Вот почему Карлос – как и многие из нас – испытывает повышенную чувствительность, если не сказать отчаянное неприятие, к занятиям, в которых он не может применить свои сильные стороны. И нам всем стоило бы. Иначе мы опустимся до уровня заурядности, на котором не сможем совершенствовать себя или свою компанию.
Но угроза, нависшая над Карлосом, еще страшнее. Люди, выдающиеся в определенных областях, часто не знакомы с источником своей исключительности. Им кажется, это нечто непостижимое. И потому они испытывают страх: чудо эфемерно, стоит отвлечься – и волшебство рассеется. И их опасение небеспочвенно.
Но вот что интересно: несмотря на то что мы боимся покинуть свою зону наилучшего восприятия – и покидать ее действительно совсем непродуктивно, – большинство из нас все же проводит массу времени вне ее. Более 42 000 людей прошли тест на отвлекающие факторы на сайте www.peterbregman.com и 73 процента частично или полностью согласились, что проводят недостаточно времени за работой в зоне наилучшего восприятия, что не занимаются тем, в чем хороши и что доставляет им радость. Вот она, массовая растрата времени и талантов.
У вас есть дар, который делает вас особенным. Если вы отвлекаетесь на что-то постороннее – пусть даже об этом просит ваш босс, – вам и ему придется об этом пожалеть.
Так как избежать отвлекающих факторов? Существует два способа.
1. Признайте, что именно делает вас особенным.
Тайм-менеджмент касается в первую очередь не разумного расходования своего времени, а разумного расходования своего потенциала. А значит, большую часть времени нужно проводить в зоне наилучшего восприятия, которая находится на пересечении преимуществ, слабостей, отличительных особенностей и увлечений. У Карлоса есть фора: ему известно, в чем его уникальность. У вас, вероятно, тоже есть такое знание, признаете вы это публично или нет. Удивительно, но на инстинктивном уровне мы стесняемся своих сильных сторон. Подчеркивание своих преимуществ кажется нам высокомерием, признание слабостей – уязвимостью, выделение из толпы – риском, а сосредоточенность на своих увлечениях – самопотаканием. Но если вы будете стесняться своей исключительности, это не принесет пользы ни вам, ни окружающим. Поэтому четко обрисуйте свою зону наилучшего восприятия и войдите в нее.
2. Отстаивайте свое время.
Карлосу важно знать, что большую часть времени он задействует небольшой набор своих исключительных способностей, – то же самое имеет значение и для вас. К сожалению, как показал тест на отвлекающие факторы, такое случается редко. Высокопродуктивные люди сохраняют концентрацию. Может казаться, будто руководители, в ведении которых находится широкий спектр задач, должны отлично справляться со многими функциями и преуспевать во многих сферах. Но это не так. В основном своими успехами они обязаны тому, что хорошо выполняют узкий круг задач, а наиболее выдающиеся из них просто справляются со своими задачами исключительно хорошо.
Когда Карлос попросил моего совета, я предложил ему делать все возможное, чтобы перестать заниматься делами, которые уводят его из зоны наилучшего восприятия.
«Способность видеть возможности, которые принесут крупную выгоду или дадут стратегическое преимущество, – твой фирменный знак, – напомнил я ему. – Именно она делает тебя столь видной фигурой в твоем бизнесе. Проекты, которые уводят тебя из зоны наилучшего восприятия, могут быть или не быть потерей времени в целом, но они определенно становятся потерей твоего времени».
Если вы замечаете, что тратите много времени на работу, с которой вы не слишком хорошо справляетесь и которая не приносит вам радости, сделайте паузу и сместите фокус на свою зону наилучшего восприятия. Направляйте свою энергию в ту область, где вы лучше всего сможете проявить себя.
16
Порог Хаус Рок
Готовьтесь к худшему
Через несколько часов после начала сплава по Большому каньону, в первый день нашего путешествия, мы подобрались к первому внушительному речному порогу – Хаус Рок. Мы пришвартовались, вылезли из лодок – нас было пятнадцать байдарочников плюс три сопровождающих рафта – и осмотрели порог с правого берега.
В тот момент я не чувствовал себя счастливым путешественником. Это была самая большая река, по какой мне приходилось сплавляться, и в ней даже маленькие пороги – подобные тем, какие обычно я преодолевал играючи, – нагоняли страх. Я чувствовал себя не в своей тарелке: встревоженным, неуверенным, испуганным.
