Читаем без скачивания Рождественский мешок - Кевин Алан Милн

Катрина радостно кивнула.

– Ну а теперь, – продолжила сиделка с фальшивой улыбкой, – вернемся к репетиции.

И, что удивительно, все стали репетировать дальше, словно ничего не случилось. Катрина присоединилась к хору ангелов, и все остальное было забыто.

Я сидел и смотрел, как они репетируют, до самого вечера. Это оказалось интереснее, чем я думал. Особенно было весело, когда невысокий рыжеволосый мальчишка с яркими веснушками, исполнявший роль хозяина гостиницы, споткнулся о свой костыль, когда пытался на ходу читать реплику, и упал на маленькую девочку-овечку, сидевшую в яслях. К счастью, никто не ушибся. Но та девочка ела сэндвич, ожидая своей очереди, и когда на нее упал рыжий мальчишка, сэндвич полетел в сторону Марии с Иосифом, которые в это время благоговейно склонились над яслями, где лежала кукла, изображавшая новорожденного Иисуса. Намазанный горчицей хлеб угодил Иосифу в физиономию, откуда упал к его ногам. А сочная пластина окорока и еще один кусок хлеба шлепнулись прямо на куклу в середину яслей.

Аарон, дожевывающий оболочку корндога, заглянул в сценарий.

– И когда Мария с Иосифом склонились над младенцем в пеленах, – проговорил он нарочитым басом, – они увидели, что он голоден, и дали ему хлеба и мяса.

Все засмеялись. Вернее, все, кроме сиделки Уимбл.

Глава 9

Да… Санта-Клаус не выдумка… Слава Богу! Он живет и будет жить во веки веков. Через десять тысяч лет… не-е, через десять раз по десять тысяч лет он будет радовать детские сердца.

Когда до Рождества осталась неделя, почти все свободное время в детской больнице уходило на репетиции к рождественскому представлению. Во всяком случае, у Катрины, Мадху и Аарона, которым посчастливилось стать его участниками. А мне приходилось искать другие занятия, чтобы скоротать время, потому что, едва репетиция начиналась, сиделка Уимбл бесцеремонно выпроваживала меня за дверь.

– Извини, Мо, – говорила она, – но нам еще рано пускать зрителей, к тому же твое присутствие будет отвлекать актеров.

Мне было грустно, что я не могу быть рядом с друзьями. Но дело было не только в друзьях. Несколько раз я ловил на себе взгляд Линн, когда она думала, что я этого не замечаю. И я был готов сидеть на всех репетициях ради того, чтобы хоть изредка встретиться взглядом с красивой и умной девочкой, которая так храбро выступила против сиделки Уимбл в защиту рождественских принципов милосердия и добра.

В отсутствие моей обычной когорты я много общался в те дни с ребятами, которые, как и я, по той ли иной причине не участвовали в представлении. Одним из них был Тимоти.

Вечером 22 декабря я ненадолго заглянул к нему в палату. Дверь была распахнута, Тим сидел на койке и смотрел по телевизору специальную программу рождественских мультиков.

– Привет, Тим, – сказал я. – Можно войти?

– Конечно! Как дела сегодня у помощника Санты?

– Вроде неплохо.

Тут на экране появилась реклама нашего любимого пневматического автомобиля, зазвучала привычная песенка, и мы с Тимом стали подпевать.

– Ты по-прежнему хочешь получить эту машину на Рождество? – с восторгом спросил он, когда реклама закончилась.

– Угу, пожалуй, – отозвался я.

На самом деле, с тех пор как я стал навещать больных детей, я редко вспоминал о пневматическом автомобиле. Меня настолько занимали другие заботы, что я почти забыл о своей рождественской мечте. Я даже забыл про тот необыкновенный, но пока еще неизвестный подарок, который обещал мне доктор Рингл за мою помощь.

– Знаешь что? Когда ты увидишь снова Санта-Клауса, скажи ему, что я все-таки хочу этот автомобиль. Мне интересно посмотреть, быстро ли он промчится по полу в кафетерии!

– Ты хочешь сказать, когда я снова увижу доктора Рингла? – поправил я его.

– Да, доктора Рингла – или Санту. Это ведь одно и то же, Молар. Ведь я уже говорил тебе, что доктор Рингл – это Санта-Клаус; он настоящий Крис Крингл, я это чувствую.

– Тим, – осторожно сказал я, – во-первых, его зовут Кристофер К. Рингл, а не Крис Крингл. И я даже не уверен, верю ли я в Санта-Клауса. Но если бы даже Санта был реальной персоной, как ты можешь доказать, что доктор Рингл – это он? Ведь доктор, с его профессией и инвалидным креслом, не очень похож на Санту.

– Это он, клянусь тебе. У меня нет никаких доказательств, но я могу поспорить, что мы их найдем, если хорошенько поищем. Как ты считаешь?

– Ты хочешь доказать, что он Санта-Клаус? Ты будешь искать подтверждение и все такое? Шпионить за доктором Ринглом?

