очень точными ракетами.
- Ваши предложения...
- Считаю, что для атаки на партизан, которых прикрывает аппарат, нужно не меньше пехотного полка для истребления самих партизан. Для атаки на аппарат потребуется не меньше батальона танков вооруженных скорострельными пушками. Все танки должны в первую очередь бить по аппарату, пехоту добьют после. Нужны еще одна-две батареи дальнобойных 105-миллиметровых орудий. Лучше даже три батареи.
- Чего не четыре, не пять? Русские в таком случае говорят guba ne dura. Вы слышали такое выражение?
- Тем не менее, я настаиваю! С меньшими силами мы просто потеряем наших солдат и технику. А так у нас появляется хоть какой-то шанс разбить их, уничтожить или повредить аппарат и прорваться к развалинам замка. Атаковать нужно одновременно всеми силами и со всех сторон. У любого оружия есть предел эффективности, безусловно, есть он и у аппарата. И пока мы не достигли этого предела, не знаем каковы его возможности до израсходования им боеприпасов. Его просто нужно попытаться задавить одновременным нападением со всех сторон, с земли и с воздуха.
- Хорошо, ваши аргументы принимаются, свяжусь с обергруппенфюрером Бах-Зелевски.
- О! Передайте ему мои поздравления с повышением в звании, пожалуйста...
- Обязательно! Хотя ему сейчас очень нелегко и возможно даже не до нас с вами - улыбнулся Ротенхойзер.
(Эрих фон Дем Бах-Зелевски - в этот период был командующим антипартизанской службы СС в Белоруссии и прилегающих районах Литвы и Польши, звание обергруппенфюрера СС получил 9 ноября 1941 года - прим. автора)
- Что-то случилось?
- Слишком неожиданно активизировались партизаны в других прилегающих районах.
- Вот как... А неожиданно ли?
***
- Как вы будете пополнять свои боеприпасы, Виталий Александрович?
- По уже отработанной мной схеме. В трех местах, укрытых от наблюдения противником и при помощи моего командования уже организованы схроны с ракетами, снарядами и патронами для вертолета. На каждом из этих мест нужно иметь по 13 обученных человек плюс отделение охранения. Тоже обученных зарядке на всякий случай. Итого 20 человек на схрон.
- Это почти десятая часть всего наличного состава. Много. Меньше нельзя?
- Меньше можно, но тогда скорость перезарядки серьезно упадет. Один я буду перезаряжаться не менее часа. При помощи такого количества заряжающих не более 5-7 минут. Но нужно помнить, что после каждой перезарядки 20 человек сразу высвобождаются и отправляются на позиции. Зато вместо 40 ракет я смогу использовать 160 ракет, а это, поверьте, очень много.
- Принимается. Заряжающие обучены?
- Так точно! Занятия проведены.
- Есть соображения по возможной тактике противника?
- Единственный вариант для немцев - задавить меня числом. Множеством одновременных атак со всех направлений. Пехота, танки. Не исключаю бомбардировки с воздуха просто по площадям. Так что пусть бойцы хорошенько укрепляют и маскируют окопы и траншеи - хоть так у немцев не будет видимого прицела. Артиллерию, надеюсь выбью первой. Поэтому в местах наиболее вероятного расположения батарей необходимо посадить наблюдателей с рациями. Рации уже доставлены. И для них важно сохранять радиомолчание, немцы наверняка будут пеленговать эфир.
- Глушить им связь не будете?
- Только после сообщения от разведчиков.
- Вы думаете будут танки?
- Почти уверен. Танки и самолеты - то на что расходуются наиболее мощные боеприпасы. Немцы наверняка ожидают, что бить по ним я буду ракетами. Очень уж они разрушительны по силе.
- А вы не будете?
- Незачем. Ракеты лучше дать по пехоте, накроют площади. У них мало танков способных противостоять моим 30-миллиметровым пушкам. И даже 23-миллиметровым. «Тройки» если только, но сколько их там будет. Да и крыши у «троек» уязвимы и мне от них угрозы меньше. В основном там будут более опасные для меня «двойки», да почти наверняка. У них автоматические скорострельные пушки - самое то ловить меня в воздухе. Так что, если я не завалю какую «тройку», то их должны будут добить гранатометчики. А РПГ-7 вынесет любой современный вам танк. Даже наш КВ. Главное - попасть в цель.
- Хорошо...
- Тут основная опасность в том, что пока я занимаюсь немцами с одной стороны, они могут добраться до наших позиций с другой стороны. Мне будет крайне сложно распределить цели системе вот так на скороспешном ходу. Так что этот бой для моего вертолета не будет привычной мне атакой наскоком из засады. Наверняка будут большие неожиданности. Полагаю, что немцы применят и Эрликоны на самоходных шасси. Так что работы у меня будет много и бойцам тоже достанется...
- Удержим...
Может показаться, что генерал Серпуховский вообще в военном деле ничего не соображает и задает вопросы уровня первоклассника. Но на самом деле он собирал информацию от конкретных специалистов. И не только соображения Никитина, но и остальных командиров. Так он лучше понимал, какие возможности есть у него, что можно ожидать от противника в сложившихся условиях. И, кроме того, он понимал, что у немцев в этом районе не слишком-то и много боевых частей, но они для уничтожения его «дивизии» скорее всего не поскупятся и могут выставить не полк-два, а сразу целую дивизию.
И Иван Антонович понимал, что не выстоит против нее. Даже под прикрытием никитинского вертолета. А уж если его собьют, то и подавно. Поэтому он еще загодя запросил Москву с предложением начиная с 7 ноября, т.е. как бы прикрываясь ноябрьским праздником начать массово раздергивать атаками партизан немецкие войска в ближайших районах. И партизаны не сплоховали!
***
Между тем «дивизия» Серпуховского достигла развалин замка Гедроты и теперь на местности вокруг него кипела работа, строились оборонительные сооружения, дзоты, копались и маскировались траншеи. На подходах устраивалось минирование, как при помощи растяжек, так и традиционными противопехотными и противотанковыми минами.
Облегчало работу то, что значительный отрезок периметра обороны занимало озеро Кемонт. Примерно четверть. Там посадили наблюдателей из числа раненых бойцов и снабдили их ракетами. А кто знает, может немцы попробуют форсировать озеро на лодках и опрокинуть «дивизию» неожиданной атакой с этой стороны. Вот наблюдатели и наблюдали за противоположным берегом. На всякий случай посланная туда разведгруппа заминировала подходы к нему растяжками сигнальных фейерверков.
Кипела работа и на самих развалинах. Пятеро бойцов раскапывали неприметный холмик из которого выворачивали посильные им обломки замка. Марина и Ольга, не занятые на тяжелых работах, приводили в порядок могилу Леонарда Августовича и двоих погибших вместе с ним в одном бою солдат. Они попросили бойцов сносить вывороченные камни к могиле и
