в разные стороны, и уже через минуту из подкопа выбрался первый хряк.
*Ви-и-и!*
Он радостно завизжал и со всех ног бросился на людей, что плотным полукольцом заблокировали единственный вход в деревню. Но даже до щитов ему добраться не удалось. Бедный свин тут же получил промеж рёбер несколько стрел и кубарем покатился по и без того пропитанной кровью земле.
— Второй ряд, помогайте первому! — крикнул Николай. — Будут таранить, не давайте упасть!
И действительно. Новичку устоять под напором хряков практически невозможно. Но зато, когда за спиной есть бывалый охотник с увеличенными характеристиками, с ног щитника сбить становится не так-то просто.
Один за другим кабаны начали пролезать во всё сильнее разрастающийся проход под воротами, и вскоре по щитам затарабанили удары разогнавшихся свиных туш.
Несколько новичков от ударов сразу начали падать, но стоящие сзади охотники тут же подхватили их и со всех сил упирались в землю. Остальные же тем временем превращали спины свиней в дуршлаг. Копья то и дело пронзали шкуры тварей, кровь разливалась по земле, превращая её в вязкое и скользкое месиво. Отчего людям с каждой секундой становилось всё сложнее стоять и удерживать равновесие.
Но даже так, щитники долгое время не делали и шага назад. Попросту не могли, ведь если спереди на них давили десятки и сотни хряков, то сзади со всех сил упирались охотники. При этом люди успевали утаскивать туши в тылы, чтобы они не мешали сражаться.
* * *
— Хм… — полноватый мужчина появился на металлической пластине и сразу присел, задумчиво оглядывая округу.
— Новичок? — к нему сразу подлетел здоровяк и стал внимательно вглядываться в лицо.
В его задачи входит переноска возрождённых сразу к алтарю, но опция эта доступна лишь людям из первой сотни. А так как в лицо запомнить всех ему не удалось, приходится носиться и спрашивать. Правда, уже оттащил уже несколько новичков, так как те после мучительной смерти отвечать на подобные вопросы попросту не могли.
— Я учёный, — задумчиво проговорил мужчина.
— Ух, б*я, — сразу отшатнулся носильщик и обратился к своему коллеге, что также спешил к новому возрождённому, — Забей, это этот… Один из психов!
— Эй! Ты куда? Одежду хоть возьми и оружие! — крикнул ему в спину второй, но «псих» не обращал внимания на происходящее вокруг. Он спокойно поднялся на ноги и побрёл в сторону дома, чтобы как можно скорее рассказать своим товарищам об ещё одном свойстве травы, которой его буквально недавно обмазали с ног до головы.
Лишь мельком он заметил новичков, что буквально недавно из последних сил обороняли аптечный прилавок. Пятеро мужчин и три женщины оживлённо обсуждали произошедшее, и как только они заметили исследователя, сразу начали махать ему руками.
— Это ты их убил? Как ты это сделал! Поделись! — заголосили они, но мужчина просто махнул им рукой, ускорив свой шаг.
Судя по тушкам кроликов, что лежат вокруг прилавка, яд сработал даже лучше, чем себе представляли исследователи.
— Я не почувствовал боль! — заявил он сразу, как ему открыли дверь, — Вообще ничего! Меня сожрали, я воскрес, и как заново родился, сплошное удовольствие!
— О! Ты вовремя! — сразу затащили его внутрь помещения другие учёные. — Давай, тяни соломинку!
А соломинок осталось всего две. И, судя по довольным лицам окружающих, все они уже успели вытянуть длинную.
— Какой хоть эксперимент на этот раз? — обречённым голосом проговорил только что воскрешённый мужчина, по обычаю вытягивая короткую соломинку, — Надеюсь, не придётся жрать отравленных кроликов?
— А это, кстати, мысль… — задумчиво проговорил главный, убирая обмазанную ядом плотную кожаную броню обратно, — Идите, принесите сюда пару тушек! А я пока огонь разведу…
* * *
— Держим строй! — зарычал Ярослав и навалился на спины своих товарищей.
Подкоп под воротами постепенно вырос в самый настоящий туннель, и теперь кабаны беспрепятственно на полной скорости забегали в деревню. Так что единственной преградой для них стала стена щитов.
Некоторые из них уже сплошь покрытые трещинами и скрипящие от натуги досками всё настойчивее обещали вот-вот превратиться в мелкую щепу. Но, так или иначе, люди с каждой минутой лишь усиливали напор, тесня тварей и медленно сужая кольцо. И так впустили слишком многих.
Но это было попросту необходимо. Как минимум для того, чтобы засевшие на стенах и крышах домов лучники могли спокойно выпускать свои запасы стрел прямо на головы врага. Не боясь попасть по своим же.
Время шло, а свиньи всё не кончались. После неудачной попытки проломить стену, они собрались у ворот со всей лужайки, и теперь плотным потоком отправлялись на убой сквозь широкий туннель. Толкались, мешали друг другу и постоянно получали в спину множество стрел.
— Назад! — Николай схватил охотника за ворот одежды и резким рывком отбросил его в сторону лекаря.
Сам он стоял в первых рядах, то и дело сокращая численность хряков. Практически каждый его удар так или иначе устранял одного врага. Либо рана оставалась слишком серьёзной, и свин попросту больше не мог атаковать либо умирал в считанные секунды.
Однако даже несмотря на то, что люди держались уверенно, не пропуская мимо себя ни одного противника внутрь поселения, не всё шло гладко.
Подлый бекон оказался ещё и кусачим. Если не удавалось повалить врага с разгона или достать его бивнями, кабаны пускали в ход зубы.
В основном они добирались до стоп или голеней, вцеплялись в них мёртвой хваткой и просто висели. Зубы у них не особо острые и длинные, но зато челюсти мощные, так что отцепить такую «прищепку» без серьёзных травм удаётся не всегда.
Но даже при наличии раненых и убитых люди постепенно сжимали кольцо. Павшие бойцы быстро возвращались, надевали свою броню, брали оружие и снова вступали в бой, отдохнувшие и с новыми силами.
— Птицы! — послышался голос с башни. И каждый в нём явно услышал нотки паники. — Совы! Или хрен знает что!
Это был последний выкрик часового. Николай успел увидеть лишь как сразу несколько довольно крупных птиц облепили бедолагу и стали терзать его на части, впившись когтями и орудуя загнутым острым клювом.
Парень уже бывалый, хоть и новичок. Он взял в охапку несколько птиц и сиганул вниз, тем самым раздавив своих истязателей в лепёшку. Ну и себя, конечно. Но, если смерть неминуема, лучше уж так.
— Ярослав! Несколько бойцов к лучникам! — крикнул парень,
