Читаем без скачивания Мстители - Владимир Безымянный

— По сравнению с тем, что с тобой сделаю я, это покажется тебе облегчением. Тебя по всему дому собирать будут в полиэтиленовые пакеты. Поэтому не рыпайся. В доме стволы еще есть?

— Да. В чулане помповое ружье.

Игорь немного погодя принес бесприкладное ружье и коробку патронов к нему.

— Одевайся, сука! — прикрикнул Борис на Лялю. — И не вздумай трепыхаться. Пожалеешь…

Через полчаса белый «жигуленок» уже мчался по шоссе по направлению к Сочи, где на одной из дач разместились приезжие «гастролеры». 

Глава девятая

— Итак, пора подбить бабки, — произнес Хмель, садясь за стол. — Я в вашем городеь уже две недели, и больше здесь задерживаться не могу. Пора восвояси. Там тоже дел накопилось.

Отар слушал, молча накладывая себе в тарелку салат и разливая по бокалам вино.

— Итак, что мы имеем? — продолжил Хмель. — Все твои рестораны и кафешки работают нормально. Вопросы с серьезными людьми я решил. Наездов быть не должно. С теми пацанами, которые вздумали с тебя дань брать, я думаю, ты сам разберешься.

Отар насмешливо повел бровью и сказал:

— Там все решилось уже. Их старший попал на мотоцикле в аварию. Кто-то натянул трос на дороге. Как раз на уровне шеи.

Хмель усмехнулся.

— А у остальных после его смерти желание наезжать пропало.

— Ну-ну, — промычал Хмель, с ухмылкой глядя на Отара. — Все, что не делается — все к лучшему… Да, что касается банка… Человечки, нанятые мною для аудита, шепчут, что положение хоть и небезнадежное, но тяжелое. Лицензию отстоять можно, но клиентишки-то уже поразбежались, денег совсем мало стало. Похоже, придется ему некоторое время влачить жалкое существование, обслуживая в основном твои ресторанчики. Далее… Те вложения Гиви, которые мы нащупали, все вернут до копейки, можешь не сомневаться. Не вернут — пожалеют в самое ближайшее время. Короче, можно считать, что поработали мы здесь нехило. Результаты конкретные имеются.

— Спасибо, дорогой. Должником твоим буду.

— Ладно, сочтемся. Но ловлю тебя на слове и хочу, чтобы и ты помог мне в своих делах. Я тебе говорил, что у меня в этом городе тоже свои интересы есть.

Хмель махнул рукой, и из сумерек зала к столу подошел маленького роста седовласый мужчина, одетый в дорогой костюм. Он приветливо улыбнулся.

— Фамилия этого человека Ненашев, — представил его Хмель. — Он здесь за моими интересами наблюдает. Сам он местный и возглавляет здесь одну мою структуру.

Незнакомец кивнул головой Отари и снова улыбнулся. Тот ограничился сдержанным кивком.

— Садись, Витя, — пригласил Хмель гостя за стол. — Угощайся.

Ненашев сел и, взяв в руки нож и вилку, положил себе из жаровни антрекот. Есть он, однако, не спешил, ожидая, что скажет Хмель.

— Мы с Витей большие дела делаем, — неторопливо вещал Хмель. — Он у меня за поверенного. Мне бы хотелось, чтобы и ты, Отар, в случае чего, помог нам.

— Всегда рад помочь уважаемому человеку, — отозвался грузин.

— Суть наших дел заключается в том, что надо помыть бабки кое-какие. Для этого мне нужен отчасти твой банк. И тебе будет полезно, и нам. Ну, и вообще… Ты же тут теперь сила. Если вдруг какие проблемы, то к тебе обращаться надо.

— Хорошо, — согласился Отар. — Надеюсь, будем хорошо работать.

— Недавно мы с Витей уже провернули тут одну операцию, почти на десять лимонов новыми. Кстати, — он наклонился к Ненашеву, — что там зачисткой хвостов? Нашли того шкета?

— Нашли. На днях.

— Ну и?.

— С минуты на минуту жду звонка от Слепого.

— Не нравится мне все это, — резко сказал Хмель. — Там дел на три копейки, а они чикаются. Свяжись с ним сам и узнай, в чем дело.

Свою кличку Хмель получил за свои водянистые и почти всегда смеющиеся глазки, а также за то, что во время разговора на его лице блуждала полуулыбка. У собеседника создавалось впечатление, что он всегда слегка под хмельком.

Однако впечатление это было обманчиво. Хмель почти никогда не пьянел, и внешняя веселость была лишь ширмой скрывающей железный характер и злобную натуру. Хмель никогда не бросал дело, не доведя его до конца.

Из своих сорока пяти лет он семнадцать провел в тюрьме. Из них два года — за кражу и пятнадцать — за убийство. Во время отбытия второго срока его и короновали в «воры в законе».

