— Нам нужно попасть туда, — нервно сказал Стейли и поднял свое оружие, чтобы разрезать борт машины. Коричневый по-прежнему разглядывал дверь, очень осторожно, как будто боялся ее.
— Позвольте мне, сэр. — Уитбрид держал в руке короткий меч с толстой ручкой.
Хорст удивленно следил, как он режет в металлическом борту машины отверстие одним непрерывным медленным движением лезвия.
— Думаю, это вибратор, — сказал он.
Часть запаха прошла сквозь их воздушные фильтры. Для мошкитов это должно было быть гораздо хуже, но они не подавали виду. Наконец они проникли и во вторую машину.
— Осмотрите их повнимательнее, — сказала мошкита Уитбрида. Сейчас она говорила гораздо лучше. — Познакомьтесь со своими врагами. — Она что-то прощебетала Коричневому, тот подошел к рычагам управления машиной, внимательно осмотрел их и сел на водительское сиденье, предварительно сбросив с него мертвого Воина.
— Загляните им под левую руку, — сказала мошкита Уитбрида. — Это вторая левая рука, рудиментарная у большинства видов мошкитов. У них от нее остался только один коготь, похожий… — она на мгновение задумалась, — …на копыто. Это нож-потрошитель. И, конечно, достаточно сильные мышцы, чтобы двигать им.
Уитбрид и Поттер скорчили гримасы. По указанию Стейли они принялись выносить тела демонов через отверстия в борту машины. Воины были похожи друг на друга, отличаясь только местами, обожженными лучом рентгеновского лазера. Ноги были вооружены острыми шипами, торчавшими на большом пальце и пятке. Один пинок — назад или вперед — и с врагом будет покончено. Головы были маленькие.
— Они разумны? — спросил Уитбрид.
— По вашим стандартам — да, но не очень-то находчивы, — ответила мошкита Уитбрида. Она говорила, как сам Уитбрид, цитирующий лекцию старшего помощника; голос ее звучал очень точно, но без выразительности. — Они могут исправить любое оружие, но не могут изобрести своего собственного. О, а это доктор, гибрид между настоящим Доктором и Воином. Полуразумный. Как вы понимаете, они довольно похожи. Кстати, вам лучше отдать Коричневому на проверку все оружие, которое у вас есть…
Безо всякого предупреждения машина начала двигаться.
— Куда мы едем? — спросил Стейли.
Мошкита Уитбрида защебетала. Это звучало немного похоже на свист пересмешника.
— К ближайшему городу на линии…
— Они блокируют там дорогу или поставят вооруженные части, ждущие нас, — сказал Стейли. — Как далеко до него?
— Э… пятьдесят километров.
— Проедем половину и остановимся, — приказал Стейли.
— Да, сэр. — Мошкита произнесла эту фразу неотличимо от Уитбрида. — Они недооценивали вас, Хорст. Это единственное объяснение случившегося. Я никогда не слышала, чтобы Воины убивали кого-то, кроме другого Воина. Или иногда Мастера… не очень часто. Мы сражаемся друг с другом с помощью Воинов, поддерживая тем самым их численность.
— Угу, — буркнул Уитбрид. — А почему бы просто… просто не перестать разводить их?
Мошкита рассмеялась. Это был удивительно горький смех, очень человеческий и очень смущающий.
— Неужели никто из вас не понял, что убило Инженера, бывшего на борту вашего корабля?
— Да, — почти хором ответили все трое. Чарли что-то прощебетала.
— Пусть они тоже знают, — сказала мошкита Уитбрида. — Она умерла потому, что не было никого, кто мог бы сделать ее беременной.
Воцарилось долгое молчание.
— Вот вам и весь секрет. Такого вы не предполагали? Каждая особь наших видов должна забеременеть после того, как на время становится женщиной. Ребенок, мужчина, женщина, беременность, мужчина, женщина, беременность — круг за кругом. Если она не забеременеет вовремя, она умирает. И так с каждым. А мы — Посредники — не можем помочь в этом. Мы — мулы, стерильные гибриды.
— Но… — Уитбрид говорил как мальчик, которому только что рассказали правду о Санта Клаусе. — Сколько же лет вы живете?
— Около двадцати пяти ваших лет. Пятнадцать лет после достижения зрелости. Но Инженеры, Фермеры и Мастера — особенно Мастера! — должны забеременеть в течение двух наших лет. Эта Инженер, которую вы подобрали, должна была уже близко подойти к своей последней черте.
Некоторое время они ехали молча.
— Но… мой Бог! — сказал наконец Поттер. — Это ужасно!
— Ужасно… Конечно, ужасно. Салли и ее…
— То, что она принимает? — спросил Уитбрид.
— Таблетки, контролирующие рождаемость. Мы спрашивали Салли Фаулер, что делает человеческая женщина, если пока не хочет ребенка. Она принимает таблетки, контролирующие рождаемость. Но хорошие девушки не пользуются ими, они просто не занимаются сексом, — жестко закончила она.
Машина быстро мчалась по рельсам. Хорст сидел сейчас на корме, которая стала носом, и вглядывался вперед, держа оружие наготове. Потом он полуобернулся. Обе мошкиты смотрели на людей, их губы слегка разошлись, обнажая в улыбке зубы, но горечь слов и тона опровергали дружелюбие взглядов.
— Они просто не занимаются сексом! — снова сказала мошкита Уитбрида. — Фью-юф-ву-ф-фл (свист)! Теперь вы знаете, почему мы воюем. Всегда воюем…
— Демографический взрыв, — сказал Поттер.
— Да. Развитие любой цивилизации, поднявшейся из варварства, останавливает смерть от голода. Вы, люди, не знаете, что такое — давление популяции. Мы можем сдержать рост численности, уменьшив разведение, но что могут сделать Отдающие приказы со своей собственной численностью? Ближе всего к таблеткам, контролирующим рождаемость, пожалуй, только детоубийство!
— Тогда вы начинаете войны, — сказал Поттер, — и вскоре все сражающиеся за пищу исчезают.
— Разумеется. — Теперь голос мошкиты Уитбрида стал спокойнее. — Чем выше уровень развития цивилизации, тем дольше период варварства. И всегда в это вмешивается Безумный Эдди, пытаясь разрушить круговорот циклов и делая все еще хуже. Если вы не заметили сами, джентльмены, скажу, что сейчас мы очень близки к падению. Когда вы появились, здесь шло жуткое сражение за юрисдикцию. Мой Мастер победил…
Чарли что-то просвистела и прогудела.
— Да. Король Петр пытался сделать это, но не получил достаточной поддержки. Впрочем, вряд ли он сумел бы выиграть сражение с моим Мастером. Пожалуй, то, что мы делаем сейчас, приведет к войне, но это не важно. Все равно она скоро началась бы.
— Вас так много, что вы выращиваете растения даже на крышах, — сказал Уитбрид.
— О, это обычное явление. Так же, как поля, пересекающие города. Кое-кто живет всегда, посматривая на Циклы свысока.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
