Читаем без скачивания Наш десантный батальон. - Александр Тумаха

Пошли дальше. В Кабуле, около скотного двора, это ближе к аэродрому, Саша Козлов начал торговать. Как налетели на него афганцы:

- Афган баран, Афган баран!

- Узбек баран, только из Термеза, с аэропорта.

Это надо было видеть, мы покатываемся со смеху, все руками машут, кричат - восточный базар. Короче, продали. По ходу купили сахара, прибыли в "Теплый стан", оставили колонну, назад вернулись без происшествий.

Александр:

_"Водник", я "Калина" - ПРИЕМ._

Мой позывной был "Водник", позывные офицеров, согласно наставления СУВ (скрытого управления войсками), менялись периодически, нас начальник штаба бригады майор Масливец за это драл на каждой операции. Позывными занимался у нас Женя Сиваков - начальник связи батальона.

В дни ПХД (парко - хозяйственные) мы выезжали машины мыть сразу за мостом на Гардез. Справа и слева носами утыкались в воду как, на водопое, и драили технику от пыли и грязи, а наверх на сопки пулеметчиков выставляли для охраны.

В один из таких дней мой БТР N377 сорвался с ручника, плюхнулся в воду, и по течению поплыл к духам. В машине были я, Серега Ткаченко - водитель и Играев

- наводчик. Постепенно БТР набирал воду - люки все были открыты.

Через метров 300 мы сели на мель, я с Играевым начали нырять за своим оружием - достали. БТР затопило по пулеметы, я вплавь добрался до берега и к нашим, соединили лебедки в полиспаст с техником роты

Сашей Коняевым, и, с богом, вытащили БТР с ребятами. На сцепке притащили в батальон, за двое суток отчистили от ила, движки не загубили.

После этого я и получил позывной "Водник", а Серега Ткаченко с

Играевым, стали в роте "юнгами".

- полиспаст - При помощи лебедок, которые забиваются анкерами в землю, один крюк закрепляется на вытаскиваемой технике, а другой тянет лебедка. Можно вытащить любой груз, даже с помощью руки: на гражданке это называется система блоков, у нас - а, именно, военных технарей, ПОЛИСПАСТ. - Прим. автора.

Все населенные пункты были закодированы. Ну, вот один пример: до ущелья - все названия фруктов, а после - овощей. Ведем мы колонну, доклад комбату: голова ниточки в "арбузе", середина огибает "банан", хвост в "помидорах". Комбат слушает эту фигню, а потом сам как заорет "ЗАЕ…! Говори, где конкретно! Ты опять начинаешь… ", -

Ильченко мне: "Ты только до базы дойди, я тебе все помидоры на яблоне оборву!"

Или такая довольно типичная история:

Что такое аппаратура ЗАС и как на ней работать знает каждый.

Говорить надо внятно и очень медленно, чтобы слова разбирать, а если нет, то идет сплошное бульканье.

Мы в Кабуле на сопровождении, а в батальон бригадное начальство прилетело, что-то как обычно "накопали". И вот наш разговор с комбатом:

- "Водник", я "Калина" - ПРИЕМ.

- Я "Водник" - ПРИЕМ.

- Буль-буль, буль-буль, буль-буль, буль…. Я "Калина" - ПРИЕМ.

- Г-о-в-о-р-и м-е-д-л-е-н-н-е-е, В-а-с н-е п-о-н-я-л.

Я "Водник" - ПРИЕМ.

- Буль-буль, буль-буль, буль, буль, буль…. Я "Калина" - ПРИЕМ.

- Г-о-в-о-р-и м-е-д-л-е-н-н-е-е, В-а-с н-е п-о-н-я-л.

Я "Водник" - ПРИЕМ.

- П-р-и-й-д-е-ш-ь в б-а-т-а-л-ь-о-н я т-е-б-я в-ы-е-б-у-уууууу. Я "Калина" - ПРИЕМ.

- В-а-с п-о-н-я-л-ллл, я т-е-б-я в-ы-е-б-у-уууууу. Я

"Водник" - ПРИЕМ.

- Буль-буль, буль-буль, буль, буль, буль…. Н-Е Т-Ы

М-Е-Н-Я, А ЯЯЯЯ, я "Калина" - ПРИЕМ.

Но в переговоры по средствам связи и сама жизнь вносила свои коррективы, в уставные положения. Помню, после "разбора полетов" очередной вылазки, начальник штаба и говорит:

- Я Вас, ребята, очень прошу, побольше матов в эфире.

- …???

- "Духи" нас начали "пасти", в Гардезе "слухачей" поставили.

Они весь эфир прослушивают. А вот когда по связи отборный русский мат идет, не один дешифровщик мира не сможет разобрать нашу

"непереводимую игру слов".

Действительно, никогда на это внимания не обращаешь. Пока спокойно, все по уставу: позывные, порядок слов, доклады, а как только жаренный петух клюнет, все - тормоза сорвало, и понеслась душа… Только НАШ человек все это может понять.

