Крюк больше не мог танцевать, но в Купели Вахтанга его обучили не только этому. Наемник сгреб рассыпавшиеся по дороге куны и ногаты, и метнул пригоршню мелочи в лицо противнику. Тот схватился за лицо, и экен ударил его мечом в живот. Гоблин рухнул. Сабрина и Ундина, выскочив из-за тюков, отпугнули остальных гоблинов парой огненных шаров, подхватили Крюка и затащили за импровизированную баррикаду.
– Да святится имя и расширение Твое, – срывающимся голосом пробормотал Вилли, глядя вперед. – Да придет Прерывание Твое и да будет воля твоя и бейсик наш насущный дай нам; и прости Ринке дизассемблеры и антивирусы его, как копирайты прощаем мы…
Ирина глянула вперед по ходу каравана, туда, куда смотрел сидх. Лес в этом месте расступался. Дорога проходила между двумя крутыми утесами. Гоблины загнали обоз к самому входу в узкое ущелье. Над верхушкой левого холма покачивался из стороны в сторону огромный столб – словно какой-то великан-шутник выдвигал из-под земли огромный сияющий леденец.
– Что это? – пролепетала ведьма. Ничего подобного она в своей жизни не видела.
– Это шнейк, – прервал свою молитву Вилли. – Змей холма, по-вашему.
Вокруг шнейка, как мухи, кружились ведьмы крыла «Змей». Огненные шары разбивались о шкуру змея безобидными искорками. Ирина поняла, что первым толчком чудовище и опрокинуло их фургон.
– Ты сейчас молился богу смерти? – спросила ведьма.
– Повелителю гоблинов, орков, пауков и шнейков – всей этой дряни, – ответил сидх. – Чтобы он помог Ринке. Чтобы остановил их!
– Я буду молиться вместе с тобой, – сказала Ирина.
Вилли пожал плечами и продолжал:
– И не введи Ринке в фаталеррор, но избавь его от зависания, ибо Твое есть адресное пpостpанство, порты и pегистpы…
– Помоги Ринке, о Ты, – пробормотала Ирина. Сидх мешал мандречь с родным языком, и ведьма побоялась исказить смысл молитвы неправильным произношением.
Змей изогнулся петлей. Огромное тело снова устремилось к каравану.
– Пусть полный и окончательный Гамовер придет чуть позже… – срывающимся голосом произнес Вилли.
– Да, прошу тебя, о Ты! – догадавшись о значении незнакомого слова, с чувством выдохнула Ирина.
Тень чудовища накрыла их.
– Во имя контрола, альта и святого делета, всемогyщего ресета во веки веков, ретерн!
Линии Чи Ежей становились все ярче. Бледно-розовая ниточка следа того из сидхов, который пользовался магической энергией огня, стала красной, когда Крон прошел, по своим ощущениям, чуть меньше двух верст. Маг определил скорость движения отряда по известной всем волшебникам Формуле Цветности, выведенной Разрушителем Буровеем. Если он не ошибся в расчетах, партизаны опережали своего преследователя верст на десять.
Учитывая, что с момента нападения на караван прошло никак не меньше двух дней, Ежи двигались очень медленно. И Крон узнал, почему, когда выбрался на полянку, густо поросшую клевером. Трава был истоптана и помята, ветки ближайших деревьев обломаны. От двух молодых кленов остались только косо срезанные пеньки. Охапки веток с резными листьями валялись тут же.
На руках у Ежей был как минимум один тяжелораненый. Тонкие ветки пошли на лубки, а клены пришлось срубить, чтобы сделать носилки.
Крон скинул с себя одежду. Куртка оказалась усеяна черными зубчиками чертополоха. Волшебник оглянулся в поисках подходящего места и нашел его – большое, почти до самой земли дупло в стоявшем на краю полянки старом дубе. Маг аккуратно свернул одежду и опустил сверток в дупло. Волшебник на миг представил себе, как удивится какой-нибудь Еж, обнаружив посредине родного леса тайник с формой Чистильщика, и улыбнулся. Кожа покрылась мурашками. Крон предпочитал думать, что из-за невесть откуда налетевшего порыва ветра. Маг закрыл глаза. Он не делал того, что собирался сейчас предпринять, уже больше пятнадцати лет. Большой необходимости не было и сейчас – Крон и на двух ногах нагнал бы партизан к вечеру, в крайнем случае к следующему утру.
Но магу внезапно захотелось сделать это – до зуда, до тошноты.
На миг Крона охватил паника – ему показалось, что у него не получится.
И тогда мир изменился. Он стал черно-белым, но потеря красок с лихвой возместилась феерией запахов, обрушившихся на мага.
Волшебник ткнулся носом в траву, слизал засохшую кровь. Хорошо знакомый, но давно позабытый вкус прогнал по телу Крона волну возбуждения. Шерсть на загривке встала дыбом.
