упорно удерживала поток Силы. Возможно, она даже хотела, чтобы они нашли ее, – тогда она показала бы им, на что способна. Вот, например, Тимэйл – наверняка она до сих пор остается в Тел'аран'риоде. Если вернуться в спальню, можно будет поставить ее на место – раз и навсегда. Небось тогда и остальные задумаются.
Найнив даже застонала при этой мысли, но тут же вспомнила о Могидин. На что это она смотрела с улыбкой, хотелось бы знать? Подойдя к застекленному шкафу на резных деревянных ножках, Найнив заглянула внутрь. Там находилось несколько искусно выполненных статуэток, но Найнив сразу поняла, что именно порадовало взгляд Отрекшейся. В центре витрины на красной лакированной деревянной подставке стоял диск, разделенный волнистой линией на две равные части. Одна сияла белизной, другая была чернее ночи. Найнив видела подобный и знала, что изготовлен он из квейндияра. Таких дисков существовало всего семь. Он представлял собой не что иное, как одну из семи печатей, удерживавших Темного в его узилище в Шайол Гул. Пожалуй, это открытие имело огромное значение. Такое же, как и находка того, что таит здесь угрозу для Ранда. Нельзя допустить, чтобы печать Шайол Гула попала в руки Черных Айя.
Найнив вдруг заметила свое отражение в зеркальной верхушке застекленного шкафа – кареглазая тарабонская кокетка с длинными медовыми косами и капризно надутыми губками, – складки темно-зеленого шелка отчетливо обрисовывали ее грудь и бедра. Свечения саидар, естественно, не было видно. В таком обличье Найнив и сама себя не узнала бы. Она поразмыслила, не взять ли двухцветный знак, который почти кричал об Айз Седай.
— Я могу быть осторожной, – проворчала Найнив. Однако немного помедлила. Сила продолжала клокотать в ней, но в конце концов гнев Найнив ослаб. Так или иначе, ярость – плохой помощник в ее поисках. А как бы ни была важна печать, ей надо найти нечто иное. И находится это нечто здесь, среди выставленных на обозрение редкостей. Скользнув взглядом по скелету зубастой ящерицы футов в тридцать длиной, Найнив закрыла глаза. К нужно то, что таит угрозу для Возрожденного Дракона.
Еще одно перемещение – и она оказалась возле стены, но другую сторону натянутого на столбиках белого шелкового каната, прямо перед белым каменным постаментом. На постаменте лежали ожерелье и два браслета из темного металла. Трудно было предположить, что в этих предметах может таиться угроза. Тем не менее она перенеслась именно к ним.
Пожав плечами, Найнив протянула руку к постаменту, и… Боль, тоска, страдание – невозможно перечислить все горестные чувства, мгновенно захлестнувшие ее. Она поспешно отдернула руку, но еще продолжала чувствовать отзвуки пережитого потрясения. Никаких сомнений не оставалось. Черные Айя охотились именно за этим. Она нашла то, что искала. Это ожерелье и эти браслеты в реальном мире, так же как и в Тел'аран'риоде, лежат на белокаменном постаменте.
Она обернулась, бросив взгляд на витрину, в которой хранилась печать из квейндияра, и припомнила, где стояла Могидин и куда она смотрела. На эту печать, а также на браслеты и ожерелье – точнее, ошейник. Должно быть, Могидин уже знает. Но…
Все вокруг завертелось, слилось в пятно, расплылось, исчезло.
— Просыпайся, Найнив, – бормотала Илэйн, подавляя зевоту и тряся спящую подругу за плечи. – Часто уж всяко прошел. Я ведь тоже хочу поспать. Просыпайся же, а не то я суну твою голову в ведро с водой – посмотрим, как тебе это понравится.
Найнив резко раскрыла глаза и уставилась на Илэйн.
— Если она уже знает, что это такое, почему не отдает им? – пробурчала Найнив. – И если они знают, кто такая она, то почему ей приходится посещать дворец в Тел'аран'риоде? Неужели она и от них все скрывает?
— Найнив, о чем ты?
Тряхнув головой, Найнив прислонилась спиной к изголовью кровати, оправила свою шелковую сорочку и многозначительно сказала:
— Сейчас поймешь, о чем я.
Рассказ Найнив Илэйн выслушала, разинув рот, и обессиленно опустилась на край кровати задолго до того, как он был закончен. Поиски. Могидин. Бергитте и Гайдал Кейн. Ожерелья и браслеты из черного металла. Асмодиан – в Пустыне. Одна из печатей узилища Темного – в Панаршем Дворце. Изменение облика под Рендру. Если бы не угрюмое, сосредоточенное лицо Найнив, всю эту невообразимую историю можно было бы принять за одну из баек Тома.
У Эгинин, сидевшей скрестив ноги и положив руки на колени, вид был почти недоверчивый. Илэйн надеялась, что Найнив не станет ругаться из-за того, что она развязала путы пленной шончанки.
Самым устрашающим было известие о Могидин. Отрекшаяся – в Танчико! Ужасна была сама мысль о том, что Отрекшаяся смогла так запросто войти в комнату и заставить их все выложить, связав обеих Силой. А Илэйн ничего не могла вспомнить. Ей чуть плохо не стало.
— Если Могидин скрывает то, что ей известно, даже от Лиандрин, – промолвила Илэйн, – это, пожалуй, похоже на то, что тебе говорила о ней Бергитте.
О Свет, подумала девушка, Найнив действительно разговаривала с Бергитте!
— Что бы там ни затевала Могидин, – сердито пробурчала Найнив, – она еще свое получит. Но сейчас главное – забрать оттуда печать и ожерелье с браслетами.
Илэйн покачала головой:
— Вот уж не знаю, какую опасность для Ранда могут представлять украшения. Может, это какой-нибудь тер'ангриал? Как они выглядели, эти браслеты и ожерелье?
— Именно так, как обычно выглядят браслеты и ожерелья, – устало отрезала Найнив. – Два сочлененных браслета из какого-то черного металла и ожерелье им под стать – широкое такое, на ошейник смахивает…
Взгляд ее метнулся в сторону Эгинин, но Илэйн повернулась к шончанке еще раньше.
Темноволосая пленница невозмутимо привстала на коленях, потом вновь опустилась на пятки:
— Я никогда не слышала, чтобы ай'дам делали для мужчины. Насколько мне известно, никто никогда и не пытался управлять мужчинами, способными использовать Силу.
— И тем не менее эти штуковины изготовлены именно с такой целью, – медленно проговорила Илэйн, до последнего времени считавшая, что ничего подобного не существует. Хорошо еще, что Найнив опередила Черных Айя и теперь есть возможность помешать им использовать это – чем бы оно ни было – против Ранда.
Заметив, что у Эгинин освобождены руки, Найнив сердито прищурилась, но высказываться на сей счет не стала.
— Должно быть, пока об этом известно только Могидин, – предположила она. – Если нам удастся проникнуть во дворец, мы заберем оттуда печать и… эти штуковины. А если нам удастся вывести с собой и Аматеру, то против Лиандрин и ее компании выступят Панарший Легион,
