— После Ватерлоо его везде чествуют как героя! Я имею честь быть с ним хорошо знакомой. И, честно говоря, тоже им восхищаюсь.
— Несмотря на его любовь к женщинам?
— Женщина может заставить делать глупости любого мужчину. Даже лучшего из лучших. А у герцога Веллингтона прекрасный пол — слабое место!
— Тогда мне жаль его жену.
— И мне тоже. Но она оказалась совершенно неподготовленной к тому положению, которое сегодня занимает ее супруг. Он женился будучи еще очень молодым. И ошибся: брак оказался несчастливым.
— Но все же герцог женат. И флирт, который он себе позволяет непростителен для человека с его именем.
— Это дело совести, дорогая. Я знаю только, что он в высшей степени приятный человек.
Клер почувствовала, что пора переменить тему, и украдкой принялась наблюдать за Веллингтоном. Герцог тем временем начал обходить зал под руку с какой-то интересной брюнеткой.
— Это мадам Грассини, — пробормотала себе под нос госпожа д'Арбле, — бывшая любовница императора. Сейчас пользуется расположением герцога.
— А вон ту даму я знаю! — воскликнула Клер.
— Какую?
— Ту, которая сейчас претендует на право взять герцога под руку с другой стороны. Это Фрэнсис, леди Шелли. Я не видела ее целую вечность!
— Уверяю вас, дорогая, она ненамного отстала от той брюнетки. Совсем недавно Веллингтон оказывал ей исключительное внимание.
— А где же другая Фрэнсис? Я имею в виду леди Уэбстер?
— В уединении. Вот-вот должна родить.
Между тем герцог Веллингтон подошел к ним и представил обеим дамам, державшим его под руки:
— Мадам д'Арбле, вы великолепно выглядите! А это мисс Глостер. Наконец-то мы имеем удовольствие видеть и вас на светских раутах! Вы сегодня очаровательны! Даже просто смотреть на вас — это уже счастье!
Клер изобразила на лице ослепительную улыбку, которая относилась, правда, не к лишенным даже намека на тонкость комплиментам Веллингтона, а к нему самому — герою Ватерлоо. Оставалось только сделать реверанс и отпустить герцога продолжать обход зала. Но в этот момент Клер поймала строгий, даже предостерегающий взгляд стоявшего за спиной Веллингтона лорда Стилтона. Что мог означать этот взгляд? Может быть, лорд думал, что она поддалась очарованию героя-победителя и поэтому с таким восхищением смотрит на герцога? Но что бы там ни было, кто дал ему право бросать на нее подобные взгляды? Похоже, пора преподать урок этому высокопоставленному дипломату!
Клер вновь взглянула в лицо Веллингтону. Он все еще стоял напротив и улыбался. Все дальнейшее произошло мгновенно. Девушка сделала полшага вперед и громко, на весь зал, сказала:
— Мой герцог! Позвольте отдать должное вашему искусству полководца-победителя. Для этого у женщины есть только одно средство — поцелуй…
4
Клер чуть привстала на цыпочки и расцеловала герцога в обе щеки. Веллингтон же, нимало не смутившись, засмеялся своим обычным, похожим на лошадиное ржанье, смехом и сказал:
— Должен признаться, мисс Глостер, что вы не первая поздравляете меня столь очаровательным образом.
— Ваша светлость! — ответила Клер, вновь склоняясь в реверансе и всем сердцем жалея, что позволила себе отомстить лорду Стилтону таким способом. — Мы все благодарим Бога за то, что объединенное командование союзных армий потребовало отречения Наполеона, отказавшись взамен от штурма Парижа. Это спасло город.
— Я тоже счастлив, что удалось избежать уличных боев, — вновь улыбнулся Веллингтон.
Мадам д'Арбле, так и не понявшая поступка Клер, все же заметила смущение девушки и вмешалась в разговор:
— Ваша светлость, мы, бывшие здесь в те дни и живущие сейчас, не имеем никаких претензий к английским солдатам. Нам бы очень хотелось, чтобы воины других союзных армий, оккупировавших Париж, вели себя более достойно. Сплошь и рядом они вытаптывают поля в предместьях города и грабят дома парижан, которым повезло меньше, чем нам.
Герцог сдвинул брови и сразу помрачнел:
— Блюхер — опытный боевой генерал. Но, похоже, он не в силах остановить мародерство. Вы с ним еще не говорили? Он здесь.
И Веллингтон указал на старого человека с длинными пышными усами, хохотавшего над какой-то шуткой одного из собравшихся вокруг него военных.
— Пойдемте, я вас ему представлю, — предложил герцог.
Клер трудно было отказаться. Но она успела обвести взглядом зал и заметить, что лорд Генри куда-то исчез…
Между тем на Стилтона сцена с поцелуем подействовала куда сильнее, чем он ожидал. Казалось бы, что особенного произошло? Клер была знакома с Веллингтоном и, естественно, имела полное право разговаривать с ним в дружеском тоне. Более того, она просто обязана была поздравить герцога с победой. Иначе ее бы осудили. Тогда что же так взволновало его, Стилтона? Реакция девушки на его осуждающий взгляд, выразившаяся в совершенно экстраординарной выходке?
Лорд Генри видел, что Клер стоит в центре зала в кругу приближенных Веллингтона. Это ему решительно не нравилось: девушка могла стать мишенью для грязных сплетен и сама давала для этого повод. Пока еще все можно было исправить, тактично покинув герцога и его окружение. Но она, похоже, отнюдь не собиралась этого делать.
Стилтон извинился перед своими собеседниками и стал пробираться туда, где стояла Клер.
Позднее Клер пыталась понять, каким образом лорду Генри удалось так искусно увести ее от героя Ватерлоо сначала вглубь зала, а затем и вовсе в другую гостиную. Девушка помнила только его чуть смущенную улыбку и голос над ухом:
— Пойдемте, мисс Глостер! Я хочу вам кое-что показать.
Неожиданно для себя самой она подчинилась. В гостиной не было той суеты и волнения, которые кипели в соседнем зале. Гости здесь прогуливались не спеша, тихо разговаривая друг с другом. Бесшумно скользили лакеи с подносами. И Клер почувствовала, как это спокойствие начинает передаваться ей.
— Итак, милорд, — сказала она очень мягко, — что же вы хотели мне показать?
— Бальный зал. — И лорд, чуть тронув девушку за локоть, показал в сторону широко распахнутых двухстворчатых дверей. — Только посмотрите, как он красив! Как, впрочем, и многие другие помещения: ведь раньше это был дворец. Думаю, вас заинтересует и библиотека.
— Вы намерены стать моим гидом? Я крайне польщена такой честью.
— Позвольте предложить вам руку?
— Спасибо, милорд.
Они переходили из комнаты в комнату, и о каждой у Стилтона было что рассказать. Клер восхищалась интерьерами, мебелью, дорогой посудой. Но более всего — обширными познаниями своего добровольного экскурсовода и его ненавязчивой, дружеской манерой общения. Постепенно они дошли до библиотеки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