Я вызвался плыть первым – больше потому, что хотел скорее с этим покончить. Пока другие байдарочники наблюдали с суши, я забрался в свою лодку. Руки дрожали, и мне понадобилось несколько попыток, чтобы расправить вокруг себя брызгозащитную юбку.
Пока я осторожно двигался в сторону порога, кровь гнала по телу адреналин. Добравшись до вспененной воды, я сосредоточился. Находясь примерно в девяти метрах выше по течению от большого порога, я начал грести изо всех сил, делая короткие взмахи веслом. Шесть метров. Три метра.
Бам!
Стоячая волна – как минимум в два раза превышающая мой рост – обрушилась на меня, придавив к корме лодки. Размер волны испугал меня – она была гораздо больше, чем казалось с суши.
Вода ударила с такой невероятной силой, что байдарка перевернулась – не на бок, а через себя, носом назад. В мгновение ока я оказался под водой вверх ногами. Не успел я и подумать о том, чтобы сделать эскимо-ролл[14], как течение выдернуло меня из лодки и потащило вглубь. Мне не удалось даже как следует вдохнуть. Я пытался вынырнуть на поверхность, но не был уверен, с какой она стороны.
Наконец примерно через 4,5 метра вниз по течению река выплюнула меня. Не успел я заглотнуть воздух, как большой бородач, сопровождавший нас, схватил меня за спасательный жилет и затащил на свой рафт.
«Добро пожаловать в Каньон», – сказал он и рассмеялся. Я изо всех сил постарался улыбнуться в ответ.
Мой провал стал неожиданностью. Но то, что случилось дальше, оказалось еще большей неожиданностью.
Вернувшись в свою байдарку, я думал, что буду еще более нервным, нерешительным и скованным, чем до инцидента. Но вышло ровно наоборот. Я чувствовал себя спокойным, уверенным и расслабленным. Я сделал несколько эскимо-роллов просто для удовольствия. Никакого адреналина. Никакой дрожи. Невероятная перемена. Страх и сомнения испарились. Я чувствовал себя другим человеком.
Неудача подарила мне облегчение.
Прежде чем волна разбила меня, я с ужасом ждал, что это произойдет. Зато после уже не боялся. Как только я потерпел неудачу – не просто допустил оплошность, а пережил подлинный провал, – я уже знал, что могу справиться и с другими трудностями, поджидающими меня на реке. В действительности я не просто знал, что смогу, я чувствовал это.
Люди много говорят о том, что нужно визуализировать успех, представляя, как в определенной ситуации ты говоришь правильные слова и предпринимаешь правильные действия. Этот подход имеет право на жизнь. Но я хочу предложить вам альтернативу.
Попробуйте визуализировать провал.
Если вам нужно начать трудный разговор, закройте глаза и вообразите, что дело идет хуже некуда. Представьте, что вы говорите совсем не то. Постарайтесь увидеть внутренним взором недружелюбное поведение оппонента. Наблюдайте за тем, как все идет наперекосяк. Не просто думайте об этом, постарайтесь это прочувствовать. Ощутите, как по венам течет адреналин. Сосредоточьтесь на биении сердца. Испытайте разочарование.
Хорошо. Теперь откройте глаза и скажите себе, что вы только что прошли через худшее. С большой долей вероятности разговор окажется не таким ужасным, как в вашем воображении. А если и окажется, то вы уже все прочувствовали. И знаете что? Вы выдержали. Дальше будет легче.
Вот почему визуализация неудачи так полезна для перфекционистов, которым часто трудно взяться за какое-то дело. Единожды пережив в воображении провал, хуже которого и быть не может, почему бы не попробовать? Такой подход опускает планку ожиданий и нивелирует силу провала.
А еще он позволяет вам вступить в диалог со своим страхом неудачи. Мермер Блэйксли прекрасно раскрывает эту тему в своей книге A Conversation with Fear («Разговор со страхом»). Просто избавиться от того, что вас пугает, невозможно – да это и не нужно. Но если найти со своим страхом общий язык, то можно увидеть пугающую вас ситуацию такой, какая она есть в действительности, – а она редко оказывается настолько ужасающей, насколько вы ее представляли.
Еще одно преимущество визуализации страха: вы автоматически учитесь, чего не стоит делать и говорить, что предпринимать, если дела идут плохо, как держаться при развитии наихудшего сценария и не терять при этом контроль.
