— Ну вот, в момент всеобщего кайфа обязательно появится какой-нибудь мент с тупой рожей, который все испортит, — разочарованно произнесла девушка, присаживаясь рядом с рокером, невозмутимо дымившим сигаретой. Александр услышал эту фразу лишь благодаря тому, что сидел всего на один ряд выше них.
Концерт продолжался еще два часа, и все это время Александр не упускал девушку из виду, да и она, судя по всему, его заметила, хотя язык больше не показывала.
Наконец, отыграв последний хит, вторая рок-группа покинула сцену и возбужденные зрители стали расходиться. Александр следовал в толпе, размышляя о том, как поступить дальше. Подойти, представиться и попросить ответить на несколько вопросов? А если она откажется разговаривать и убежит? Арестовать ее — но на каком основании, ведь он даже не уверен, что это именно та, кого он ищет.
Тем временем толпа вынесла его за пределы стадиона. Рокер и девушка пошли налево, к палаткам, возле которых находилось несколько столов под тентами. Здесь рокер купил своей даме кусок пиццы, а себе взял порцию сосисок и пару бутылок пива. Александр, так и не приняв решения, пристроился за соседним столиком с бутылкой «Хольстена».
И тут на горизонте появился предыдущий ухажер, еще более пьяный, чем прежде. Увидев девушку, он схватил ее за руку и попытался оттащить от стола. Рокер, разумеется, возмутился, а дальше все пошло своим чередом. Пьяный ухажер засветил ему в челюсть, так что рокер ударился спиной о стол, с которого попадали все бутылки. Мгновенно возникла небольшая свалка, а поскольку вокруг находилось множество омоновцев, обоим дерущимся быстро заломили руки за спину и потащили к машине.
Александр не вмешивался до тех пор, пока один из милиционеров не подошел к девушке, которая, хладнокровно наблюдая за дракой поклонников, пыталась как можно быстрее прожевать свою пиццу.
— А ну-ка пройдем в машину, — резко предложил он, беря ее за локоть.
— Зачем? — растерянно огрызнулась она. — Да я знать их не знаю…
— Пошли, я кому сказал?
Девушка затравленно оглянулась на Александра, и он коснулся плеча омоновца.
— В чем дело? — взбеленился тот. — Тоже в отделение захотел?
— Спокойно. — И Александр предъявил ему свое удостоверение. — Эта девушка со мной.
Омоновец нехотя отпустил ее и медленно удалился, злобно оглядываясь по сторонам в поисках новой жертвы.
— Спасибо, — запихивая в рот последний кусок пиццы, проговорила девушка. — А вы что, тоже мент?
— Я сотрудник частного сыскного агентства, — сухо ответил Александр. — Ну-ка пойдемте отсюда.
— Куда? — испуганно воскликнула она, едва не поперхнувшись.
— Для начала к метро.
— Но я есть хочу!
— Ничего, там я вам что-нибудь куплю. — Александр уже составил в уме определенный план, а потому действовал спокойно и решительно. — Пойдемте, Настя, — сказал он, глядя на нее в упор и ожидая удивленного возгласа: «Откуда вы меня знаете?» Однако она лишь мельком взглянула на него и, потупив глазки, послушно пошла рядом.
Дойдя до станции метро, возле которой находилось открытое кафе, Александр усадил девушку за один из столиков.
— Что вам принести?
— Порцию сарделек и бутылку пива.
— Хорошо.
И он отошел, продолжая краем глаза наблюдать за девушкой на тот случай, если она вдруг вздумает убежать. Но та, стрельнув у кого-то сигарету, сидела спокойно.
— Давно не ели? — поинтересовался Александр, ставя перед ней тарелку и бутылку и присаживаясь рядом.
— Со вчерашнего утра, — отозвалась девушка и тут же взялась за еду.
— И где же вы пропадали?
— А вам какое дело?
— Слушайте, Настя… ведь вас так зовут? — Девушка, уже успев набить рот, неопределенно мотнула головой. — Так вот, ваша мать очень беспокоится… Кстати, ее зовут Лидия Михайловна Лозинская, не так ли?
— А вы откуда знаете?
— Она обратилась в наше сыскное агентство с просьбой найти вас и доставить домой.
— Ох, как интересно, какая у меня милая мамочка! — насмешливо заметила девушка, отпивая пиво прямо из горлышка, хотя рядом стоял пластиковый стаканчик.
— Вы провели эту ночь у того самого парня в джинсовой куртке? — В сущности, вопрос был излишним, однако ответ изумил и обрадовал Александра.
— Да я с ним только днем познакомилась.
— А где же вы жили целую неделю?
— Ну, мало ли у меня подруг.
— Когда вы доедите, я посажу вас в такси и отвезу к матери…
— Еще чего! Никуда я не поеду!
Это было заявлено столь решительным тоном, что Александр растерялся.
— Это еще почему?
— Не хочу — и все! — И девушка нахально посмотрела ему прямо в глаза. — А заставлять силой не имеете права.
— А где же вы собираетесь ночевать? Ведь обоих ваших приятелей забрали в милицию, — последнюю фразу Александр произнес с некоторым ехидством.
— У вас!
Вот это наглость! А ведь по виду столь юная и милая особа, что никогда и не подумаешь…
— У меня не совсем удобно, — мягко произнес Александр. — Я живу со своей невестой…
— Ага, еще не поженились, а уже живете!
— Не твое дело! Короче, сейчас мы едем к твоей матери…
— Никуда мы не едем! Если ты не отвезешь меня к себе, то я пойду ночевать на вокзал, но к матери не поеду.
«А ну ее к черту, — вдруг подумалось Александру. — Что я ее уговариваю? В конце концов, пусть переночует у меня — Долорес я все объясню, — а завтра позвоню шефу и пусть он сам с ней разбирается».
— Хорошо, едем.
Девушка удовлетворенно кивнула, допила пиво и, вытирая губы, поднялась с места.
Они вышли на Ленинградский проспект, поймали такси и поехали к Александру. Долорес была уже дома.
— Это внучка академика Лозинского, — не слишком уверенно заявил Александр, подталкивая девушку вперед. В этот момент он следил за выражением лица своей аргентинской возлюбленной, а потому не заметил удивленного взгляда Насти.
— Ее мать разыскивает, а она ехать к ней не хочет…
— Ну и что? — фыркнула Долорес, которая с каждым днем все более правильно, хотя и с заметным акцентом, говорила по-русски. — Зачем ты ее сюда притащил?
— Пусть переночует в маленькой комнате, а завтра утром я позвоню ее матери и мы все уладим.
— Прекрасно! А если бы я сегодня осталась ночевать в посольстве?
— Тогда бы я спала с вашим женихом в вашей постели! — огрызнулась Настя.
— Вот сучка!
— Сама такая!
— Ну хватит, хватит, — растерянно пробормотал Александр. — Зачем вы ссоритесь?
— А чего она первая начинает, — надула губы девушка, мгновенно становясь похожей на обиженного ребенка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
