внимание, он замер с ложкой у рта, а потом вжал голову в плечи.
– Ну я… – нехотя признался воин. – А фто мне было делать? Кухарка не фтала готовить…
– Не стала, – глухо повторил Астор, и его губы сжались в тонкую, как лезвие ножа, линию.
– Не буду, говорит, и тофька! – продолжил Фаун. – Как бы я ваф офтавил голодным, лир? Приготовил, как мог. Да вы попробуйте! Я фтаралфя, от дуфи…
– Какая у тебя душа, собачий ты потрох?! – взорвался Вурк. – Признавайся, ты из крыс и тараканов это варил, а?!
– Нет, там мяфо было… В углу… – окончательно сник Фаун, но Астор не стал дальше слушать его оправдания.
– Прости, Лена, – сказал он мне. – Боюсь, завтрак отменяется. Ты можешь пока вернуться в спальню, я должен разобраться здесь.
За сим он направился к выходу из зала, видимо, рассчитывая, что я подчинюсь. Но я не собиралась оставаться в стороне. Помнится, я где-то прочла одну мудрую вещь: «Хочешь узнать, какой человек, посмотри, как он обращается с подчиненными». Думаю, с драконами это тоже работает. Со мной-то Астор, ясное дело, был мил, как агнец, ведь на меня у него были большие планы. Но что же он сделает с кухаркой, которая отказалась его кормить? Если он жесток, то лучше бы мне сразу об этом узнать. А еще – полезно будет выяснить, где кухня. Потому что на такой стряпне я долго не продержусь, проще самой встать у плиты. Или на чем они тут готовят – на кострище?
Кухня представляла собой еще более унылое зрелище, чем зал. Грязной посудой было заставлено все: шаткие пирамиды тарелок, мисок и лоханей высились едва ли не до потолка. Положи сверху перышко – и вся эта конструкция с грохотом и помпой обрушилась бы на всех, кто ненароком оказался поблизости. От скверного запаха Фауновой похлебки и здесь было не скрыться, кислятиной провоняло абсолютно все.
Не знай я военной предыстории, я бы решила, что здешние слуги – самые настоящие неряхи, и что в этом мире никто не слышал о существовании горячей воды. Однако стоило мне увидеть саму кухарку, – высокую широкоплечую женщину с фигурой пловчихи, – как я поняла: это не просто бардак, это демонстративный акт неповиновения. А дело все в том, что одежда ее была не просто чистой, она была еще и идеально выглажена. Кружевной воротничок без единого пятнышка сиял белизной, на фартуке, расшитом васильками, не было ни складки. Вот если ты ненавидишь свою работу, разве станешь ты украшать свою форму? Если ты не умеешь убираться, то откуда тебе знать, как отстирывать белые вещи?
Нет, если эта женщина к кому и питала злостные чувства, то исключительно к Астору и его людям. Узор из синих васильков ненавязчиво намекал на ее преданность предыдущим хозяевам. Ее оставили здесь, в тылу врага, но она не сдалась и решила сопротивляться до последнего. Теперь ход был за Астором. Мне стало даже любопытно, как он поступит: у меня появились кое-какие идеи, я ведь уже пять лет дружила с Наташей, а она – опытный кадровик. И все же я хотела посмотреть на своего дракона в деле.
– Что-то не так, лир? – с вызовом спросила кухарка, уперев руки в боки.
– Не так абсолютно все, – прошипел Ас, явно заводясь. – Где мой завтрак?! Почему я должен лично приходить на кухню?
– Мне-то почем знать! Ваш человек тут что-то стряпал. Все вопросы к нему.
Я невольно поразилась бесстрашию женщины. Даже я бы не осмелилась так разговаривать с Астором, хоть он вроде как мой будущий муж. Просто я уже один раз видела его в драконьем обличье, и этого мне хватило с лихвой. А она живет в этом мире уже давно – и сознательно нарывается.
– Ты с кем разговариваешь?! – зарычал дракон, и на его скулах вспыхнули багровые пятна в тон волосам. – Я могу спалить тебя на этом самом месте!
– Вот! – торжествующе изрекла кухарка, словно только этого и ждала. – Вы – дикари! Лучше я помру, чем буду готовить вам! Маиль-лир был тонким, великодушным, мудрым. Но вы не пощадили его, изгнали из замка его предков, как пса!
– Если дракон слаб, это его проблемы! Либо ты присягнешь мне, либо я приговорю тебя к казни за измену!
От Астора разве что пар не шел, и все же мне стало чуточку легче. Да, он орал, закидывая кухарку угрозами, но если он не окатил ее огнем до сих пор, значит, и не собирался этого делать. У меня были разные начальники, и я давно подметила одну закономерность: самые жестокие люди не тратят время на крики, они действуют быстро – и безжалостно. Чем громче босс, тем он, на самом деле, безобиднее, надо только научиться включать в голове белый шум, когда ему в очередной раз придет в голову побрызгать слюной. Был у нас один такой: он увольнял людей по три раза на дню, а уже через полчаса забывал об этом и как ни в чем не бывало спрашивал, где накладная по «Нординвесту».
Осознав, что этот дуэт из взаимных обвинений слушать можно еще очень долго, и толку от него никакого не будет, я решила вмешаться.
– Простите, вы говорили – Маиль-лир? – спросила я кухарку, когда Астор сделал паузу, чтобы набрать в легкие побольше воздуха для нового залпа угроз.
Спорщики удивленно обернулись ко мне.
– Да, – растерянно подтвердила служанка, не понимая, к чему я веду.
– Лена, не… – начал было Астор, но он уже достаточно на сегодня выступил.
Настал черед моей сольной партии.
– Тот самый Маиль-лир из синего клана? – уточнила я с таким видом, будто знала, о чем говорю.
– Ну да, – озадаченно моргнула женщина.
– А я еще думаю: какое знакомое имя! – всплеснула я руками и с улыбкой взглянула на Астора, который, судя по вытянувшемуся лицу, понимал еще меньше, чем кухарка. – Помнишь его?
– Чего? – никак не въезжал дракон.
Да что ж такое, неужели сложно хотя бы подыграть!
– Вчера в Акхарте ужинал у нас, ну ты что! – я с деланной досадой цокнула языком. – И правда, такой вежливый и воспитанный… Очень чуткий мужчина!
– А я о чем, – согласилась служанка. – Не чета алым…
– Да как ты смеешь!.. – Астор снова вскипел.
– Вот-вот, – перебила я, пока все снова не скатилось к обычной склоке. – И еще так нахваливал наши