– Ну да, шпионить, можешь назвать это так. Нам надо выяснить точно, куда он уезжает каждый год, что он там делает, и вообще, все прочее. Пожалуй, нам надо попасть в его кабинет на втором этаже и поискать там улики.

– Не знаю, Тим… Мы можем получить кучу неприятностей.

Хотя эти предостережения прозвучали с помощью моих голосовых связок и вылетели из моего рта, я уже прекрасно знал, что соглашусь на план Тима. Я любил что-нибудь разведывать, расследовать – и даже считал, что у меня это хорошо получается. Да и влипать в неприятности – дело для меня привычное.

Я улыбнулся Тиму.

– Но это, пожалуй, будет интересно!

– Круто! – воскликнул он и спрыгнул с постели. – Ты не пожалеешь. Вот увидишь, он настоящий Санта-Клаус!

Я очень сомневался, что из нашего расследования что-нибудь выйдет, но надеялся, что мы хотя бы развлечемся всем этим. Первым делом мы пошли в ординаторскую, где сиделка Дойл заменяла сиделку Краутон, которая помогала сиделке Уимбл на репетиции. Сиделка Дойл встретила нас доброй улыбкой.

– Привет, – сказала она. – Чем могу я быть сегодня полезна двум юным джентльменам?

– Вообще-то, мы… хм… хотим… то есть нам нужен код от шкафчика доктора Рингла, который в раздевалке, – кротко попросил я. – Я один из его… хм-м-м… эльфов. Он оставил там для меня кое-какие вещи, чтобы я раздал детям, и назвал свой код, но я потерял его. А у вас есть? Код… – Я не люблю врать, но разве не ясно, что она никогда не дала бы нам кода, скажи я ей, что мы задумали.

– Это правда? – недоверчиво спросила она.

– Да, да, – подтвердил Тим. – Он говорит правду. Абсолютную правду.

Теперь солгал и Тим, но это, кажется, сработало.

– Ладно. Его код есть тут в папке, – сказала она, открывая шкафчик. – Так я бы вам его не дала, но раз доктора нет в городе, то ладно. Я уверена, что шкафчик пустой. Вот, берите. Но если кто спросит, меня не выдавайте. Хорошо?

– Отлично! – воскликнул я и взял у нее код.

Спустившись вниз, на первый этаж, мы подошли к большому шкафу доктора Рингла. Он стоял рядом с двумя другими, поменьше, где хранились костюмы эльфов в тот вечер, когда мы впервые пришли в больницу. Я называл цифры, а Тимоти набирал их на дверце.

Клик. Шкаф открылся без всяких проблем. К нашему удивлению, он вовсе не был пустым, как думала сиделка Дойл. В нем лежали сотни, если не тысячи писем с адресом: «Санта-Клаусу. Северный полюс». Когда мы открыли дверцу, они посыпались на пол.

– Ты только погляди! – воскликнул Тимоти. – По-моему, мы уже нашли одно доказательство. Ведь тут лежат письма со всей страны. Зачем письма Санты стали бы приходить к доктору Ринглу, если он не настоящий Санта-Клаус?

– Не знаю, Тим. Я согласен, что все очень странно. Но все равно это ничего не доказывает. Давай поищем другие доказательства.

Второй нашей целью был кабинет доктора Рингла на втором этаже. Когда мы пришли к нему, дверь была заперта. Тим отчаянно дергал ее, крутил ручку, но все напрасно.

– Эй вы! Чего вы тама делаете, пацаны?

Мы испуганно повернулись. Все пропало. Нас застукали. К нам шел уборщик. Он появился из туалетной комнаты, где наводил порядок, и увидел, как мы возимся возле кабинета доктора.

– Ничего не делаем, – солгал я во второй раз за этот вечер. – Мы просто искали нашего друга.

– Неужели? Это вы-то ниче не делаете? Вы шо, за идиота меня держите? – Мужчина присел на корточки и посмотрел мне в глаза. Его лицо показалось мне знакомым.

– А я вас знаю? – спросил я.

– Извини, пацан, – ответил он, взъерошив мне волосы. – Не могу сказать, шо мы гдей-то виделись. А теперь, пацаны, сыпьте отседова, шоб не было неприятностей. А мне надо делать мои важные дела. – Он махнул рукой на свою тележку с моющими принадлежностями.

Тут я вспомнил. Мы с ним все-таки встречались.

– Вы эльф из молла! Вы раздавали красные бумажки людям, стоявшим в очереди. Вы из Нью-Йорка, правильно?

– Точно! Ты запомнил мою грубую морду.

– Ваше лицо? Нет, без костюма эльфа вы выглядите по-другому. Но я запомнил, как вы смешно говорите.

Засмеявшись, он выпрямился.

– Так шо вы, пацаны, делаете тут в больнице? Вы ведь не больные, да?

– Я больной, – весело сообщил Тимоти. – Меня зовут Тим, и у меня рак. А это Мо. Он тоже эльф, как и вы. Он помогал Санта-Клаусу тут, в больнице.