– Итак, чтобы оживить Рамаррена, вы должны убить Фалька?
– Мы никого не убиваем, – раздался в ответ хриплый шепот Синга. Затем он повторил те же слова мысленно с ослепляющей интенсивностью: – Мы никого не убиваем!
Последовала недолгая пауза, после чего Абандибот прошептал:
– Чтобы добиться великого, следует отказаться от малого. Так было всегда.
– Чтобы жить, нужно смириться со смертью, – сказал Фальк и увидел, как лицо-маска поморщилось. – Хорошо. Я согласен: убивайте. Хотя мое согласие не играет особой роли, не так ли? И все же вы хотите получить его.
– Мы не убьем вас. – Шепот стал громче. – Мы никого не убиваем. Мы не забираем ничьей жизни. Мы собираемся восстановить вашу истинную память и сущность. Только вам придется кое о чем забыть – такова цена. Здесь не может быть ни выбора, ни сомнений. Чтобы стать Рамарреном, необходимо забыть Фалька.
– Дайте мне еще один день, – произнес Фальк и встал, тем самым давая понять, что разговор закончен.
Он проиграл; он был беспомощен. И все же он заставил эту маску поморщиться, в какой-то миг он задел ложь за самое больное место. И в это мгновение он чувствовал, что истина совсем близко, но у него не хватило сил или умения, чтобы дотянуться до нее.
Фальк покинул башню вместе с Орри и, когда они оказались на улице, предложил:
– Давай немного пройдемся. Я хотел бы поговорить с тобой за пределами этих стен.
Они пересекли ярко освещенную улицу и вышли на край обрыва. Овеваемые холодным ночным ветром, мужчина и мальчик стояли там плечом к плечу. Огни моста отбрасывали на них свет, который рассеивался в черной бездне, обрывавшейся вниз прямо с обочины улицы.
– Когда я был Рамарреном, – медленно произнес Фальк, – имел ли я право попросить тебя оказать мне услугу?
– Какую угодно, – ответил Орри с рассудительной готовностью, базировавшейся, судя по всему, на том, что ему внушили в детстве на Вереле.
Фальк посмотрел мальчику прямо в глаза, указал на золотой браслет на руке Орри и жестом показал, что его необходимо снять и бросить в ущелье.
Орри попытался было что-то сказать, однако Фальк приложил палец к губам.
Глаза мальчика вспыхнули, он немного поколебался, затем все же снял браслет и швырнул его в темноту пропасти. Потом вновь повернулся к Фальку со страхом и смятением на лице, но было ясно видно, что он всей душой хочет заслужить одобрение Фалька.
Впервые за все время общения с Орри Фальк мысленно обратился к нему:
– Есть у тебя другое такое устройство?
Сначала мальчик ничего не понял. Мыслеречь Фалька была неумелой и слабой по сравнению с тем, как умели «говорить» Синги. Когда же до Орри наконец дошел смысл слов, он так же мысленно ответил:
– Нет. У меня был только этот коммуникатор. Зачем вы приказали мне его выбросить, преч Рамаррен?
– Я хочу побеседовать с тобой так, чтобы нас никто не подслушал.
Мальчик выглядел испуганным.
– Повелители могут услышать нас, – пробормотал он вслух. – Они могут подслушать мыслеречь где угодно, преч Рамаррен… а я только начинаю упражняться в защите своего мозга…
– Тогда мы будем говорить вслух, – сказал Фальк, хотя он и сомневался в том, что Синги могут прослушивать мыслеречь «где угодно» без помощи каких-либо технических средств. – Судя по всему, Повелители Эс Тоха привели меня сюда, чтобы восстановить мою память, память Рамаррена. Но они могут или решили восстановить мою прежнюю личность только ценой моей нынешней памяти, ценою всего того, что я узнал на Земле. Они настаивают именно на этом. Я же не хочу, чтобы так случилось. Я не хочу забыть все, что знаю и о чем догадываюсь. Я не хочу стать невежественным орудием в руках этих людей. Я не хочу вновь умирать прежде своей окончательной смерти! Я не рассчитываю на то, что мне удастся воспротивиться им, но я хочу попытаться, и услуга, о которой я хотел бы тебя попросить, заключается в том…
Фальк замолчал, колеблясь в выборе возможностей, поскольку четкого плана он пока что не выработал.
Лицо Орри, раскрасневшееся поначалу от возбуждения, теперь снова потускнело от охватившего его смятения, и в конце концов мальчик спросил:
– Но почему…
– Ну? – резко сказал Фальк, видя, что власть, которую он на короткое время обрел над мальчиком, начала улетучиваться. Однако этим своим нетерпеливым «ну» Фальку все же удалось немного растормошить Орри, и если ему суждено было достучаться до разума мальчика, это должно произойти именно сейчас.
– Почему вы не доверяете Повелителям, преч Рамаррен? Зачем им нужно подавлять ваши воспоминания о Земле?
– Потому что Рамаррен не знает того, что знаю я. И ты тоже этого не знаешь. А наше неведение может поставить под удар родную планету.
– Но вы… вы ведь даже не помните нашу планету.
– Ты прав. Однако я не намерен служить Лжецам, которые распоряжаются здесь. Слушай меня внимательно. Насколько я могу судить, в их намерения входит следующее. Они восстановят мой прежний разум для того, чтобы узнать подлинное название и местонахождение нашей родной планеты. Если они узнают об этом, пока будут возиться с моим мозгом, то тут же убьют меня, а тебе скажут, что операция потерпела неудачу. Если же нет, они оставят мне жизнь, по крайней мере до тех пор, пока я не скажу им того, что они хотят узнать. А я, как Рамаррен, не буду знать достаточно, чтобы утаить от них правду.
Затем нас отправят назад, на Верель, как единственных выживших после великого путешествия. Вернувшись на родную планету после векового отсутствия, мы поведаем соплеменникам о том, что на варварской Земле люди-Синги высоко держат факел цивилизации. Что Синги вовсе не являются Врагами, а совсем напротив, они – жертвующие собой владыки, мудрые Повелители, не какие-то там чужаки-завоеватели из глубин Вселенной, а самые что ни на есть обыкновенные люди. Мы расскажем на Вереле о том, как дружелюбны Синги. И нам охотно поверят. Поверят той же лжи, в которую будем верить мы сами. Так что дома не будут бояться нападения со стороны Сингов и не придут на помощь людям Земли, истинным ее обитателям, которые так ждут избавления от Лжи.
– Но, преч Рамаррен, в этом нет никакой лжи, – сказал Орри.
Фальк долго смотрел на мальчика в рассеянном колеблющемся свете. На сердце у него было тяжело, но он в конце концов спросил:
– Так ты сделаешь для меня то, о чем я тебя попрошу?
– Да, – прошептал мальчик.
– Все очень просто. Когда ты впервые встретишься со мной как с Рамарреном – если вообще встретишься, – то скажи мне следующие слова: «Прочитайте первую страницу книги».
– Прочитайте первую страницу книги, – покорно повторил мальчик.
Наступило молчание. Фалька все больше охватывала безысходность. Он чувствовал себя мухой, попавшей в паутину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
