Читаем без скачивания Тайна великого живописца - Нина Дитинич

Однако успех русской школы был далеко не полным. Поклонники отечественной живописи были публикой малоавторитетной, небогатой и не могли поддержать родное искусство материально. Люди же богатые, меценаты со вкусом, воспитанные на итальянском искусстве, авторитетные ценители изящного с негодованием отворачивались от непривычных для них картин и, конечно, возмущались подобным творчеством, яростно ругая его.

Нищим, бесправным художникам приходилось за бесценок отдавать свои труды, то чтобы погасить долг за жилье, то вместо платы за одежду, обувь, а бывало, и просто за еду.

Казалось, что русское искусство должно было зачахнуть на корню, но появились богатые русские люди, которые протянули руку помощи творцам. Меценаты. Это были Солдатенков и Третьяков. Особенно Павел Михайлович Третьяков, который один на своих плечах вынес вопрос существования русской национальной школы живописи. Этим он совершил великий, колоссальный подвиг для своего Отечества! И художники могли рассчитывать не только лишь на академию.

Искусству необходимы время и средства, а главное – любовь к себе, тогда художник терпит всевозможные лишения и может совершать чудеса. Но постепенно силы ослабевают, истощаются ресурсы, а мастер начинает работать по заказам за деньги. Но есть иные люди, люди с крепким характером, во время исполнения заказов они непрестанно самосовершенствуются и не изменяют своему истинному призванию. Таким был Иван Николаевич Крамской.

Он интенсивно работал с утра до ночи. Писал портреты с фотографий, давал уроки в рисовальной школе и царским детям, ретушировал большие фотографические портреты, а в свободное время придумывал эскизы будущих картин и много читал.

Живым, деятельным характером, общительностью и энергией Крамской зажигал своих товарищей, оказавшихся в трудной ситуации, вселял в них веру. Поселившись в жалких конурках, художники собирались у Крамского и сообща обдумывали свою дальнейшую судьбу. Так им пришла в голову идея, с разрешения правительства, создать артель художников, вроде художественной фирмы, принимающей заказы от населения, фирмы с вывеской и со своим уставом.

Получив разрешение, они сняли большую квартиру на Васильевском острове и стали жить все вместе. Большой светлый зал, удобные кабинеты у каждого, свое хозяйство, которое вела жена Крамского, вселили в них уверенность. Появились заказы, понемножку укреплялось материальное положение.

Но не успели они как следует встать на ноги, как чахоткой заболел художник Песков. Доктор посоветовал отправить его в Крым. Товарищи собрали нужную сумму и отправили больного на юг. А чтобы Песков не испытывал там нужды, устроили художественную лотерею. Каждый артельщик написал что-то свое, и пятнадцать чудесных работ были куплены по лотерейным билетам знакомыми и гостями, это принесло в общую казну триста рублей. Деньги были посланы Пескову, но, к сожалению, он, несмотря на лечение, умер.

Завистливые коллеги из Академии художеств злословили и подкалывали членов артели.

– Чего вам не хватало? Сейчас бы за казенный счет совершенствовались в Италии… Это вас хитрый Крамской взбаламутил. Большая золотая медаль-то одна была, вот он и замутил, чтобы она никому не досталась, потому что ему бы ее точно не дали… Шустов или Песков бы ее получил…

Конечно, Крамского это задевало, но он вида не подавал, был весел, приветлив и деятелен. Невозмутимо попыхивая сигареткой, работал без устали.

С самого начала художники выбрали Ивана Крамского старшиной артели, и он вел все дела. Артель процветала, заказы сыпались как из рога изобилия. Крамской управлял аккуратно и честно. Заказы исполнялись настолько добросовестно, что образа и портреты занимали самое почетное место на академических выставках. И надо сказать, это была заслуга Крамского, так как он за всем следил и оказывал громадное влияние на артельщиков своим личным примером. На любой заказ он смотрел как на свое личное произведение и целиком отдавался ему.

Тем не менее, усердно работая над заказами, Крамской не забывал давать уроки ученикам, не отказывал им в советах, перечитывал все журналы и газеты, не пропускал мимо себя ни одного выдающегося факта общественной жизни. Он очень переживал, что родное искусство так слабо развивается. Крамской видел, как много молодых даровитых талантов гибнет, мучится, страдает, и искал новые пути для подъема русской живописи. Так у него возникла идея создать клуб художников.

Клуб, в его понимании, должен был взять на свое попечение русскую художественную жизнь и избавить ее от рутины, устарелых традиций, помочь в развитии самобытности.

