борьбе с ними…
— Слушаюсь, Господин Генерал-Капитан (прим. Автора — Главнокомандующий/Генерал-Капитан — одно и то же), — улыбнулась Унохана.
— Это не смешная шутка, — заметил я.
— Это и не шутка, — покачал головой Кьёраку. — Из всех нас именно ты начинаешь сейчас действовать, как Главнокомандующий. Приведи нас к победе…
— Эх, — как же я устал от всего этого дерьма. — На разведку следует отправить ряд наших Лейтенантов. Пусть вступят в бой, но не в серьёзный. То есть — разведают примерные способности врага. Хорошо, если они натолкнуться на свои же Занпакто, — точнее — я почти уверен, что так оно и будет. Таков результат моего анализа этого восстания. Занпакто восстали, и скорее всего — каждый Занпакто постарается сразиться именно со своим истинным хозяином.
***
— Пфффф, — фыркнула беловолосая девушка, наблюдая за двумя дерущимися дамочками. — Какие же они всё же жалкие…
Девушка была невероятно красивой, с пурпурными глазами, среднего роста, одетая в белую блузку с оголёнными плечами и чёрную юбку, выше колена. Выделялись волчьи уши прямо на макушке, а также — белый, волчий хвост. Лицо правильной формы молодой девушки наводила на родственные связи с аристократами.
В тёмной пещере, едва освещаемой хилыми источниками цвета собралась по-настоящему разношёрстная компания дворняга… Иназума, таково было имя этой девушки, не видела в них не то чтобы соперников. В некоторых она не видела и личности… К примеру не такой уж и гигант Тенген, с пылающим ртом. Он туп и неповоротлив… А этот Хозукимару? Такой же неотёсанный кретин, как и его хозяин. И сейчас наблюдая за перепалкой Тобиуме и Хайнеко, одна из которых была, по факту, подчинённой ей самой она слегка недоумевала с их тупости. Вот так просто начать схватку? Хотя да, они же дети. У них оскорбление, как у детей… Но больше всего Иназуму бесила эта… Так она называла летающую пчёлку у которой некое подобие жала на правой руке. Сузумебачи… Она очень похожа на сказочную фею, хотя сама Иназума считает её не более чем назойливой, обнаглевшей мухой. Сузумебачи очень маленького роста, у нее красновато-коричневые волосы с челкой, собранные особым образом в два хвостика, и глаза розового цвета. Носит золотисто-черный в полоску костюм, на правой руке — жало, которое является оружием и соответствует форме шикая не в материализации (часто его воспринимают вместо правой руки). На шее — белый мех как колье, такой же находится на запястье левой руки. Все тело Сузумебачи излучает сияние.
— Чего пялишься? — спросила муха. — Получить хочешь?
— Слишком много чести для тебя — сражаться со мной, — фыркнула Иназума.
— А у тебя слишком сильное самомнение! — резко ответила Сузумебачи. — Твой хозяин, — она указала своим жалом на Иназуму, — твой бесполезный хозяин — вскружил голову моей хозяйке… Как будто это само собой разумеющееся! А ты… Высокомерная, лишённая стиля собака!
— Что ты сказала, муха крашенная? — взъярилась Иназума. — Не боишься последствий? Виноват не мой хозяин, который соблазнил твою хозяйку. Виновата она! Только я думала, что ОН наконец вернёт самого себя, каким он был ТОГДА, как он опять влюбился и решил осесть! У НЕГО лишь одна проблема — когда он создаёт семью, ОН останавливается…
— То есть Моя Шаолинь не первая? — сделала вывод Сузумебачи.
— Я надеялась, что такого больше не будет, но он вновь остановился, — бросила Иназума. — В любом случае — слишком много чести драться с тобой. Лети куда подальше, мелочь, пока я не нашла мухобойку…
— АХ ТЫ!
— Прекратите! — резко донеслось со стороны входа в пещеру. — Прибыл Мурамаса-сама…
План Мурамасы Иназума слушала вполуха, решив для себя вернуть ЕГО. А для этого надо сразиться с НИМ и хозяйкой этой… Она помнила каким всегда её истинный хозяин был, пока не решался «осесть». Он называл это эволюцией желаний, дескать, что теперь ему есть что защищать, но Иназума видела в этом лишь слабость… Даже её испытание Банкая должно было показать Мише его слабость. И он, казалось, даже принял это, посему и прошёл испытание. Прошёл одним из двух методов. Методов, что был признан ею… Иназума шла по полуразрушенному вечернему Сейретею… От неё исходило слабое, светлое сияние…
— Ты почему за мной увязалась, муха? — спросила она у летящей рядом мухи Шаолинь, жены и той, кто делает ЕГО слабым.
— Ты хочешь сразиться с моей хозяйкой… Я же хочу выбить всю дурь из твоего!
— Хахахаха! — неожиданно остановилась Иназума.
— Что смешного, псина?
— Ты просто не понимаешь вероятность своей победы, муха, — восприятие реяцу кольнуло обоих Занпакто, и они, даже не сговариваясь, перепрыгнули пару стен… — Это теперь мне будет сниться в кошмарах, — сказала Иназума, рассматривая Гигацубури и «жалкого толстяка»-Омаеду.
— Мне тоже, — подтвердила Сузумебачи. — Как люди могут быть такими уродливыми?
— УРОДЛИВЫМИ? — повернулся в её сторону толстяк с розовыми волосами, качнув животом, отчего девушки сморщились. — Это из-за этого плешивого я такой! — он указал рукой на Омаеду.
— Чё сказал? Давай, подходи! Я тебя лично здесь прикопаю!
— Это ты нарываешься, бывший Хозяин!
— Сегодня в расписании битва сумоистов, — тихо пробормотала Иназума. — А ведь я так и не нашла, за счёт чего мне выправить настроение, учитывая, что весь день вокруг меня эта муха летает…
— Мухи обычно летают рядом с говном, — резонно заметила Сузумебачи.
Не успела Иназума ответить, как Омаеду снесло в стену куском стены и на сцене появилось ещё двое человек… Рыжий парень с огромным тесаком… Иназуме предстал тот, кого пытался воспитывать её хозяин… Неудачно. Ведь парень выбил часть стены, вместо того, чтобы её банально перепрыгнуть. Второй же мужчина был полностью лысым.
— Тут аж четыре занпакто, — посчитал их рыжий. — Похоже, нам повезло, Иккаку.
— Дело говоришь, — кивнул лысый. — Мой противник — вон тот гигант, — кивнул он на Хозукимару. — С девушками мне биться не улыбается…
Наглый урод! Иназума нацелила на него руку…
— Рази, как молния, Иназума, — с садисткой улыбкой проговорила она, материализовав меч. Она направила его остриём в сторону наглого лысого.
