давала знать о себе. Не появлялась в нашем доме. Не звонила. И уж тем более не присылала никаких подарков. Время было достаточно позднее. Всю дорогу до дома, мы с Зураб почти не разговаривали. Размышляя над словами Назаре, я пыталась отыскать хоть какие-то зацепки и подсказки, чтобы понять все правду. Но ничего не выходило. Вернувшись домой, поняла, что Эмир все еще не вернулся из города. Поблагодарив Зураб за сопровождение, поднялась в спальню, желая хоть немного времени побыть наедине с собой. На миг задумалась, почему же Амани больше не давала знать о себе?! Определённо Эмир запретил своей жене появляться в нашем доме, но, уже прочувствовав ее внутренний мир, можно было предположить, что Амани просто так не сможет смириться, подарив своего мужа чужой женщине. Нет! С сожалением вздыхаю, понимая, что Кинг никогда не сможет от нее избавиться. Законно разорвать узы брака, которые превратились для него в стальные оковы. За эти полгода, которые мы с Эмиром провели вместе, очень сблизились. Сильно. Тесно. Навсегда. Я бесстыдно задавала ему различные вопросы, чтобы разузнать подробности его прошлого, и Кинг отвечал на каждый из них, не стесняясь, делясь со мной горькой правдой. Ища понимания и поддержки. Ведь именно так должны поступать любящие друг друга люди. Я верила каждому слову Эмира, которые он мне говорил. Дарила теплоту и заботу, даже в те моменты, когда он болезненно рассказывал о своем браке. Внимательно запомнив историю Эмира, я понимала, что он просто обманулся иллюзией. Словно находился среди кривых зеркал, где невозможно рассмотреть правды. Не увидеть будущего, которое с самого начала было обреченным. Ревность исчезла. Оставался лишь тяжелый груз мыслей о том, что Амани навсегда останется привязанной к Эмиру, как его законная жена. Слава Богу не мать его детей. Не любимая женщина. Почти никто. Я бы ни за что не смогла пережить и простить, если бы Кинг периодически посещал две постели. Не стала бы закрывать на это глаза, как делают почти все восточные женщины. Об этом мне не стоило вообще думать. Эмир посвящал все свое время мне и малышу. Находился рядом каждую секунду, порой даже наплевав на работу и какие-то важные деловые встречи. Окружал меня нежностью и любовью. Ни разу не позволил усомниться в его чувствах. В том, что я единственная дорогая и любимая женщина. Его сердце и душа полноправно принадлежали только мне. Правда, первые месяцы беременности и для него и для меня в первую очередь, оказались очень сложными. Из-за гормонального всплеска была сама не своя, порой надумывая страшные вещи. Держалась, не показывая Кингу, что со мной происходит. До того момента пока не увидела в одной из газет фото Эмира с дочерью американского посла. Накрыла истерика. Я совершенно не понимала, что подобные встречи это часть его бизнеса. Только работа, и ничего больше. Казалось, он забывал о том, что я нахожусь дома, и часами ожидаю его возращения. Глупо, но на тот момент этого не понимала. Выплеснув злобу на Кинга, я пробудила в нем ярость. Ночь на пролет он пытался доказать мне своими ласками, что ни одна их чужих женщин его больше не интересует. Есть только я. Американская девчонка, сумевшая укротить дикого льва. Он с ума сходил, когда я его так называла. Возбуждался, едва сдерживая бешеную страсть. Стараясь оставаться нежным и ласковым. Заботливым. В подобные моменты, я осознавала, что подобные проявления чувств впервые для Эмира. Ни с одним человеком в своей жизни он так себя не вел. Никогда.
— Госпожа, Клео, можно войти? — Зураб культурно спрашивает, замирая на пороге спальни. Вытаскивая меня из мыслей, которые совершенно поглотили бегущее время. Поворачиваю голову, смотря на девушку, которая держит в руках стакан.
— Проходи. — Пытаюсь улыбнуться, ерзая на кровати.
— Выпейте теплого молока. — Делая несколько быстрых шагов, ближе подходит. Протягивает стакан, который я тут же забираю из ее рук. Каждый вечер перед сном она приходила в спальную, помогая мне удобнее устроиться на кровати. Особенно тогда, когда мистер Кинг позволял себе задерживаться. — Уже поздно. Господин Эмир будет недоволен, что вы до сих пор не спите. — Крупными глотками выпиваю молоко, возвращая пустой стакан Зураб. Она помогает мне улечься, поправляя подушку. Последний месяц спать стало вообще неудобно. От постоянного лежания на спине затекали мышцы и к утру начинали ныть кости. Малыш неугомонно шевелился, почти не позволяя отдохнуть. Около недели назад, проснувшись от шороха посреди ночи, застала милейшую картину.
Глава 36 Часть 3
Эмир, поглаживая мой живот, серьезно разговаривал с нашим малышом. Нежность и любовь в его словах можно было насквозь прочувствовать. Водя ладонью по животу, просил дать ему ручку, и сыночек мгновенно делал это. Внутренним материнским чутьем ощущала, что ребенок узнает своего папу и хочет общения. Пусть пока и на таком уровне. Уверена, что когда наш сын появиться на свет, любовь Эмира, наконец, по-настоящему раскроется. Блуждая в этих воспоминаниях, медленно погружаюсь в сон, ощущая, как полноценно расслабляется весь мой организм. Напряженные мышцы находят покой. Пусть и всего на несколько часов. Сейчас и этого достаточно.
Сладко ворочаюсь на кровати, начиная потягиваться. Ощущаю движения рядом, и прикосновение крепких рук к животу. Глаза сонно распахиваю видя перед собой довольно улыбающегося Эмира. Не соображаю сколько прошло времени с того момента, как я заснула.
— Поднимайся, Альби. Я приготовил для тебя сюрприз. — Продолжает улыбаться, доводя меня до состояния полнейшей растерянности. Первым поднимается с кровати, протягивая руку, чтобы помочь. Кидаю взгляд на часы показывающие половину третьего.
— Эмир, ты с ума сошел?! — Недоуменно улыбаюсь, мгновенно подчиняясь приказу. Нехотя встаю в кровати, крепко держась за его руку. — Неужели нельзя дождаться утра? — Недовольно, но слегка наигранно и обиженно фыркаю. За то, что прервал блаженный сон.
— Может, перестанешь пререкаться со мной, женщина, и просто доверишься? — Бровь изгибает, делая свирепое выражение лица, от чего мне становиться смешно. Поправляя ночную сорочку, замираю посреди комнаты.
— Позволь хотя бы переодеться!? — Дергаю за полы сорочки, давая Кингу понять, что не могу выходить в этом из дома.
— Совершенно неважно, что на тебе надето, Альби. будет достаточно, если ты просто накинешь сверху теплую кофту. — Раскрывает шкаф, доставая первую попавшуюся кофту. Протягивает, и я понимаю, что мне придется согласиться на все. Улыбаясь быстро ее надеваю, и обуваюсь. Эмир хватая меня за руку, сплетает наши пальцы. Выводит из спальни, не спешными шагами ведя по длинной лестнице вниз. Через гостиную. На улицу. Выводит во двор, и прохладный ночной ветер
