— О господи, благодарю тебя! Благодарю! — Дарси упала мужу на грудь.
Фергус прижал ее к себе, гладил волосы, мокрые от слез щеки и заверял, что их дочь в безопасности. Огонь, стремительно поглощавший дело его жизни, освещал грустное длинное лицо и отражался в его страдальческих глазах.
Услышав шум лопастей вертолета, Лаура посмотрела вверх и увидела вертолет службы «Спасение жизни». Буквально через несколько минут он взлетел, взяв на борт двух раненых. И тут же приземлился частный вертолет, тот самый, который когда-то Кей одолжил, чтобы перевезти Летти Леонард в больницу. Лаура подвела к машине Кея двух женщин с серьезными порезами и ушибами.
— Вы видели Джейн Элен? — крикнул Кей, стараясь покрыть шум мотора. Лаура отрицательно покачала головой. — Экономка говорит, что она поехала в Лонгвью. — Он пожал плечами. — Никто в конторе не знает, где Бови.
— Если она появится, я скажу, что вы ее ищете.
— Я скоро вернусь.
Вертолет оторвался от земли.
Лаура опять занялась пострадавшими и перестала считать часы и минуты. Она измеряла время только числом тех, кого она могла спасти или оказать хотя бы какую-то помощь до отправки в больницу. Она старалась не думать о тех, кого спасти не могла.
У нее нашлись еще помощники. Подъехали Джимми Бредли и Хелен Берри, поженившиеся всего две недели назад. А также Олли Хоскинс. Особенно обрадовало Лауру появление ее бывшей медсестры Нэнси Бейкер. Нэнси с ее опытом работала быстро и умело, и ей можно было доверить даже самые тяжелые случаи. Многие другие жители Иден-Пасс, раньше отказывавшиеся от услуг Лауры, теперь предлагали свою помощь, и она находила дело для всех.
В эту ночь в мотеле дежурили шестеро служащих. В номерах размещались восемьдесят девять постояльцев. И еще двое, о которых не знал никто.
Бови Кейто перенес жену через порог номера для новобрачных в гостинице в центре Шривпорта.
— О Бови, как красиво! — восхитилась Джейн Элен видом из окна, когда Бови опустил ее на пол посередине комнаты.
— Пришлось немного поискать, чтобы сделать выбор. Я взял письменное разрешение в полиции на выезд из Техаса. Ведь мы сейчас в Луизиане.
— Сколько у тебя было забот.
— Я хотел, чтобы тебе понравилось.
— Бови, я в восторге.
— Наверное, нам с тобой придется экономить первый месяц после свадьбы, столько они тут берут за номер.
Джейн Элен рассмеялась.
— Если ты хорошенько попросишь, твой босс повысит тебе зарплату.
— Нет, спасибо, мне не нужно поблажек, потому что я муж босса, — заметил он строго. — Я не из тех, кто охотится за приданым. Помнишь, что я тебе сказал, когда ты меня уговаривала пожениться, вместо того чтобы затевать интрижку. — Он недоуменно покачал головой. — До сих пор не могу понять, как это тебе удалось.
— Ты же сам не хотел, чтобы меня считали потаскушкой. А я сказала, что у нас один выход. Пожениться.
Его лицо выразило беспокойство.
— Миссис Такетт может аннулировать наш брак.
— Ни в коем случае. Я совершеннолетняя.
— Кей может меня застрелить.
— Я тоже заведу себе револьвер.
— Не надо шутить. Я не хочу становиться между тобой и твоей семьей.
— Я их люблю, Бови, но ты для меня дороже всех на свете. В счастье и в несчастье, в радости и в горе мы теперь с тобой муж и жена. — Она смущенно опустила голову. — И если ты перестанешь вести бесконечные разговоры, мы наконец ляжем в постель.
На высоких каблуках Джейн Элен оказалась одного роста с ним. Она поцеловала его в губы. Бови что-то пробормотал, выражая согласие, и тут же заключил ее в объятия для более крепкого поцелуя. Он мгновенно возбудился и быстро выпустил ее из рук, отступив назад.
— Хочешь, я на минутку оставлю тебя одну?
— Зачем?
Он, нервничая, потер ладонями о штаны.
— Чтобы ты… Господи, ну не знаю… Ну, чтобы ты подготовилась… как все невесты, что ли…
— А… — Она не могла скрыть разочарования. — Я думала, может, ты сам захочешь меня раздеть.
— Конечно, хочу, — обрадовался он, — если ты не против.
Он протянул руки и осторожно притронулся к пуговицам на блузке, маленьким перламутровым пуговицам, очень похожим на те, что впервые заставили заработать его воображение.
По мере того как они снимали каждую часть одежды, уменьшалась и их застенчивость. Хотя Джейн Элен выросла вместе с братьями, она с любопытством ребенка разглядывала его тело. Шепотом, удивляясь собственной смелости, она сообщила ему, что он красивый, и он ответил, что не знал, какое у нее плохое зрение. Когда же Бови сказал ей, что она прекрасна, она тут же поверила, потому что это подтверждали его руки и губы. С ним она чувствовала себя богиней любви и красоты.
— Я боюсь сделать тебе больно, — шепнул он в последний момент.
— А я не боюсь.
Ей не было больно, даже когда он был глубоко внутри. Она была совсем неопытна и, наверное, слишком хотела угодить, поэтому он взял все на себя, предложив ей расслабиться и больше прислушиваться к себе. Она подчинилась, и, к их взаимному удовольствию, ее финиш был таким же бурным, как и его.
Потом они открыли бутылку шампанского, которую гостиница предоставляла новобрачным вместе с комнатой. Она выбрала имена для их первых четырех детей. Он пообещал, что ко Дню святого Валентина накопит денег на покупку обручального кольца, как это положено жениху, но она сказала, что ей не нужны никакие материальные доказательства его любви. Она и без того каждое мгновение дышала ею, как воздухом.
Сонный от любви и шампанского, он пробормотал:
— Хочешь искупаться в гидромассажной ванне или посмотреть телевизор? Или еще что-нибудь?
— Еще что-нибудь. — Она улыбнулась ему лукавой улыбкой, которая повергла бы в изумление матрон Иден-Пасс, навсегда записавших ее в старые девы; затем просунула руку под простыню и повела себя столь неожиданно, что Бови просто ахнул.
— Помилуй нас, боже, — изумился он. — Мисс Джейн Элен стала настоящим сексуальным маньяком.
…Если бы Бови с Джейн Элен включили телевизор в своем номере для новобрачных, они увидели бы сообщение о страшном пожаре в Иден-Пасс, уже унесшем десять жизней. Все десять жертв были опознаны, и власти оповещали их родственников.
Лишь много часов спустя пожарные шести округов наконец потушили огонь. На рассвете началось предварительное расследование причин взрыва. Полицейские тщательно осматривали тлеющие развалины.
В самом начале возникло подозрение, что скважина номер семь каким-то таинственным образом связана с возникновением пожара, а так как Бови не могли разыскать, его мастер сам перекрыл нефтяные и газовые трубы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