Глава 14

Тучи сгущаются над Маргаритой

После звонка бывшей любовницы Башлыков пришел в ярость. Как он мог так промахнуться! Мало того что картину украла, так она еще и издевается. Эта дура собирается за копейки продать подлинник «Неизвестной». Тогда все его планы накроются медным тазом. А покупатель в Англии уже ждет картину. Такие бабки на кону стоят.

Сидеть и ждать у моря погоды было не в характере Башлыкова. Он, выставив за дверь случайную знакомую фотомодельку, немедленно пригласил начальника охраны Геннадия Жаркова и дал ему задание срочно разыскать Маргариту.

У Жаркова были мощные, крепкие плечи и квадратный подбородок и при этом простодушная физиономия. Широко раскрытые глаза, казалось, смотрели на мир совершенно наивным взглядом. Но недаром говорят, что самые большие прохиндеи имеют вид простодушный, а иногда даже и придурковатый. Вот и Гена Жарков невольно обманывал людей своим простецким видом, а на самом деле под его личиной скрывался хитрый, беспощадный и коварный человек. Он целиком и полностью был предан Ивану Башлыкову, которого знал с детства. Башлыков подобрал юного Гену фактически с обочины, вытащил из неприятной истории и взял к себе на работу. Платил благодетель щедро, и Жарков землю носом рыл, чтобы угодить.

– Я засеку местонахождение Маргариты по ее звонкам, – заверил он хозяина. – Не переживайте, я найду ее…

И действительно, он довольно быстро пробил сим-карту, установил, откуда девушка могла звонить, и обозначил радиус поиска. Жарков раздал помощникам разные фотографии Маргариты, в том числе и последнее фото в белом парике и велел прочесать все антикварные магазины города.

В одном магазинчике антиквар довольно долго разглядывал фотографии и остановил свой взор на фото Маргариты в белом парике. Лишь после того как человек Жаркова, крепкий, стриженый здоровяк Мишаня, аккуратно подсунул ему тысячную купюру, он, почесав затылок, выдал.

– Очень похожая девица ко мне приходила… Хотела продать картину Крамского, утверждала, что у нее подлинник… Но я-то знаю, что эта картина находится в музее…

– Тебя как зовут? – ухмыльнулся здоровяк.

– Арнольд Чижиков, – почему-то вздохнул и поправил очки худощавый, бледный, с жиденькой бородкой антиквар.

– Давай с тобой визитками обменяемся, – осклабился здоровяк, протягивая ему карточку. – Как эта девица у тебя появится, соглашайся на ее любое предложение и тут же сообщи мне… Девка эта позарез нужна, разузнай, где она живет, или встречу ей назначь, ты человек сообразительный, придумаешь, я тебе за это хорошо заплачу…

– Хорошо, – тряхнул бороденкой Арнольд. – А что, действительно у девицы подлинник «Неизвестной»?..

– Этого я тебе, мой друг, не скажу, не знаю, – ухмыльнулся здоровяк. – И тебе не советую интересоваться… Меньше знаешь – лучше спишь…

После ухода парня антиквар Арнольд задумался. Чем ему все это может грозить? Темная история… Ему и самому та девица не понравилась. То, что она несла, не может быть правдой, неужели в музее висит копия, а у нее находится подлинник?! Невероятно!.. «Хотя в наше время может быть все что угодно», – уныло то ли вздохнул, то ли всхлипнул он.

Мишаня тем временем по мобильнику сообщал шефу радостную новость. Шеф, в свою очередь, тут же обо всем доложил хозяину.

Башлыков обрадовался.

– Молодцы! Вы эту дрянь сразу ко мне тащите, как схватите… Ишь, что удумала – меня кинуть! Это еще никому не удавалось…

– Не переживайте, шеф, мы ее отловим…

– А если она не придет к антиквару? – засомневался Башлыков.

– Все равно выследим, – заверил Жарков. – От нас еще никто не уходил…

– Как вы ее выследите, город огромный?

– Я уверен, Маргарита напрягаться не стала, отправилась в ближайший от нее антикварный магазин, определим радиус, там и будем искать…

– Ну-ну, – нервно усмехнулся Башлыков. – Желаю удачи…

Арнольд Чижиков тоже не стал терять времени и прозондировал почву у своих знакомых антикваров по поводу картины Крамского.

– Значит, ничего не слышали об этом? – уныло повторил он, беседуя с пятым по счету коллегой.

– А откуда такая информация? – поинтересовался тот.

– Да тут одна сумасшедшая заходила, – и Чижиков рассказал о визите Маргариты.