— Обычная реакция на мужика, я же не фригидная, в конце концов, — прошептала Вера себе под нос, судорожно сводя бедра. Картинки их последней встречи отчаянно замельтешили пере глазами.
— На какого мужика? — отозвалась тетя Катя, смахивая мешающие волосы. Вера испуганно посмотрела на женщину и, отмахнувшись, поспешила скрыться.
Неужели сказала вслух?
Когда Вера принесла заказ, за столом мужчин было уже четверо, и последним оказался хозяин кафе.
— Хорошо обустроился на новом месте, Заур, в следующий раз со своими ребятами приду, пусть оценят, — Ваня откусил еще дымящийся кусок шашлыка, мельком поглядывая на Веру.
«Кто бы сомневался» — про себя хмыкнула девушка, неосознанно громко ставя графин с водкой в середину стола. Ваня, казалось, провоцировал специально, искренне наслаждаясь ее реакцией при упоминании своих друзей.
— Ай, дорогой, только рад буду. Таких гостей хоть каждый день встречай, — залебезил старый узбек, кивая в сторону Вани. — Передавай им большой привет от Заура, скажи, в любое удобное для них время, мои двери открыты.
— Да, неплохо тут, — рука одного из незнакомых мужчин, неприятно легла куда-то под коленку девичьей ноги, пока Вера меняла пепельницу на столе.
— Нельзя, Сёма, сантехник будет недоволен, — Ваня отрицательно помотал головой, наблюдая, как мужская рука ползет выше, касаясь линии платья.
— Неужели, Иван Сергеевич? — ухмыляясь, спросил мужчина, поправляя на носу сползшие очки, попутно оценивая Веру, но руку тут же убрал.
— Да, Семён Евгеньевич. Вы все правильно поняли. — Ваня откинулся на своем стуле, закидывая руку на соседнюю спинку. После непонятного для Веры диалога, к ней больше никто не прикоснулся.
Когда мужчины собирались уходить, Вера видела, что Ваня оставил гораздо больше, чем было предусмотрено чеком.
— Забери обратно, — бесцеремонно заявила девушка, когда мужчина уже швырнул деньги на столик.
— Я оплатил счет и оставил официанту чаевые, в чем проблема? — недовольно спросил мужчина, поправляя часы на руке.
«Такие же дорогие как у Исаева» — отметила она про себя.
— Не обязательно показывать свое превосходство. Выглядит как подачка для бродяжки, — складывая руки на груди, Вера топталась на одном месте, поглядывая по сторонам. Не хватало, чтобы еще Пална увидела, как она спорит с посетителями.
— Если не сделаешь правильный выбор, то реально так и останешься бродяжкой.
— Чего? Какой выбор? Что ты несешь? — девушка чувствовала, как внутри начинает клокотать злость, смешанная с обидой. Ей только что указали на ее место? Ткнули носом, как кота?
— Ты не думала о том, что собирать со столов объедки и терпеть мерзкие похлопывания по жопе это не для тебя? Но, я пойму, если тебе это реально нравится, — меняясь в лице, Сахнов пожал плечами. Он больше не улыбался, а его напряженная поза всем своим видом говорила, что он раздражен.
— Пошел к черту! — Вера схватила со стола деньги и, развернувшись на пятках, ушла прочь, на что Ваня лишь закатил глаза.
— Бестолочь, — прошептал под нос мужчина и покинул кафе.
Всю ночь Вера не могла уснуть. Крутилась с боку на бок, гоняя в голове слова Вани. Какой выбор она должна сделать? Вернуться в «Горный ручей»? Тогда почему об этом говорит Ваня, а не просит Андрей? Хотя с какой стати Андрей вообще должен просить? Может ей уже нашли замену? А если он имел в виду Артема? Но тот ничего ей не предлагал. Тогда какого черта происходит? Почему вдруг все решили, что могут учить ее жить?
В дверь тихо постучались, отчего девушка подпрыгнула на кровати.
— Не спишь? — в приоткрытой щелке появилась улыбающаяся голова бабушки.
— Заходи, — Клинкова откинула одеяло, усаживаясь по-турецки. Нина Степановна прошлепала по комнате, отмечая разбросанные вещи и пару грязных кружек на прикроватной тумбочке.
