Большой удачей советской внешней политики считалась закладка на Кубе разведцентра Лурдес, под Гаваной. Через него наша страна получала до 70 процентов стратегической развединформации о США — там было установлено новейшее электронное оборудование и работало около тысячи профессионалов 6-го управления ГРУ. Круглосуточный перехват радио- и телефонных переговоров на территории Соединенных Штатов, запись и анализ информации с американских спутников связи, слежка за стратегическими ядерными силами и своевременное обнаружение превентивной атаки межконтинентальных баллистических ракет по их стартовым факелам — вот неполный перечень занятий разведцентра.
Американцы обложили нас новейшими РЛС — на Аляске, в Гренландии, Англии, Литве, Эстонии, Латвии. А мы свою станцию под Красноярском взорвали, другие отдали Украине, Азербайджану, Казахстану, Прибалтике. Стали глухими тетерями и слепыми котятами. Единственной «замочной скважиной», через которую можно было подсмотреть за тем, что замышляют ковбои — оставался Лурдес. Даже пофигист Ельцин не поддался давлению США и не ликвидировал разведцентр, а выделил 100 миллионов долларов на модернизацию оборудования.
В декабре двухтысячного только что отинаугурированный Владимир Владимирович прибыл на Кубу. Заглянул в разведцентр. Под аплодисменты грушников погрозил в своей манере: да я им, да мы их! И заверил, что из Лурдеса Россия не уйдет.
Он привез с собой на Кубу олигархов, обшаривших к тому времени все сусеки в своей стране. Они знали, что Фидель Кастро должен нам около 20 миллиардов долларов и желали бы примазаться к этим деньгам. Путина олигархи держали за лоббиста. Глава «ИНТЕРРОСА» Владимир Потанин хотел стать владельцем никелевого комбината. Но все никелевые и медные рудники с заводами, созданными, между прочим, при помощи СССР, Кастро уже отдал в долгосрочную концессию Китаю. Нефтяные олигархи нацелились на месторождения в Мексиканском заливе, однако там уже обосновались испанцы. Непруха, одним словом. А зачем Куба российскому Олигархату, если с нее не соберешь приличного урожая баксов!
Летом 2001 года гостивший в Словении президент Всея Мира Джорж Буш пригласил Владимира Владимировича прошвырнуться в Любляну: говорил о Лурдесе. Выразил недовольство затяжкой с ликвидацией шпионского пункта. А для бывшего службиста из КГБ достаточно даже намека начальства. И разведцентр в Лурдесе был закрыт — Буш публично хвалил Путина за дружеское решение.
Правда, эти сюжеты наше телевидение не показывало. Кремль шепотом объяснил, что платить ежегодно по 200 миллионов долларов за аренду Лурдеса страна не намерена: надо беречь народные деньги. Надо! А разве нельзя было увязать судьбу разведцентра хотя бы с частью кубинских долгов России? Вот и коллекционеру яхт и зарубежных футбольных клубов Роману Абрамовичу Кремль деньги нашел — выкупил у него через «Газпром» за 13 миллиардов долларов «Сибнефть», задарма отданную олигарху Борисом Ельциным.
Да и не такой уж и скряга вождь единороссов, чтобы дрожать над каждой копейкой налогоплательщиков. Он напрощал долгов различным государствам, где властвуют проводники американской политики, на целых 40 миллиардов, в том числе Ирану 8 и Афганистану— 11 миллиардов. Соединенные Штаты бомбят города не согласных становиться марионетками и отдавать нефть, мы должны оплачивать их восстановление. Средств на это янки тратить не желают. Директор Всемирного банка по России Кристалина Георгиева так и объяснила нашей озадаченной публике: «если иракская проблема не будет быстро решена, это отразится на экономике США, а проблемы США станут проблемами всей глобальной экономики». Сказано откровенно, без кремлевских ужимок.
Мы остались без глаз и ушей. Но до сохранения ли Лурдеса президенту России, когда надо срочно выручать погрязшие в милитаризме Соединенные Штаты, а с ними Всепланетную Олигархию. Путин с первых минут своего президентства перенял диктаторские замашки Ельцина распоряжаться капиталами России с редким самоуправством. Нам пора уже браться за составление реестра потерь от деятельности чиновников высшего уровня и готовить им счета к оплате. Личных денег для возмещения потерь у них, по разным источникам, вполне достаточно.
Раздражало американских гегемонистов и наличие у России удобного стратегического объекта — военно-морской базы Камрань. По эффективности это, наверно, не Лурдес, но российская группировка, надежно укрытая в Южном Вьетнаме, подрывала на Тихоокеанском театре монополию США с их базами на Филиппинах и Окинаве.
