Читаем без скачивания Старые долги - Фредди Ромм

– Я решил – раз ваш муж так щедр, то и мне не годится проявлять скупость. Приятного вам аппетита!

И он вышел. Валя покачала головой: в неожиданной щедрости Огюста ощущался какой-то подвох. Однако еда выглядела аппетитно – похоже, привезена из какого-то ресторана. Несомненно, женевского. Или даже из Франции? Французская кухня в жалком подвале…

Прежде чем поесть самой, Валя позаботилась о дочке, благо в пакетах оказалось и детское питание. После этого воздала должное здешней кулинарии. Среди приборов оказался довольно острый стальной нож. На мгновение у Вали мелькнула мысль спрятать его… Но что толку? Раз за подвалом наблюдают – это движение наверняка будет замечено. Всё равно отберут, а демарш может вызвать неприятные последствия. Подумав так, пленница сочла за благо просто резать ножом мясо. Ах, как вкусно…

Словно подтверждая её подозрения о подглядывании, минуты через две после завершения пиршества появился Огюст. Аннет уже сонно моргала. Валя беспрекословно передала своему тюремщику посуду и даже предложила:

– Хотите – вымою кастрюлю?

Огюст хохотнул в ответ и покачал головой.

– Вы моя почётная гостья, вам не пристало выполнять работу посудомойки. Отдохните немного, и пойдём на обещанное представление.

Валя кивнула: после захватывающих событий минувшего дня, небольшой прогулки и вкусной еды – глаза слипались сами. Впрочем, ночной сон наверняка окажется не столь крепким из-за здешней духоты. Удивительно, как Аннет её терпит…

Как и в прошлый раз, Валя проснулась, едва открылась дверь в подвал, впуская Огюста. Тот убедился, что девочка спит, и кивнул матери:

– Идёмте.

– Может, не надо? – перспектива расставания с дочерью, даже ненадолго, ничуть не радовала женщину.

– Не беспокойтесь, всё будет хорошо.

Валя поняла, что предстоящее мероприятие и её участие в нём нужны Огюсту, и послушно, стараясь поменьше звенеть цепями, поднялась с топчана. Вдвоём они проследовали к выходу, пленница бросила жалобный взгляд на дочку, однако рука похитителя мягко, но бескомпромиссно подтолкнула вверх по ступенькам. Женщина подчинилась, невольно прислушиваясь к бряцанью железа по камню. Едва вышли за дверь, Огюст вынул из кармана тонкую, но длинную цепочку и, напомнив действия Семёна, обмотал её вокруг талии пленницы, а затем пристегнул наручники. Валя удивлённо посмотрела на похитителя:

– Вы так меня боитесь?

Тот ничего не ответил – взял под локоть и вывел наружу. Усадил в машину и завязал глаза. Женщина испугалась:

– Вы обещали, что мы уходим ненадолго!

– Это правда, и поверьте, с вашим ребёнком ничего не случится.

Валя застонала: омерзительное положение, в котором нет иного выхода, кроме слепого – на этот раз буквально – исполнения чужой воли. Машина пустилась в путь.

Езда продолжалась минут десять, после чего автомобиль затормозил и Валя услышала голоса. Однако, стоило ей выйти – Огюст аккуратно, но цепко держал за правый локоть – как невидимые собеседники умолкли.

– Осторожно, здесь ступеньки, идите медленно.

Ну и прогулка – неизвестно где, посреди ночи, в кандалах, с завязанными глазами… А в подвале спит Аннет… Вдруг она проснулась и зовёт маму? Валя застонала:

– Побыстрее, пожалуйста!

– Не волнуйтесь, я же обещал. Ступенек больше нет, идите нормально.

Рука похитителя подтолкнула пленницу куда-то вперёд. Завязанные глаза ощущали какой-то свет… И вдруг Огюст снял повязку. Валя открыла глаза и на мгновение зажмурилась от яркого освещения. Она находилась в большом, просторном зале с высоким потолком и тёмными, чёрными стенами, залитом ярко-красным светом. А кругом стояли десятки людей в белых балахонах. Женщина невольно вскрикнула. Не обращая на неё внимания, Огюст взмахнул рукой, и откуда-то из невидимых динамиков полилась зловещая органная мелодия, от которой пленница мигом ощутила дрожь.

– Стойте здесь.

Оставив пленницу, Огюст прошёл куда-то вправо и сразу вернулся, неся нож.

– Узнаёте?

Валя посмотрела с недоумением:

– Это ведь им я пользовалась за ужином?

– Вы наблюдательны. А сейчас им воспользуюсь я.

Он взял женщину за руку, отвёл к стене, где оказалась цепь длиной около метра, и прикрепил её конец к стальному поясу, надетому на пленницу. Вале стало не по себе.

– Что вы собираетесь делать?

– Молчите.

