577
Леса привлекали охотников. Право на охоту принадлежало владельцам угодий. Государственные угодья можно было арендовать под охоту. Охотиться на самок лося и оленя запрещалось (штраф 500 руб.). Сроки запрета на охоту: на лосей — с 1 января до 15 августа; на оленей — с 1 марта до 15 июля; на косулей — с 15 ноября до 31 мая; на глухарей и тетеревов — с 15 мая до 15 июля; на глухарок и тетерок, тетеревов-глухарей и белых куропаток — с 1 марта до 31 августа; на вальдшнепов с 1 июня до 15 июля; на диких уток — с 1 марта до 29 июня; на серых куропаток — с 1 декабря до 15 августа; на фазанов и зайцев — с 1 февраля до 31 августа (Baedeker K. 30–31). Таким образом, первой дичью, добывавшейся после Петрова дня, были утки, глухари, тетерева и вальдшнепы.
…с легашом или пойнтером. Легаш (легавый) — порода собак, тренируемых для охоты на пернатую дичь. Пойнтер — короткошерстная крупная легавая собака.
…предпочитали покупать ягоды и грибы… Как и нынче, это было делом вкуса: «Обыкновенно среди леса коляски нашего пикника останавливались, седоки разбредались по рыхлым мхам в поисках грибов и черники, а прислуга располагала под деревьями скатерти, самовар, посуду и закуски» (Бенуа А. I. 24). «Все лето, по обыкновению, я провела у себя на даче, занимаясь цветами и собиранием грибов» (Кшесинская М. 62). «Любимейшим ее (матери В. В. Набокова. — А. С.) удовольствием было хождение по грибы. <…> Разговаривая с москвичами и другими провинциалами, я заметил, что и они не совсем понимают некоторые тонкости, как, например, то, что сыроежки или там рыжики и вообще все низменные агарики с пластинчатой бухтармой совершенно игнорировались знатоками, которые брали только классически прочно и округло построенные виды из рода Boltus, боровики, подберезовики, подосиновики. В дождливую погоду, особенно в августе, множество этих чудных растеньиц вылезало в парковых дебрях, насыщая их тем сырым, сытным запахом — смесью моховины, прелых листьев и фиалкового перегноя, — от которого вздрагивают и раздуваются ноздри петербуржца» (Набоков В. 43).
578
По Северной железной дороге… Ближайшим привлекательным для дачников местом на левобережье Невы были берега Славянки (Енакиев Ф. 29). Более отдаленные места вверх по Неве стали приобретать популярность только после открытия около 1900 г. пароходной линии на Шлиссельбург (Раевский Ф. 246).
…дачными местами были Пелла и Мга… Пелла — на полпути к Шлиссельбургу, на правом берегу устья Тосны. Здесь самое широкое место Невы (1,1 км) и самая южная точка ее русла. Местность восхищала красотой почти нетронутой природы — скалы, озера, вековечный лес кругом.
Мга еще не упомянута в Брокгаузе — Ефроне 1896 г.
Начиная с Ивановского шли хорошие леса. Окрестности с. Ивановского (35 дворов) считались самой красивой местностью на левом берегу Невы. В начале XX в. усадьбой владел литератор Н. А. Лейкин (Пыляев М. 1996. 436, 438).
…дачной местностью были Островки и Мойка. Островки — деревня (28 дворов) на правом берегу Невы в 5 км выше Ивановского. Мойка, на левом берегу Невы в 8 км выше Островков, — народное название (по ближайшей речке) села Анненского.
579
…дули холодные ветры. Цветы в Шлиссельбурге начинают цвести в июле и погибают от морозов в августе (Пыляев М. 1996. 102).
580
…Ланская, Удельная, Озерки. Из-за недостатка хорошей воды и отсутствия мест для купания Ланская котировалась у дачников невысоко. К началу XX в. близость к городу и удобное сообщение превратили Ланскую в место зимовки многих петербуржцев (Пыляев М. 1996. 432, 433). Существующее станционное здание (как и на ст. Удельная, Шувалово, Парголово, Левашово) построил финский арх. Б. Гранхольм (Кобак А. 34, 35).
Удельная привлекала дачников дешевизной помещений, удобством сообщения с городом, парком, обширным искусственным бассейном, театром. Многие жили тут зимой (Пыляев М. 1996. 433). В 1893 г. юго-западную часть бывшей Удельнинской пустоши передали Царскосельскому скаковому обществу под ипподром. Здание станции построили в 1912–1915 гг.