На поляну веселыми прыжками выбежал заяц. Увидев волшебника, он серой молнией прыснул прочь, только сверкнули белые пятки. Крон проводил его ленивым взглядом. Он никогда не убивал ради забавы, а сейчас он был сыт.
Крон хлестнул себя хвостом по бокам и неторопливо потрусил через поляну.
Ринке двигался вдоль левой стены пещеры, придерживаясь за нее рукой, чтобы не потерять направление. На пятьдесят втором шаге от входа, как и сотни раз до этого, он нащупал небольшую нишу. Эльфу вспомнилось детство, когда эта потайная арка находилась на восемьдесят пятом шаге. Ринке вошел в нее и провел рукой по правой стене. С тихим свистом опустилась перегородка, отделявшая нишу от остальной части пещеры. Как забрало на рыцарском шлеме, в который раз подумал эльф.
Мысли знакомыми и успокаивающими. Как раз спокойствия ему сейчас и не хватало. Ринке доводилось подчинять Черный Камень себе и раньше, но первый раз от этого зависела его жизнь. Раздался монотонный гул, по лицу Ринке скользнул воздух. Эльф почувствовал, что опускается вниз. Когда гул прекратился, он громко сказал:
– Дизассемблер!
Когда-то давно Ринке думал, что это имя бога, которому посвящено это тайное святилище. Вспомнив об этом, эльф улыбнулся в темноте. Стена перед ним поднялась с негромким вздохом. Ринке пошарил рукой стене, нажал на круглый тумблер. Раздался щелчок. Под потолком вспыхнули два неярких прямоугольника, освещая гладкие белые стены подземного зала и черный каплевидный нарост у противоположной стены.
Черный Камень, повелевавший всеми тварями Железного Леса, был невелик – до пояса взрослому темному эльфу. Мандречен или даже серый эльф принял бы нарост за сталагмит, несмотря на стоявшее перед каменным грибом одноногое, как стульчик у барной стойки, кресло. Половодье приносит и более странные вещи, особенно в Квалмэнэн.
Ринке приблизился к Черному Камню и присел перед ним на корточки. Прищурившись, эльф внимательно осмотрел артефакт. То, что искал Ринке, находилось в левой нижней части выступа. Выдавленный в камне кружочек с вертикальной палочкой внутри, и красный прямоугольничек рядом. Эльф надавил на кружочек. Ничего не произошло. Ринке нажал сильнее. Никакого эффекта. Эльф выпрямился и ударил по кружочку ногой.
Раздалось громкое «бип», потом откуда-то из глубины подземелья донеслось тихое грустное завывание. Но Ринке смотрел не на расчерченную светящимися линиями, подобно шахматной доске, верхнюю поверхность артефакта, а на огромного серебристого паука, появившегося на стене. Изображение было трехмерным и весьма правдоподобным. Если бы эльф не знал, что это искусная картинка, он бы уже сломя голову выбежал из пещеры.
Ринке сел в кресло, положил ладонь на консоль. На стене проступило изображение крохотной ладони в металлической рыцарской перчатке с оттопыренным указательным пальцем. Эльф привычным движением пошевелил ладонью, перчатка на стене повторила его движения. В то время, когда его сверстники мастерили луки и выяснили между собой, кто круче, Ринке проводил дни и ночи в этом прохладном подземном зале вместе со своим отцом. Тот в совершенстве умел управлять Черным Камнем, и обучал этому же сына.
Эльф пошевелил ладонью и переместил перчатку в третий левый глаз паука в верхнем ряду. Ринке два раза нажал указательным пальцем на плотную пружинистую поверхность, и паук на стене исчез, сменившись длинным списком на белом фоне. Последний раз темные эльфы обманывали Черный Камень более двадцати лет назад, а сейчас снова надо было залить в его мозг немного дурмана. Ринке нашел изображение желтого кофра, подписанное «profiles», и снова два раза стукнул ногтем. В открывшемся перечне сидх передвинул перчатку-указатель к названию «autoexec.cfg», и на этот раз нажал на консоль мизинцем. Справа от названия выскочила табличка с целым списком, прочесть который Ринке мог, но значения слов не понимал. Эльф знал, что нужно перейти на третью сверху строку и снова щелкнуть мизинцем, а в новом списке выбрать голубой квадратик с волнистой линией на верхней грани и двумя параллельными прямыми в центре. Ринке выполнил необходимую последовательность, и стена заполнилась множеством букв. Эльф первый раз глянул на светившиеся под его руками квадратики с изображениями букв и некоторыми их сочетаниями, нашел тот, в котором алым горело “Ctrl” и нажал его, правой рукой нажимая находившийся в другом углу консоли “End”.
