поручению Альбуса?
— Назови имена, — сказал Рудольфус обманчиво спокойным голосом, хотя внутри него все разом заболело.
— Помните, у Ноттов отец не вернулся со встречи? Альбус попросил убрать его. Уж не знаю, долго ли он там протянул, уж не молод был. Августина Треверс потерялась где-то на Ноктюрн аллее, не стоило ей ходить туда одной, Джон Гойл, сквиб — напрасно за ним так плохо следили. Остальных уж и не помню, там, в списках почитаете.
Лестрейндж медленно встал и вышел. В коридоре подземелья он прислонился лбом к стене. Вышедший за ним Вальдемар, положил ему руку на плечо. Рудольфус повернул голову — в глазах стояли слезы.
— Как мы им скажем такое? О Мерлин, я не представляю, как???
— Я не знаю, Рудольфус. Мы отомстим за них.
— Мы сделаем это, но как я скажу, что отец Магнуса там… А если бы ваш или мой отец так? И дочка Треверса… Брат Гойла… Он сказал, что были еще? Надо найти эти списки срочно! И обещай мне, что эта тварь пока будет жить. И тот второй, его подельник.
— Они будут жить до того дня, пока мы не придем за ними.
Ноктюрн аллея, Лондон, Англия
Квартира Флетчера в Лондоне представляла собой что-то среднее между воровским убежищем и жилищем
Она состояла из двух комнат и кухни. В комнатах не было ничего особенно примечательного, кроме, разве, неожиданной для такого места коллекции серебряных кубков с гербами разных аристократических семей Британии. Видимо, это было хобби Мундунгуса.
— Надо же, наш тоже есть, интересно как и когда он его украл? — удивился Лестрейндж.
— Необязательно он украл, — ответил Вальдемар. — Вас когда арестовали, наверняка мэнор обыскивали — вот кто-то из авроров и прикарманил. Сомневаюсь, что Лорд Корвус потом приглашал к себе кого-то или распродавал ваше фамильное серебро.
— Заберу все кубки, потом вернем хозяевам. Нечего им тут оставаться.
Тайник обнаружился именно там, куда их послал Флетчер. Списки представляли собой три толстых тетради. Там строчка за строчкой были вписаны сделки по отправке людей на базу. Стояла дата, был указан возраст и пол, а также сумма вознаграждения. Имена были указаны не везде: то ли он не всегда знал их, то ли по каким-то причинам не хотел записывать. Две тетради были исписаны все, а третья только наполовину. Последние номера были совсем свежие, за август этого года. Мужчина сорока лет и девочка двенадцати. Имен не было, но на этой странице был вложен листок, на котором другим почерком, отличным от того, которым велись тетради, было записано: «до конца октября один младенец и одна женщина 25-30 лет». Запись о младенце была перечеркнута: видимо надобность отпала в связи с раскрытием базы, где работала с новорожденными сумасшедшая Хлоя Томпсон. Кроме тетрадей, в тайнике больше ничего не было. Руди и Вальдемар их забрали и аппарировали в Насыпное нагорье.
В деревушке у первого встречного местного жителя узнали, где находится бывший дом Дамблдоров, и направились туда. Коттедж явно недавно был отремонтирован. Внутри было очень даже неплохо, что неудивительно, если знать какой доход приносил Флетчеру его смертельный бизнес.
— Спорим, я найду тайник менее, чем за десять минут? — сказал Вальдемар Рудольфусу, чтобы как-то отвлечь его от мрачных мыслей.
— Ну давай!
Вервольф был уверен, что отлично запомнил за последнее время запах Мундунгуса, а такие как он, бывая рядом с тайником, обязательно его проведывают. Он медленно обошел весь первый этаж — запах сосредоточился на двери в чулан под лестницей, открыв, которую и сдвинув ногой коврик на полу, Вальдемар обнаружил люк.
— Я думаю, что это здесь, — сказал он, наблюдающему за ним Рудольфусу.
Когда они подняли люк, обнаружили там еще одну лестницу, ведущую в скрытый подвал. А там сундуки с богатствами Флетчера. Там были в большом количестве галеоны, а также украденные (возможно, снятые с жертв) драгоценности — мужские кольца, перстни, браслеты, серьги.
— Акцио вещи лорда Нотта, — мрачно произнес Руди и к нему в руки упали булавка для галстука, браслет и перстень — серебряный комплект с морионами и гравированным гербом Ноттов. — Значит это точно правда, — прошептал Лестрейндж.
167/289
— Он не врал, когда говорил тебе те слова, я мог бы подтвердить еще тогда.
Замок Драконий утес
В замке все собрались за ужином, когда в зал зашли опоздавший Лестрейндж и с ним Вальдемар Вольфссеген. Они не стали садиться за стол, а застыли рядом с ним с мрачным видом.
— Маг, мне нужно кое-что сказать тебе, — произнес Рудольфус полностью убитым голосом, глядя на Нотта покрасневшими глазами: если бы его жена и сын не сидели сейчас рядом с ним, Магнус бы мог поклясться, что Руди собирается ему сообщить о смерти кого-то ему очень близкого.
Он вывел его в коридор и крепко обнял.
— Руди, ты что, плачешь? Да что случилось?
— Маг, нужно, чтобы ты это знал. Дамблдор приказал Флетчеру убрать твоего отца, и он… он отправил его туда.
— Ты имеешь в виду… Нет, этого не может быть! Нет!!!
— Вальдемар сказал, что он не врал, — и Рудольфус отстранился, достал из кармана вещи отца Магнуса и вложил их ему в руку.
Лорд Нотт медленно поднес полученное к глазам, потом, не говоря ни слова, развернулся и сначала пошел, а затем побежал по коридору в сторону дверей, что ведут на стену. Лестрейндж последовал за ним.
Те, кто остался за столом, были взволнованы поведением Лестрейнджа и криком Нотта.
— Вальдемар, вы знаете, что Руди сейчас рассказал Магнусу?
— Это не то место, где стоит озвучивать такие вещи. Но новость, которую мы узнали сегодня, просто ужасна. И лорд Нотт — не единственный, кому мы должны сообщить трагические вещи.
— Речь идет о списках? — предположил Дракон.
— Да, милорд, отец Магнуса… Это так ужасно узнать такое!
— Вы забрали списки?
— Да, вот они — Вальдемар положил на край стола те самые тетради, что они нашли в тайнике Флетчера.
— Все семьи должны быть оповещены, и всем мы чем-нибудь поможем.
— Мы еще нашли у него что-то вроде домашнего хранилища. Там порядка ста тысяч галеонов золотом. И у нас просьба. Мы бы с Рудольфусом хотели принять участие в казни.
— Я не желаю, чтобы вы пачкали свои руки в крови больше необходимого. Но я обещаю, что