— Просто зашла узнать как твои дела, а то совсем не видимся. С утра убегаешь, солнце еще не встало, а домой приходишь за полночь, когда мне уже, бабке старой, спать пора, — Нина Степановна обхватила маленькой, морщинистой ладошкой руку Веры и легонько потрясла.
От этого жеста почему-то захватило дух. Бабушка была для нее самым родным человеком, она была рядом с Верой с первых дней рождения, а потом и вовсе заменила ей мать. Вера даже не могла представить, что бабушки однажды не станет. Это был самый большой страх — остаться одной.
— Ба, одно слово — работа, — Вера пожала плечами, а потом, спрыгнув с кровати, стащила со шкафа небольшую коробочку, — Вот, держи.
Нина Степановна посмотрела на протянутую руку внучки и зажатые в ней деньги.
— Это твои деньги, Вера, я их не возьму, — женщина отрицательно покачала головой.
— Ба, перестань. Мы живем в одной квартире, едим из одного холодильника, пользуемся одним и тем же. И, в конце концов, я же не просто так работаю. Или может эти деньги дяде Грише на опохмел отдать? — Вера снова начинала злиться.
— Ты мне лучше вот что скажи, что за мужчина у нас был во вторник? — бабушка ехидно растянула губы в улыбке, ловко переводя тему, чем пригвоздила Веру к полу. Только этого не хватало.
— Какой мужчина?
— Ты мне скажи, — бабушка неожиданно улеглась на подушку, продолжая «пытать» девушку.
— Откуда ты знаешь?
— Соседка сказала. Здоровый такой, говорит, в дверь стучал, чуть не вышиб.
— Все твои соседки безбожные сплетницы, так им и передай! — Вера засмеялась, отводя взгляд в сторону.
— Ну, так кто он? — Нина Степановна даже не собиралась заканчивать допрос. — Машина, говорит, у него такая большая, перед подъездом стояла. Соседская детвора облепила ее так, что не подойти.
— Ба, это просто знакомый. Трубу приходил починить.
Бабушка изменилась в лице и резко села.
— Вера, послушай меня внимательно. Сейчас время такое, опасное. Я тебя умоляю, не связывайся с такими знакомыми… — заговорила бабушка, снова хватая Веру за руку и усаживая рядом с собой на кровать.
— С какими «такими»?
— Думаешь, я не поняла что он бандюк? Мне доходчиво объяснили, что из себя представляет этот мужчина, который, к тому же, как я поняла, старше тебя. Я не хочу, чтобы ты больше с ним встречалась, — в голосе бабушки появились стальные нотки.
— С чего ты взяла, что мы с ним встречаемся? Он мне никто, я видела его всего пару раз. И вообще, он просто проезжал мимо, и очень удачно зашел, потому, что если бы он не помог мне тогда в ванной, мы бы сейчас собирали деньги на ремонт целого подъезда, — Вера повысила голос, тяжело вздыхая.
Странно, но почему-то она чувствовала, что когда-нибудь этот разговор произойдет. И даже реакция бабушки была вполне предсказуема.
— Пообещай, что будешь думать головой. Я растила тебя все эти годы не для этого зверья, — Нина Степановна поднялась с кровати и молча, ушла в свою комнату, тихо прикрыв за собой дверь.
— Поздравляю, Вера, ты круглая идиотка!
* * *
Октябрьская погода удивляла каждый день. Еще вчера было солнечно, пусть и прохладно, а сегодня небо заволокло тучами. Небесная концелярия обещала дождь.
Вера вздохнула и обвела взглядом зал. Все какое-то унылое, темное, гнетущее что ли. Заур хоть и был человеком азиатской культуры, однако почему-то не наполнил свое заведение тонкими, восточными мотивами. Все было как-то без души, на скорую руку. Хотя готовили вкусно, тут нечего сказать.
Вера снова пробежалась по присутствующим в зале посетителям, цепляясь взглядом за вход. Худая Ленкина фигурка буквально ворвалась в кафе, так шумно, что некоторые обернулись. Она сложила зонт, стряхнула капли со своего плаща, поправила волосы и нашла взглядом Веру.
— Да-а-а, подруга, ты точно идиотка, променять Ручей вот на это, — Ленка презрительно осмотрелась, усаживаясь за барную стойку.
— Зря вы так, девушка, у нас, между прочим, очень вкусно, — подал голос Петька и улыбнулся. Он был из тех людей, которые улыбались всегда и везде, неважно, какие были обстоятельства, трудности, он всегда «держал марку».
