Читаем без скачивания Пустошь (ЛП) - Гудкайнд Терри

Вся потрескивающая вокруг сила принадлежала ему и была порождением его дара. Он создал ее и управлял ею. Сила была в его распоряжении, была продолжением его ярости.

В этот миг, когда кружащийся туман цветов и вспышек света, поднимавшихся из его души, достиг пика, Ричард дал волю своему гневу.

Воздух между ним и созданиями исказился, сжимаясь в бесконечно малую точку. По всему дворцу — через все открытые окна и двери, через дворики без крыш — врывался воздух, чтобы заполнить пустоту на балконе, созданную внезапным сжатием. Воздух высосало из легких окружавших его людей, возле их носов и ртов тут же образовались кристаллики льда. Их глаза выпучились от неожиданной разницы в давлении.

Ричард наклонился вперед и вытянул руки, проецируя и направляя свой дар через ладони, подталкивая созданную им точку к врагу. Точка переместилась в гущу Гли, которые беспомощно повисли в застывшем мгновении. Вблизи от фокальной точки давления грудные клетки врагов взрывались из-за стремительно выходящего воздуха, пытавшегося заполнить вакуум возле точки сжатия. У некоторых полопались глаза.

Ричард толкал точку сжатия через толпу, чтобы поместить ее точно в центр массы врагов. Ткани, оказывавшиеся в опасной близости от средоточия давления, испарялись. Со своей позиции Ричард видел дыру, туннелем проходившую через существ и, к сожалению, солдат. Точка сжатия пробивала плоть, кости и сталь, пока Ричард толкал ее на нужную позицию. Плоть вокруг испаряющихся тканей рассыпалась и устремлялась к точке.

Но прошла лишь первая бесконечно малая частичка времени, прежде чем он высвободил тепло и энергию, извлеченные из воздуха и сжатые в одну точку.

Ричард, который был источником этой силы, ее прародителем, создателем и повелителем, отдал необходимый приказ.

Он толкнул ладони вперед, силясь не только еще сильнее сжать эту точку, но и поместить ее точно в центр Гли.

Когда он наконец высвободил сжатую энергию из центральной бесконечно малой точки, она взорвалась с такой жестокой мощью, что дворец содрогнулся, а все кроме Ричарда повалились на пол.

Тепло расширявшегося взрыва воспламенило сам воздух. Бесчисленные клочки первозданного огня, подобные осколкам раскаленного стекла, падали, вращались и летели во все стороны вместе с разраставшимся потоком энергии. Сверкающие крупицы тепла прошивали все, что находилось внутри оболочки расширявшейся центральной точки. Плоть, кости, кровь и даже сталь солдатского оружия превратились в горящие частицы, мгновенно переходившие от белого пламени к красному, а потом и к пеплу.

Для Ричарда все это происходило настолько медленно, что он успевал разглядеть все подробности.

Засосанный во дворец воздух теперь устремился наружу, гонимый мощной взрывной волной. Возросшее давление выбило окна, стремясь высвободиться. Высосанный из легких воздух вдруг стремительно вернулся, заставив сделать резкий невольный вдох.

В момент высвобождения, средоточие которого находилось в центре массы Гли, ошеломительная энергия столь яростно заняла пустоту вокруг центральной точки, что там вспыхнуло нечто похожее на огонь волшебника. Но оно не было сконцентрировано, не было настоящим огнем в магическом смысле. Это было что-то совершенно иное — изначальное тепло и сила, кузница для мощи боевого чародея.

Для Ричарда все это было просчитанной и продуманной формулой, которая разворачивалась, следуя стадиям. Все это он вычислил за мгновение до того, как дать волю собранной энергии. Для всех остальных это был внезапный взрыв, наполнивший коридор ослепительной вспышкой и громоподобным шумом. В первоначальный момент высвобождения энергии все они почувствовали молот силы, бьющий их в грудь, и увидели, как Гли обращаются в пепел.

Ричард ощущал это как продолжение своей высвобожденной ярости, совершенной, чистой и абсолютно жестокой. Это было великолепно.

В последовавшей за взрывом звенящей тишине по воздуху плыло облако жирного пепла, в которое превратились Гли. Пепел медленно оседал на пол.