В шестидесятых Камрань занимали американцы, оттуда вели бомбардировочные налеты на мирные города, потом, в 75-м, под напором вьетнамцев и оружия СССР убрались восвояси. Восток любит торг, у него нет друзей, а есть только выгода. Ханой маневрировал между Москвой и Пекином— кто больше отвалит за Камрань, пока в 79-м Китай не начал против Вьетнама полномасштабную войну. СССР опять помогал «героическому народу», за что получил Камрань в бесплатную аренду на 25 лет — до 2004 года. А дальше? Дальше, как принято всюду — новый переговорный процесс.
В Камрань Советский Союз вложил немалые средства. На века. Построил семь причалов для 15-й эскадры Тихоокеанского флота, два аэродрома для стратегических бомбардировщиков-ракетоносцев с крылатыми ракетами (Ту-95) и противолодочных самолетов (Ту-142), станцию электронного слежения за окрестными морями, разместил эскадрилью МиГ-25, заложил ремонтные и заправочные базы — ну и многое другое. Группировка плотно контролировала Юго-Восточную Азию и стратегические проходы из Тихого океана в Индийский — в Персидский залив.
За ельцинское десятилетие техническая база Камрани пообветшала, как обветшал весь наш флот. А обстановка в мире вновь поднимала значение военного кулака в глубоководном заливе Кэм Ран Бэй. США, поматросив и бросив Россию, стали показывать волчьи клыки: вышли из договора по ПРО, наращивали силы в Европе и Азии.
Вьетнамское руководство считало, что для России в этом регионе опять наступал момент истины, и к первому приезду Путина в Ханой в 2001 году готовило предложения по будущей судьбе Камрани. Восток действительно любит торг: хозяева намекали, что янки предложили им за базу большие деньги, но пусть даже за меньшую сумму в стране остаются и дальше — с 2005 года российские моряки. Были у Ханоя и другие домашние заготовки: в оплату за базу русские отдадут Вьетнаму два-три причала под гражданские корабли или создадут еще одно совместное предприятие, подобное «Вьетсовпетро».
В первый приезд Путина во Вьетнам его встречали по одежке как лидера большой страны, а уже во время второго смотрели на Владимира Владимировича, по восточным понятиям, как на заурядного предпринимателя. Умный Восток отличать научился: какой кормчий личность, а какой — только функция. В данном случае функция Олигархата.
Путин таскал за собой целый кагал — олигархов, чиновников, прочих бездельников. Свите хотелось взглянуть на живого динозавра российской экономики— совместное предприятие «Вьетсовпетро». Взглянуть и умертвить.
На это чудо из далекого прошлого желал посмотреть и сам президент. Что он и сделал.
«Вьетсовпетро» как акционерное СП на паритетных началах было создано в 1981 году госструктурами СССР и Вьетнама. И продолжало добывать небольшое количество нефти на шельфе по законам китайского социализма юго-восточной страны. Вьетнамцы не дали Чубайсу забраться приватизационными сапогами в преуспевающее СП: есть межправительственное соглашение до декабря 2010 года, есть утвержденные правила — по ним и работаем. Срок истечет — тогда приходите с новыми предложениями.
Социализм, говорил Ленин, это учет и контроль. Ельцинизм — ни учета, ни контроля: сплошное бесчинство власти. Две системы с помощью «Вьетсовпетро» наглядно демонстрировали народу свои качества. Маленькое российско-вьетнамское предприятие давало в бюджет нашей страны дохода с прибылей больше, чем вся остальная федеральная собственность вместе взятая, включая такие гиганты, как «Газпром», «Роснефть», РАО «ЕЭС России», Сбербанк, Аэрофлот и Международные авиалинии.
За счет одной такой СП-невелички можно было арендовать по новым условиям две Камрани. А все потому, что воровать социалисты не позволяли. «Вьетсовпетро» высветило масштабы присвоения прибылей российскими чиновниками— олигархами — десятки миллиардов долларов. Для нуворишей в Кремле и правительстве организационно-правовая форма СП была разоблачительной. Они боролись за ее изменение. И удача не обошла их: после истечения срока договора СП «Вьетсовпетро» превратится в закрытое от глаз контролеров Общество с ограниченной ответственностью.
Во вторую поездку в Ханой Путин захватил своего старого приятеля Петра Авена. Президент Альфа-банка решил приватизировать вьетнамскую собственность в телекоммуникационной сфере и опутать юго-восточную Азию сетью своих ростовщических пунктов. Толкачом, как я рассказывал в предыдущей главе, выступал Владимир Владимирович: вопрос российская сторона включила даже в повестку переговоров руководителей государств.
