от компьютеров, но компьютерам нельзя больше доверять. Гарц заметил, что у него дрожат руки.
Он задвинул ящик стола и услышал, как мягко щелкнул замок. Руки его дрожали, и эта дрожь, казалось, отдавалась во всем теле, и он с ужасом подумал о том, как непрочен этот мир.
Внезапно нахлынувшее чувство одиночества, как холодный порыв ветра, охватило его. Никогда еще Гарц не испытывал такой острой потребности в общении с себе подобными. Не с каким-то одним человеком, а с людьми вообще. Просто с людьми. Такое естественное и примитивное желание быть среди людей.
Схватив шляпу и пальто, он стал быстро спускаться вниз. На середине лестницы остановился, глубоко засунув руки в карманы, но никакое пальто не спасло от внутреннего озноба.
За спиной послышались шаги.
Сначала он не смел оглянуться. Он слишком хорошо знал эту поступь. Но в нем боролись два страха, и он не знал, какой из них сильнее — боязнь убедиться, что «фурия» приставлена к нему, или боязнь обнаружить, что ее нет. Если бы она действительно оказалась за его спиной, он, скорее всего, испытал бы чувство странного успокоения, ибо это означало, что он может доверять машинам. Что же касается этого ужасного чувства одиночества, то оно должно пройти.
Не оглядываясь назад, он шагнул еще на одну ступеньку. За спиной послышался зловещий отзвук, словно повторивший его шаг. Он с трудом перевел дух и оглянулся.
Лестница была пуста.
Выждав время, которое, как ему показалось, длилось бесконечно долго, Гарц, часто оглядываясь, начал спускаться вниз. И снова он слышал грохот шагов у себя за спиной. Однако «фурии» не было видно. Никакой "фурии".
Эринии снова нанесли свой тайный удар — невидимая глазу «фурия» его совести следовала за ним по пятам.
Казалось, снова возродилось понятие греха и вернулось в мир, где он был первым человеком, вновь испытавшим ощущение внутренней вины. Очевидно, компьютеры все-таки не подвели.
Гарц медленно спускался по лестнице. Он вышел на улицу, все еще слыша характерную поступь за спиной. Сейчас она уже не отдавалась металлическим звоном, но ни избавиться от нее, ни откупиться было невозможно.
Отныне она навсегда будет сопровождать его.
Примечания
1
Печатается по изд.: Азимов А. Ночь, которая умирает: Пер. с англ. М.: "Молодая гвардия", 1965 (Смена, 1965, № 10), с испр. — Пер. изд.: Asimov I. Nine tomorrows.- New York: Garden City, 1959.
2
Предлагаемый вниманию читателя рассказ написан в 1956 г., когда еще не были уточнены периоды вращения Меркурия вокруг своей оси и его обращения вокруг Солнца, позже стало известно, что каждая часть поверхности планеты в тот или иной момент времени освещается Солнцем. — Прим. перев.
3
Пер. изд.: Anderson P. The Pirate: в сб. Anderson P. Homeward and Beyond.- New York: Doubleday and Company, Inc., 1975. Перевод на русский язык, «Мир», 1988.
4
Печатается по изд.: Прокоп Г. Смерть «бессмертных»: Пер. с нем.: Природа и человек (1982, № 7, 8), с испр. — Пер. изд.: Prokop G. Der Tod der Unsterblichen: в сб. Prokop G. Wer stiehit schon Unterschenkel? — Berlin: Verlag Das Neue Berlin, 1978.
© перевод на русский язык, "Природа и человек", 1982.
© Verlag Das Neue Berlin, Berlin. 1977
5
Печатается по изд.: Танака К. Погоня: Пер. с яп. — Азия и Африка сегодня (1981, № 9-10), с испр. — Пер. изд.: Tanaka Koji. Kimi wa emban о mita ka?: в сб. Tanaka Koji. Kimi wa emban о mita ka? — Tokyo: Kadokawa shoten, 1976.
© Koji Tanaka. Перевод на русский язык, "Азия и Африка сегодня", 1981.
6
Апато — многоквартирные дома стандартной постройки.
7
Пер. изд.: Delaney J. H. A Slip of the Mind.- Analog, CIV (February 1984).
© 1984 by Davis Publications, Inc.
© перевод на русский язык, «Мир», 1988.
8
Большое жюри — в США коллегия присяжных, решающая вопрос о подсудности данного дела. — Здесь и далее примечания переводчика.
9
«Порок» — так в США в разговорное речи называют отряд полиции, занимающийся борьбой с незаконной торговлей спиртными напитками, проституцией и т. п.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
