И. Рассказы проезжего Павла Небольсина, СПб., 1854, с. 63.]
Памятник на могиле архитектора О. И. Бове
Генерал-майор граф М. А. Дмитриев-Мамонов (с миниатюры начала XIX в.)
Дом князя Н: С. Гагарина, построен архитектором О. И. Бове
План участка с каменными палатами (18а) и домом, построенным О. И. Бове (18в) в 1833 г.
Фасад дома О. И. Бове, 1833 г. В перестроенном виде сохранился под № 8 по улице Москвина
Михаил Иванович Калинин
Заслуженная артистка РСФСР Ольга Яковлевна Леонтьева
Народная артистка РСФСР Вера Александровна Давыдова
Заслуженный деятель искусств РСФСР
Александр Иванович Радунский
Народный артист РСФСР дирижер Василий Васильевич Небольсин
Народный артист СССР Сергей Яковлевич Лемешев
Георгий Михайлович Нэлепп в роли Самозванца из оперы «Борис Годунов» (с рис. Н. А. Соколова)
Разговор был окончен, Павел Небольсин не решился попросить мецената о материальной поддержке, а больной богач не догадался ее предложить.
В 1855 году П. В. Голубков скончался. Личные бумаги его исчезли бесследно, коллекция рассыпалась по разным рукам. К счастью, кое-что попало в музеи. К примеру, редкий рукописный экземпляр «Путешествия из Петербурга в Москву» из собрания Голубкова теперь находится в Пушкинском Доме. О судьбе этой рукописи очень интересно рассказал писатель Г. Шторм в своей книге «Потаенный Радищев».
После смерти П. В. Голубкова дом на короткое время перешел в руки некой П. И. Кушакевич. В конце 50-х годов его владелицей становится М. Б. Спиридонова.
Мария Богдановна была женой коммерции советника грека Владимира Христофоровича Спиридонова, человека весьма состоятельного. В 1878 - 1880 годах он пожертвовал значительную сумму на перестройку церкви Григория Богослова, а десятью годами ранее Спиридоновы задумали грандиозный ремонт особняка.
Сохранился план владения от 1868 года, выданный Строительным отделением Московского губернского правления потомственной почетной гражданке Марье Богдановне Спиридоновой [4]. Звание «почетный гражданин» в то время давалось за заслуги и выслугу лет купцам, военным и гражданским чиновникам, не выслужившим ни потомственного, ни личного дворянства.
[4 Историко-архитектурный архив ГлавАПУ г. Москвы. Тверская часть, д. 436, л. 7.]
Итак, в 1868 году владелица хотела перестроить дом. На плане изображен третий, антресольный этаж. Очевидно, в силу каких-то причин проект остался неосуществленным, потому что на следующем плане, датированном 1880 годом, дом снова упоминается как двухэтажный, но уже с мезонином и подвалом. По-видимому где-то между 1868 и 1880 годами особняк получил знакомый и привычный нам облик.
Проходит 17 лет, и Спиридонова вновь подает прошение в Московскую городскую управу о разрешении «произвести внутреннее исправление стен с проборкою трещин и подводкою части фундаментов, переложить некоторые печи и сделать мелочные исправления» [1].
[1 Историко-архитектурный архив ГлавАПУ г. Москвы. Тверская часть, д. 436, л. 7.]
Через год понадобилось устроить новый накат с укладкой новых балок над вторым этажом, заново оштукатурить потолки и стены. Следует сказать, что, когда бы М. Б. Спиридонова ни обращалась в управу за разрешением произвести строительные или ремонтные работы в своем владении, она всегда получала на то право, но всегда отмечалось, что «деревянные лестницы в доме и все деревянные строения существуют несогласно с правилами о постройках» [2].
[2 Там же, л. 8.]
Вести дела Спиридонова поручала управляющему домом А. Т. Рогову. По всей вероятности, он вел их с помощью капиталов домовладелицы неплохо, коль на постоянное нарушение строительных правил управа смотрела сквозь пальцы и не принимала никаких мер к нарушителям.
Марья Богдановна и ее муж являлись пожизненными попечителями основанных ими Спиридоновской богадельни, убежища и дома Братолюбивого общества [3]. В эти годы было модным заниматься благотворительностью. «…Везде заводят приюты, школы, пансионы, - писала О. А. Смирнова в письме к Н. В. Гоголю. - Это считается почти доказательством добродетели и доблестей гражданских» [1].
[3 Адрес-календарь на 1882 год, с. 760.]
[1 Русская старина, 1890, № 6, с. 641.]
Разумеется, организация благотворительных заведений, где бедняки и больные могли получить кров и скудную пищу, не решала проблемы. Нищих, сирот и убогих было значительно больше, чем могли принять приюты и богадельни.
После смерти супругов Спиридоновых благотворительностью занималась их дочь М. В. Сокол. Дом в Богословском переулке на два года оказался в руках купца Е. П. Чихачева. Но в 1900 году М. В. Сокол возвращает родительский дом. Тогда же она, будучи уже вдовой генерал-майора Ивана Яковлевича Сокола, подает прошение на возведение на углу Богословского переулка и владения Ляпиных (здесь некогда проходил Трубецкой переулок) каменного строения. Одновременно ей был выдан новый план участка [2]. На нем обозначено 16 строений. Среди них старинный двухэтажный жилой каменный дом с антресолями и «металлическим подъездом», деревянный колодец, бассейн, навозница рядом с оранжереей, мусорница, каретный сарай. Своим обликом дом привлекал внимание москвичей. А прохожих начиная с 1885 года, когда стали даваться спектакли в новом частном театре, основанном Ф. А. Коршем, было много.
[2 Историко-архитектурный архив ГлавАПУ г. Москвы. Тверская часть, д. 436, л. 11.]
На этом заканчивается дореволюционная история дома.
В СОВЕТСКИЕ ГОДЫ
В первые годы после революции дом Сокол давал приют семьям трудящихся Москвы. В 1925 году в особняк переехали служащие Всероссийского комитета помощи больным и раненым красноармейцам и инвалидам, известного больше под сокращенным названием Всерокомпом.
Комитет возник в годы гражданской войны. Уже в середине 1920 года в РСФСР (включая Украину, Кавказ и Белоруссию) было создано 154 Компома. С окончанием войны их количество несколько сократилось. Всерокомпом объединял и возглавлял деятельность этих комитетов. Его председателем с 1925 года был Михаил Иванович Калинин.
При Всерокомпоме имелись свои производственные предприятия: типография, переплетная, картонажная, починочно-мешочная и другие мастерские, подмосковный совхоз «Архангельское», где трудились инвалиды войны.
Сюда, в дом № 6, приходили, приезжали и писали письма бывшие красноармейцы: одним были необходимы протезы, другим - санаторное лечение или врачебная помощь, третьим - материальная поддержка. И они ее здесь находили.
Некоторое время в доме находились
