наружу, и свободной рукой Маруся начала колотить Юки в бедро. — Ты мне всю футболку испортил!
Маруся почувствовала, как пролившийся сок впитывается в ткань и та прилипает к животу. Она попробовала оттолкнуть от себя чашку, но только попала пальцами в омлет. Юки повалил ее на спину и ловко вскочил сверху, прижимая марусины руки к полу.
— Офигенно получилось, — радостно рассмеялся он, рассматривая пятна от завтрака на перепачканной футболке.
— Отпусти, — снова жутко смутилась Маруся. Ей было неуютно чувствовать себя обездвиженной.
— А то что?
Маруся резко согнула ногу и ударила Юки в спину. Он притворился, что удар был сильный, вскрикнул и повалился сверху. Маруся задохнулась от переполнявших ее чувств и на всякий случай зажмурилась. Ей казалось, что если она увидит его лицо в такой близости от своего, то сейчас же умрет от разрыва сердца.
— Какое отчаянное сопротивление! — продолжал язвить Юки, и, судя по тому, что Маруся чувствовала его дыхание на своей коже, его губы были совсем близко.
Не дай Бог он… Пусть только попробует…
Открыть глаза не получалось при всем желании, как будто они закрылись насовсем. Маруся забыла, как дышать! Голова кружилась, в темноте вспыхивали яркие пятна, ей было страшно приоткрыть рот, чтобы вдохнуть, ведь тогда Юки может подумать, будто она только и ждет поцелуя… Маруся попробовала вдохнуть носом, но он не работал, бессмысленный идиотский нос…
— Ну чего ты боишься? — шепотом спросил Юки.
Маруся слегка приоткрыла рот, чтобы ответить, но в этот момент почувствовала его губы на своих губах. Тот взрыв в голове — она была уверена, что именно так от напряжения разрывается забившаяся в истерике артерия…
Поцелуй был недолгим. Словно испугавшись чего-то, Юки вдруг выпрямился и осторожно сполз с Маруси. Маруся осмелилась открыть глаза и увидела неожиданную картину — Юки сидел, виновато опустив глаза, и на его щеках тоже был румянец. Не может быть! Это чудовище тоже умеет смущаться?
— Извини, — тихо сказал он. — Я не знаю, как это получилось.
— Угу, — только и смогла промычать Маруся.
— Просто хотел, чтобы ты заткнулась, — смущенно улыбнулся Юки и посмотрел на Марусю своими хитрющими глазами.
— Никогда больше так не делай! — произнесла Маруся до боли глупую фразу.
— Хорошо, — послушно согласился Юки и снова склонил голову.
— Нет! — совсем уж неожиданно выпалила Маруся.
— Что, нет? — наигранно удивился Юки.
Маруся промолчала, чтобы не сморозить еще какую-нибудь глупость, но Юки уже было не остановить.
— Делать? — он весь превратился в улыбку чеширского кота, — тебе ведь понравилось?
— Нет! — произнесла очередную глупость Маруся и даже закатила глаза, всем своим видом показывая «Боже, что я несу?»
— Ну, хорошо! Надеюсь, у тебя есть во что переодеться? — довольный результатом спросил Юки, вставая с пола. — Мы идем гулять.
* * *
На улице было тепло и ветрено. Прямо перед отелем раскинулся красивейший парк с цветущими деревьями, аккуратными дорожками и небольшими уютными скамейками, словно рассчитанными на влюбленные парочки. Однако сейчас практически все скамейки были заняты местными пенсионерами, которые живо обсуждали какие-то свои новости, читали, дремали или просто любовались природой. Волшебные нежно розовые лепестки бесконечным потоком осыпались с веток, кружили в воздухе, разбегались от порывов ветра и наполняли воздух тончайшим ароматом весны.
— Это все так красиво, что даже глупо, — сказал Юки, поймав в ладонь лепесток.
— Что же в этом глупого? — удивилась Маруся.
— Ну, если бы это было просто так, то я бы сказал, что это очень красиво, — задумчиво сказал Юки.
— А что не просто так? — улыбнулась Маруся.
— Ну… Ты, я… мы идем, взявшись за руки… И тут еще эта розовая пена повсюду, — он засмеялся. — Как в очень плохом кино! Только музыки не хватает!
И словно услышав его слова, кто-то раскрыл окно в находящемся неподалеку ресторане, и оттуда донеслись звуки музыки. Юки рассмеялся.
— Почему все мужчины так боятся показаться романтичными? — спросила Маруся и поправила разлетевшиеся от ветра волосы. — Что плохого в том, если двое любят друг друга…
— Ты сказала, любят? — Юки изобразил такое удивленное, что произнес эту фразу гораздо громче обычного.
Маруся смущенно запнулась на полуслове, быстро высвободила руку и посмотрела по сторонам — не услышал ли кто?
— Я не про нас! — тоже громче обычного начала оправдываться она, — Я про вообще!
— Почему все женщины так боятся признаться себе в том, что влюбились? — передразнивая Марусю, спросил Юки.
— Я и не боюсь, — игриво нахмурилась Маруся, — Просто еще не влюбилась!
— А, ну прости! Мне показалось, что минуту назад у тебя в глазах были нарисованы сердечки, — сощурился Юки.
— Тебе показалось! — растеряно огрызнулась Маруся и отвернулась, чтобы скрыть смущение.
Пара милых старушек, сидящих на ближайшей скамейке, радостно закивали.
— Ну ладно, — сжалился Юки, — Идем вытрясем розовые сопли и погрузимся в настоящую бурю страстей!
— Куда-куда мы погрузимся?
— Попробуем замочить Ангела Смерти!
* * *
Надпись на входе гласила — «Выставка аттракционов». Сразу за баннером вниз уходили каскады эскалаторов, а сразу за ними шумело и двигалось целое море людей. Можно было подумать, что сюда приехали жители всего острова, и Марусе стало страшно, не провалится ли под ними земля — треснет, схлопнется и уйдет под воду, вместе со всеми достижениями индустрии развлечений и многовековой историей.
— Ты должна это попробовать! — закричал Юки и потащил Марусю куда-то в сторону от главного зала.
— Чтоо? — закричала в ответ Маруся. Из-за ревущей толпы услышать друг друга было крайне сложно.
— Быстрей, пока есть места!
— Три человекаааа, еще три человекааа! — зазывал на входе в импровизированный шатер коренастый мужичок в оранжевых шортах и пестрой гавайской рубашке. На его голове блестел металлический шлем с рогами, а в руке он держал пластиковый меч, заляпанный красной краской. — Три самых отчаянных воина, готовые отправиться на битву с непобедимым…
— Это мы! — бросился ему на встречу Юки, — два есть!
Мужичок с недоверием посмотрел на Марусю и поправил на голове шлем.
— Она не похожа на воина, — наморщив нос, сказал он Юки, думая, что Маруся его не понимает.
— Вы плохо ее знаете, — рассмеялся Юки и тут же присел, закрывая голову руками, и изображая жуткий страх перед Марусей.
— А что надо делать? — смущенно спросила Маруся, рассматривая толпу подростков, видимо уже отобранных для сражения и теперь нетерпеливо ждущих окончательного формирования отряда.
— Она что, даже никогда не играла? — вытаращив глаза, спросил «гаваец» и угрожающе взмахнул мечом.
— Она играла в более крутые игры, — успокоил его Юки.
— В более крутые? — глаза мужичка совсем вылезли из орбит, после чего он громко расхохотался, — Более крутых не бывает!
— Эй, хватит трепаться! — поторопил его Юки, безапелляционно толкнув