Озерки славились театром (с 1910 г. «Шантеклер»), одним из самых солидных в пригородах столицы: его арендовали лучшие антрепренеры, здесь играли корифеи императорской сцены, дебютировали будущие знаменитости, среди них В. Ф. Комиссаржевская (1894) и Е. М. Грановская (1898). Драматические спектакли сменялись опереттой, дивертисментами, концертами цыган, выступали французские и итальянские оперные певцы. В саду — казино, скетинг-ринк, синема. В ротонде играл оркестр л.-гв. Семеновского полка. На стеклянной террасе давал представления парижский театр-кабаре. Гостей манил французский ресторан. Часто устраивались гулянья и иллюминации. С высящейся рядом Поклонной горы в ясные летние дни любовались Петербургом, «чувствуя себя выше Исаакиевского собора». Зимой это излюбленное место катания на санях (Алянский Ю. 167, 168; Пыляев М. 1996. 434; Раевский Ф. 240; Baedeker K. 193).
…как и Лесное. «Лесной, вследствие близости города, удобного сообщения, сухости места, массы зелени и здорового воздуха, является любимейшей и многочисленнейшей дачной колонией». Парк содержался в образцовом порядке, местами являя «образцы торжества научных знаний и усилий над неумолимыми факторами нашей северной природы» (Пыляев М. 1996. 427, 428). Летом сюда съезжались средние слои столичного населения, включая художественную интеллигенцию. Зимой на дачах задешево снимали комнаты студенты Лесного, а с 1902 г. и Политехнического институтов; жили служащие этих институтов; селились небогатые служащие. Строились теплые зимние дома, нередко каменные. К началу XX в. пустили паровик с тремя вагонами, к которым летом прицеплялся еще открытый вагон с империалом; в 1914 г. провели трамвай, а паровик сняли. К 1910-м гг. население Лесного достигло 50–60 тыс.; по большей части это было «образованное общество». Лучшие дачи стояли по Старо-Парголовскому пр. Лесной — самый «театральный» пригород Петербурга. В начале XX в. здесь было 5 театров. Первый — в Беклешовом саду, где кроме театра имелась открытая сцена. В 1892–1893 гг. каждое лето шли драмы, фарсы, оперетты, иногда оперы; с 1903 г. 3 раза в неделю давались драматические спектакли, 4 раза водевили и дивертисменты. Уровень публики падал, театр заглох, Беклешовка превратилась в место развлечения простонародья с каруселями и балаганами по воскресным и праздничным дням. «Чистая» публика потянулась в Театр у Серебряного пруда (Институтский пр., 20), где шли современные модные пьесы, русская классика (Островский, Чехов), мелодрамы, фарсы, водевили. Третий театр был при Лесном клубе — с хорошо сплоченной труппой и знаменитыми гастролерами; преобладали отечественные драмы. Четвертый — Шато де Флер на Выборгском шоссе у ст. Ланская; тут давались оперетки. В ноябре 1914 г. на пересечении Муринского пр. и Болотной ул. открылся Петроградский молодой (Лесной зимний) театр (Петровская И. 1994. 340–344).
…Сосновке… В Сосновке по праздничным дням устраивались на лесной полянке танцы под гармонику, привлекавшие много публики (Пыляев М. 1996. 427).
581
При входе в Шуваловский парк… В Шувалово в иной летний день наезжало до 15 тыс. петербуржцев, привлеченных красотой местности, глубокими богатыми рыбой озерами с темной чистой водой и песчаным дном, музыкой и театром в Озерках. Чтобы справиться с таким потоком, проложили от Новой Деревни Озерковскую железнодорожную ветку (1893). От ст. Шувалово (вокзал — 1908 г.) к Шуваловскому парку по Суздальскому озеру перевозил за 10 коп. пароходик. Каналы соединяли это озеро, по которому сновали яхты и лодки «Парусного кружка» и частных лиц, с двумя другими озерами (Красногородцев С. 621). На вершине шуваловского Парнаса стояли скамьи под сенью густоветвистых кудрявых берез (в чем при желании можно было видеть аллюзию на фреску Рафаэля «Парнас» в Ватиканском дворце), отсюда любовались панорамой Петербурга. Дворец Шувалова — Белый дом (ныне Малый дворец, арх. Г. А. Боссе); с 1912 г. строился Загородный дом (ныне Большой дворец, арх. С. С. Кричинский).
582
Следующей станцией было Парголово… Парголово (от чухонского «пергала» — черт) — общее наименование ряда деревень на Выборгском шоссе. Дачники бродили в полях, посещали живописные деревеньки Заманиловку, Кабловку, Юкки, всходили на Церковную гору. Невдалеке — Крестовая (Лысая) гора, откуда созерцали Петербург в лучах закатного солнца, утопающего в море (Пыляев М. 1996. 435; Раевский Ф. 242). Имя горы и предмет созерцания располагали к отождествлению горы с Голгофой, а Петербурга — с апокалипсическим Небесным Иерусалимом. Вокзал, напоминающий маленький замок, построен в 1906 г.