Александр:

_2 АВГУСТА 1982 ГОДА. ДЕНЬ ВДВ._

В засаду ушла 8 рота во главе с командиром 3 взвода Кожиновым и, кажется, командиром 2 взвода Серегой Лещишиным.

В 4 утра долбанули караван, это буквально за мостом на Гардез было, налево километрах в двух с половиной. Засада получилась -

"классика", как в учебниках: "Огневой мешок", МОНки на путях отхода и т.д. Не подумав о последствиях, спустились за "результатами", и в этот момент попали под шквал огня (Кожинов погиб сразу). Бронегруппа под руководством Саши Борщука пошла на помощь, но его БМД из гранатомета подбили (у Сани ноги оторвало), остался только прапорщик

Вася Лебедь - техник роты, он взял командование ротой на себя, и попросил подмоги. Через минуту сорвалась наша рота, девятая осталась в резерве, она была в нарядах. Когда мы вылетели на помощь восьмерке, я впопыхах по тревоге в тапочках выскочил, так до вечера в них по верблюжьим колючкам и пробегал, потом занозы вытягивал.

До обеда добивали "духов", гоняли их по пустыне, не давая им зайти в

Бараки, помогали артиллерия и реактивщики. Потом при помощи агентуры стали ясны подробности. Саша Кожинов зацепил боковое охранение, а основная банда до 300 человек с оружием шла в километре левее, услышав бой, она втянулась в него, поэтому такие потери у нас были.

В тот день двое убитых (второй боец умер в госпитале) и семь раненных. Взяли много оружия и мин, после этого почти в каждом кубрике сделали из мин люстры.

Вообще, в батальоне при мне восьмая рота считалась засадной, Серега

Лещишин прошел сборы по проведению засад в Герате, а потом нам взводным передал опыт.

На реализацию данных мы выдвигались в пешем порядке или на броне, я с группой только пару раз выходил на вертушках. И как мы, командиры взводов, завидовали восьмерке, когда почти на каждый выход за ними вертушки приходили. ЗКР Саня Медведев с командиром второго взвода Серегой Лещишиным, а потом и командир первого взвода лейтенант Лобов (после выпуска из училища в 1982 году), ходили всегда по два офицера, перед выходом проверятся и отдыхают возле своей курилки до подхода бортов. Потом из ХАДа привозят наводчика местного, переодевают в расположении его в маскхалат, только глаза оставляли, чтобы никто не узнал.

Рассказ Сереги Лещишина:

"Взлетели, идем в направлении перевала Терра и забираем влево.

Ближе к границе "дух" засуетился, что-то вниз показывает, на дувалы пальцем в стекло тычет, я к командиру борта, говорю что какие-то проблемы. Вертолетчик, не долго думая, заходит на боевой, второй борт повторяет то же, отработали, "дух" успокоился.

На третьем зависании покинули борт, и в район дневки. Когда отдышались, заняли позиции, я спрашиваю у таджимона - переводчика (в каждой роте таджик был, у нас в 7-ке рядовой Норматов): "Что дух - то суетился?". После перевода вся группа полчаса закатывалась от смеха - он показал дом, где жил".

Александр:

УЧЕНИЯ _

В начале августа 1982 года к нам в батальон прибыл из Ташкента майор - проверяющий. Цель его командировки заключалась в проверке ограничения расхода боеприпасов при проведении операций, до этого нам на совещании зачитали директиву: "… в связи с необоснованным расходом боеприпасов, а также экономного их расхода при "проведении учений" в частях и соединениях ТуркВО ПРИКАЗЫВАЮ:

Для рот…

Для батальонов….

Для полков…

Для артиллерии… и так далее.

Хотя все нормы расхода по проведению стрельб и учений даны в наставлениях и директивах, но это в мирное время; поэтому для нас дико было слушать эту чепуху, которую состряпали в Союзе люди далекие от войны. Хотя, с точки зрения государства, Афган накладно сказывался на экономике страны, но это абсолютно не дело военных. А посему господа… извольте, вы меня сюда прислали, а я лучше лишнюю

"феньку" в РД положу, чем буду докладывать духам, что ограничен в средствах. Мы постоянно смеялись, когда читали очередной номер окружной газеты "Фрунзевец": "При проведении учений, рота подавила несколько вражеских точек противника, в результате захвачено…, такие-то представлены к гос. наградам. А вот и интервью с кавалером

…, Расскажите, пожалуйста, дорогой, как Вы добились таких замечательных результатов в боевой и политической подготовке…?".

Так вот. Утром вызывает нас с ротным комбат и приказывает в присутствии этого майора - вооруженца провести "спецоперацию" по оказанию интернациональной помощи соседнему кишлаку. Майора пошли готовить к "операции", а сам потом без него добавляет: "Детюк, надо сделать так, чтобы эти "чудаки" на большую букву "М", больше таких директив не спускали в войска".

Задача поставлена, надо выполнять, пошли готовиться к "цирку".

Посмотрев на нашего майора, я подумал, что Юрий Алексеевич Гагарин свободнее чувствовал себя в скафандре, чем наш "орел" в амуниции.