Стражник не потянулся к шали, он просто пихнул Вивенну дубинкой.
– Эй! Проваливай. На этом углу нельзя попрошайничать.
Он не объяснил, почему нельзя. Они никогда не объясняют. Похоже, имелись правила насчет того, где можно сидеть нищим, а где – нет, но никто не позаботился разъяснить их самим нищим. Законы создавались для господ и богов, а не для черни.
«Я уже начинаю думать о господах как о каком-то другом виде людей».
Вивенна встала, на мгновение почувствовав тошноту и головокружение. Она прислонилась к стене здания, и стражник снова ее толкнул, заставляя убираться прочь.
Склонив голову, она двинулась вместе с толпой, хотя большинство людей старались держаться от нее подальше. Казалось странной иронией, что ей освобождают пространство сейчас, когда ей уже все равно. Она даже думать не хотела о том, как от нее воняет, хотя скорее всего ее сторонились не из-за запаха, а из опасений, что она может что-то украсть. Насчет этого им не стоило волноваться. Вивенна не умела срезать кошельки или шарить по карманам и даже не пыталась пробовать, чтобы не попасться при попытке кражи.
Моральная сторона краж перестала волновать Вивенну еще несколько дней назад. Еще до того, как сменить трущобные закоулки на городские улицы, она не была столь наивна, чтобы полагать, что не станет красть, если ей нечего будет есть, хоть и думала, что пройдет гораздо больше времени, прежде чем она до такого опустится.
Она не стала искать другой угол, а отделилась от толпы и направилась обратно к идрисским трущобам. Там ее хоть немного принимали, по крайней мере считали одной из своих. Никто не знал, что она принцесса, и, кроме первого незнакомца, никто ее не узнал. Тем не менее акцент обеспечил ей место в трущобах.
Она начала подыскивать место для ночлега – это было одной из причин, по которым Вивенна решила не попрошайничать до самого вечера. Правда, вечер приносил хорошую прибыль, но она уже очень устала и хотела только найти укромное местечко для сна. Раньше Вивенна не думала, что есть разница, в каком закоулке приткнуться, но некоторые укрытия казались теплее других, а другие лучше защищали от дождя. А некоторые были безопаснее. Она училась распознавать такие детали, так же как и разбираться в том, кого не следует злить.
В ее случае к последним относились практически все, включая беспризорных детей. В негласной иерархии они все находились выше нее. Это Вивенна усвоила уже на второй день. Тогда она пыталась сохранить деньги от продажи волос, намереваясь сберечь их для отъезда из города. Она не знала, откуда уличные мальчишки узнали, что у нее есть деньги, но в тот день ее впервые избили.
Ее любимый закоулок оказался занят группой мрачных мужчин, занятых чем-то явно незаконным. Вивенна поспешно ретировалась, направившись во второй любимый закоулок, но там толпилась банда беспризорников. Тех самых, которые ее побили. Поэтому отсюда она сбежала так же быстро.
Третий закоулок оказался пуст. Это было местечко позади пекарни. Печи для ночной выпечки еще не растопили, но к раннему утру они немного нагреют стену.
Вивенна легла, свернулась калачиком, прижавшись спиной к кирпичам, и плотнее натянула шаль. Несмотря на отсутствие подушек и одеял, заснула она мгновенно.
Глава 40
Треледис отыскал Сири на зеленой лужайке двора, где она наслаждалась трапезой. Она проигнорировала его, сосредоточившись на выставленных перед ней блюдах.
Сири решила, что море – это нечто странное. Что еще можно сказать про место, породившее существ с такими изогнутыми щупальцами, бескостными телами… и других, с иглами на коже? Она ткнула вилкой в то, что местные называли огурцом, хотя по вкусу оно нисколько не напоминало этот овощ.
Она попробовала каждое блюдо, закрыв глаза и сосредоточившись на вкусе. Некоторые яства были не так плохи, как другие, но ни одно из них ей не понравилось. Морепродукты просто не казались ей аппетитными.
«Мне будет трудно стать истинной халландренкой», – решила Сири, потягивая фруктовый сок.
К счастью, сок был превосходным. Разнообразие и вкус многочисленных халландренских фруктов впечатляли так же, как и странности морских обитателей.
Треледис прочистил горло. Верховный жрец короля-бога не привык ждать.
Сири кивком повелела служанкам принести новые блюда. Сезеброн учил жену столовому этикету, и она хотела попрактиковаться. Привычный королю-богу способ трапезы – откусывать маленькими кусочками и никогда ничего не доедать – хорошо подходил для дегустации новой еды. Сири хотела как следует познакомиться с Халландреном, его традициями, народом и вкусами. Она заставила служанок больше разговаривать с ней и собиралась встретиться с другими богами. Увидев прогуливающегося вдалеке Гимна Света, она дружески помахала ему рукой. Он казался необычно озабоченным и не подошел побеседовать, а только помахал в ответ.
«Жаль, что у меня нет предлога заставить Треледиса подождать еще дольше», – подумала Сири.
Верховный жрец снова прочистил горло, на этот раз более требовательно. Она наконец поднялась, жестом велев служанкам немного отойти.
– Вы не откажетесь прогуляться со мной, ваше святейшество? – беспечно поинтересовалась Сири.
Она томно прошла мимо него в своем роскошном фиолетовом платье со шлейфом из тончайшей ткани, который заструился по траве позади нее.
Жрец догнал ее.
– Я должен с вами кое о чем поговорить.
– Да, – кивнула она, – я об этом догадалась по тому, что вы сегодня уже несколько раз посылали за мной.
– Вы не пришли, – заметил Треледис.
– Мне кажется, что супруге короля-бога не следует приобретать привычку отвечать на требования и торопиться на встречу, кто бы о ней не попросил.
Треледис нахмурился.
– Однако, – продолжила она, – разумеется, у меня найдется время для верховного жреца, если он придет побеседовать со мной.
Выпрямившись во весь рост, он пристально посмотрел на нее. Сегодня мантия на жреце была голубая с медью – цвета короля-бога на этот день.
– Вам не следует видеть во мне врага, ваше высочество.
Сири кольнуло беспокойство, но ей удалось не позволить волосам побелеть.
– Я не вижу в вас врага, – ответила она. – Я просто устанавливаю некие правила, которые надо было оговорить с самого начала.
По лицу Треледиса скользнула тень улыбки.
«Что? – изумилась Сири. – Почему он так реагирует?»
Жрец склонился к ней и произнес с внезапной снисходительностью:
– Неужели? Вы очень мало знаете о том, что вам полагается, ваше высочество.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