При всем при этом Хмеля всегда тянуло в сферы деятельности, не связанные с чистым криминалом. Он занимался многим из того, чем промышляли его коллеги по криминальному миру — наркотики, торговля оружием, но особым расположением Хмеля пользовались сферы финансового обращения и банковской деятельности. Он любил хитроумные схемы финансовых махинаций. Отчасти это было связано с тем, что в молодости он учился на финансово-кредитном факультете экономического института, но не смог закончить его, так как попался на краже.

Это и определило всю его дальнейшую жизнь. В этом же городе с помощью Ненашева он организовал несколько подставных фирм, через которые прокачивал большие суммы денег. Такие фирмы у него были во многих городах.

— А что за структура, если не секрет? — спросил Отари у Хмеля.

Хмель, запив кусок мяса вином, с усмешкой ответил:

— Издательство.

— Издательство? — неподдельно удивился Отари. — Ты что, книжками торгуешь?

— А что? Книжками тоже…

— Уж не порнухой ли?

— Нет. Порнухой невыгодно. Она налогом облагается. А все остальное издаем.

Отари засмеялся.

В этот момент раздался звонок по сотовому телефону. Ненашев встал, вынул трубку и отошел в угол комнаты.

Разговор был коротким. Через минуту Ненашев сказал:

— Я все понял. Будь на связи.

И он снова подошел к столу. Хмель посмотрел на него. На сей раз в его взгляде не было и тени веселья.

— Ну?

— Дело сделано, — ответил Ненашев. — Но есть нюансы.

— Давай говори!

— «Кабанчика» пришили, но вместе с семьей. Но один из посланных людей пропал.

— Как пропал? Куда пропал? — нахмурился Хмель. — Не нравится мне все это. Ой, не нравится! Завтра до вечера я еще здесь. Все выясни досконально. Если надо, лети туда сам.

— Понял, — ответил Ненашев.

Хмель сидел еще некоторое время молча, пережевывая пищу.

— Да… — вдруг спохватился он, — ты знаешь, я тут навел кое-какие справки насчет Гиви.

Отар насторожился.

— По моим данным, несколько человек за последнее время переходили Гиви дорогу. Это закончилось для них плачевно. Они все отправились на тот свет. Можно предположить, что твой дядя приложил к этому свою руку. Так вот, до меня дошел слушок о том, что у Гиви в услужении, кроме ближайших друзей, которые вместе с ним и сгорели, был еще какой-то тайный стрелок, очень высокой квалификации. Он посылал его на самые сложные задания.

— Кто он? — быстро спросил Отар.

— Кабы я знал… Хотя поговаривают, что это был какой-то мальчишка.

— Малолетка, что ли?

— Точно не знаю… Но несомненно высокий профессионал. Дела, которые он проворачивал, ни Ваха ни Джумбер так исполнить не могли. Он появлялся настолько неожиданно, что большинство убитых им были застрелены в лицо, точнее в лоб. Все покойники получали по три пули в лоб. Единственным исключением был Крыса. Того пришили издалека, автоматом с оптическим прицелом — потом его менты нашли. В некоторых случаях менты обнаруживали следы обуви малого размера. На основании этого я и утверждаю, что это был или небольшой мужичонка или пацан. Второе более соответствует натуре Гиви. Он любил всякого рода изощренности.

— Ты думаешь, что Гиви ликвидировал этот мальчишка?

— Не знаю. Но факт, что после смерти Гиви он нигде себя не обнаружил. А среди сгоревших вместе с Гиви его нет. Может быть, он и порешил Гиви с его бригадой. Но то, что в доме Гиви орудовал профессионал — сомнений нет.

— Если дядю убил этот сосунок, — злобно проговорил Отар, — то я его из под земли достану.

— Но это уже твое дело, — ответил Хмель. — Я тебе информацию дал, а ты мозгуй.

Хмель поднялся и не спеша покинул ресторан. 

Глава десятая

Дорога до Сочи проехали спокойно. Лесков осторожно вел машину по опасной ночной трассе. Ольга, сидела на заднем сиденье и подумала про себя, что Ляля не потерял надежду, что его оставят в живых. Иначе бы он сам попытался свернуть в пропасть. А может быть, он просто не в силах подавить в себе инстинкт самосохранения и ему не хватает силы воли. Может быть, надеется на своих дружков.

А семье Липицких надеяться было не на кого, когда их на пустынной утренней трассе настигали бандиты.

Ольга снова подумала о погибших детях. Ей очень хотелось верить в то, что Бог смилостивился над ними и они не узнали о том ужасном конце, который им был уготован, встретив его во сне.

Картинка, выхваченная объективами телекамер местного телевидения, на которой были видны два обгорелых трупа на заднем сиденье «Москвича», до сих пор стояла у Ольги перед глазами.