Кучки сажи были похожи на те, что остались в сдерживающем поле библиотеке, хотя и были созданы другим способом. На стенах, колоннах и невысоком ограждении балкона были брызги и пятна. Пол был покрыт густой массой, похожей на сугробы после черной метели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Там же был серый пепел, оставшийся от солдат Первой Когорты, которые спешили им на помощь. Они оказались в центре вихря энергии, высвобожденного Ричардом.

Его терзала скорбь. Он высвободил свою силу, зная, что она убьет и этих храбрых солдат.

Глава 11

В тишине, когда ход времени восстановился, люди вокруг Ричарда медленно пытались прийти в себя. Те, кто не потерял сознание, держались за головы и стонали от боли, причиненной сначала сжатием воздуха, а потом его взрывным расширением.

Только Ричард остался стоять, глядя сначала на пепельные останки Гли и солдат, а затем на остальных.

Рикка и Кассия лежали без сознания. Нида, Вэйл и Бердина сидели, держась за головы и делая глубокие вдохи. Шейла стояла одним коленом на полу, собираясь с силами, чтобы подняться.

Ричард наклонился, чтобы помочь Кэлен встать. Как и все остальные, она казалась оглушенной. Ее сознание постепенно прояснялось, и она моргала, пытаясь собраться с мыслями. Он поднял Кэлен на ноги. Чтобы устоять, она прислонилась к мужу.

— Ричард, — выдавила она, вздрагивая и задыхаясь. Она вцепилась в его руки. — Что... что произошло? Я думала, мы все умерли. Но почему мы живы? Что ты сделал?

— Совсем не то, что мне хотелось бы делать вне сдерживающего поля, но выбора не оставалось.

— Где мы? — спросила Рикка. Ее голос был хриплым и невнятным.

— Все в порядке, — сказал Ричард, схватив ее поднятую руку и помогая ей встать на колени.

Шейла, так и не вставшая с колен, прищурилась и указала на массу черного пепла неподалеку.

— Вы их всех уничтожили. Всех?

Она выглядела сбитой с толку. Люди в нижнем коридоре, которые тоже попадали, теперь со стонами поднимались. Они находились намного дальше, и взрыв затронул их меньше, но все же последствия распространились далеко за пределы зоны смертельного поражения.

Подняв глаза, Ричард увидел одного Гли на балконе по другую сторону огромного коридора. Существо стояло неподвижно, опустив когти и наблюдая.

Ричард уставился на него. Одиночка Гли уставился в ответ. Долгое время они просто смотрели друг на друга. Гли не пытался приблизиться и вообще ничего не предпринимал. Кажется, он был просто наблюдателем.

А затем, пока высокое черное создание и Ричард смотрели друг на друга, оно растворилось, уйдя в свой мир.

Ричард и представить не мог, зачем это было нужно.

* * *

Кэлен огляделась и увидела, что все, наконец, поднимаются. Люди ощупывали свои грудные клетки, ожидая обнаружить раны, которых не было. В глубине коридора позади них солдаты, бежавшие на подмогу, тоже пытались оправиться от взрыва. Некоторым пришлось опереться на руку и колено, чтобы собраться с силами. Некоторые помогали подняться другим.

Кэлен смотрела по сторонам, удивляясь, что все живы. Морд-Сит казались невредимыми. Эдвард Харрис прислонился к невысокому ограждению, пытаясь отдышаться. Единственный выживший их трех патрульных мотал головой, словно стряхивал паутину.

Мысли Кэлен рассыпались на части. Она пыталась собрать эти обломки и понять, что произошло. Увидев, как материализовались Гли, она не сомневалась, что все обречены.

Казалось, что время замерло, а потом случилось что-то убийственное. Ей почудилось, что она видит сон. На мгновение она утратила способность дышать, словно из нее выбили воздух, а потом она сделала вдох, почувствовав, как к ней возвращается жизнь, и потеряла сознание.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Какие-то детали произошедшего напоминали ей высвобождение силы исповедницы. Но все же она знала, что все было по-другому. Ричард неким образом использовал свой дар, чтобы всех их спасти.

В один миг они почти умерли, а в следующий она очнулась на полу. Она видела, что в коридоре больше нет Гли. Остался только жирный пепел, похожий на тот, что она видела в сдерживающем поле библиотеки. Она была уверена, что у этих Гли не было шанса вернуться в свой мир.