Валя растерянно смотрела, как её зловещий спутник удаляется. Внезапно погас свет. Чёрт, если бы не цепи, можно попробовать сбежать…

Свет вспыхнул снова – теперь уже карминово-красный. Органная мелодия превратилась в нечто вроде волчьего воя. От такой обстановки хочется бежать куда глаза глядят, зажав уши…

Валя не сразу заметила, что в зале что-то изменилось за то короткое время, пока всё было скрыто темнотой. У противоположной стены появилось большое деревянное сооружение в форме перевёрнутой пятиконечной звезды, на котором было закреплено что-то… Прежде чем Валя рассмотрела как следует злополучную звезду, за стеной послышался женский крик:

– Пустите меня! Отпустите! Пожалуйста!

Детектив невольно ахнула: незнакомка кричала по-русски, и в голосе её звучал смертельный испуг. Мысли завертелись, как безумные: эта женщина в опасности. Надо ей помочь… Как? Если бы хоть руки освободить и от поясной цепи избавиться…

– Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста! Они убьют меня!

Крик, доносившийся всё ближе, был невыносим. Беспомощно дёргаясь в оковах, озираясь вокруг, Валя теряла контроль над собой. Даже если бы вдруг сейчас пришла помощь, молодая женщина вряд ли сумела бы ею воспользоваться.

– Умоляю вас! Не надо!

Дверь справа распахнулась, и в зал ввалилась процессия. Пятеро человек в балахонах, выстроившись как-то странно – Валя не сразу поняла, что это тоже пятиконечная звезда – волокли, держа за руки и за волосы, молоденькую худенькую черноволосую девушку.

– Что вы делаете?! – вырвалось у Вали, и она не сразу поняла, что это не крик, а беспомощный шёпот. Люди в балахонах, стоящие вокруг, запели нечто вроде гимна, и музыка органа чуть притихла. Кричащую, тщетно извивающуюся в руках мучителей девушку грубо подтащили к деревянной звезде и начали привязывать. До Вали вдруг дошло, что это первоначально собирались сделать с нею… Жертвоприношение… И этому помешали её слова – предложение выкупа. Похоже, Огюст охоч до денег. Однако вместо одной пленницы он предназначил для страшной церемонии другую. Откуда они взяли эту девочку? Она русская… Её похитили? Откуда, когда? Скорее всего, сама приехала из России или одной из соседних республик, польстившись на обещания высокого заработка…

Предложить выкупить и этого несчастного ребёнка? Удастся ли убедить всех этих людей без лиц? Валя попыталась закричать, привлечь внимание окружающих, соблазнить их деньгами, как это получилось с Огюстом, но закашлялась. Проклятье, этого только недоставало…

Тем временем перепуганную, визжащую, беспомощно брыкающуюся девушку распяли на звезде, привязав за руки и ноги. Один из тех, кто её сопровождал, подошёл ближе и порвал на пленнице одежду. Глазам Вали предстало худенькое, с торчащими рёбрами, маленькими грудями и жалобными сосочками тело. Неужели эту бедную девочку собираются убивать или насиловать? Она же, наверное, никогда в жизни не ела досыта…

Голоса, доносящиеся из-под балахонов, запели громче. Валя машинально попыталась сообразить, какой это язык. Не французский, но и не немецкий. Может, латынь? Вспомнилось, что сатанисты поют христианские псалмы задом наперёд. Так что же – здесь действительно собрались сатанисты? Валя не была специалистом по сектам и не могла ответить на этот свой вопрос, да и что толку?

Связанная девочка больше не кричала – похоже, она потеряла сознание от ужаса. Огюст – он выделялся среди других чёрным цветом балахона – поднял нож, тот самый, который перед этим демонстрировал Вале. В уголке сознания, визжащего от собственной беспомощности при виде совершающегося преступления, мелькнула мысль: Огюст намеренно дал своей пленнице ужинать этим ножом, чтобы она оставила отпечатки пальцев… Словно подтверждая, рассудок детектива отметил деталь, до сих пор не бросавшуюся в глаза – перчатки на руках главного убийцы. Да, он делает её, Валю, соучастницей убийства… И хотя эта подробность косвенно подтверждала намерение Огюста вот-вот освободить их с Аннет, замарав мнимой причастностью к самому страшному преступлению, молодая женщина рванулась от внутренней боли – тщетно, как и прежде…

Вот холодное лезвие поднялось над женской грудью…

Выстрел раздался, как в добром голливудском боевике. Валя не поверила своим глазам, когда нож вылетел из руки Огюста и упал где-то в стороне. Взгляд невольно метнулся к двери, а рассудок подсказал: это ЕГО выстрел…

Да, у дверей стоял Андрей.

– Никому не двигаться! – произнёс он негромко, но музыка и хор мигом смолкли, и люди в балахонах ошеломлённо уставились на столь внезапно появившегося противника. Валя была потрясена не меньше окружающих и не сразу поняла, что кто-то разрезает цепи на ней ножницами по металлу.