его и уже очень давно. Выложила все, что могла. Но поймать его, чтобы вручить письмо лично, все равно не получалось. Так и пришлось снова пользоваться помощью Жловиса.
Бездна на мою голову за это решение! Хотела быть уверенной, что письмо не затеряется в ворохе бумаг, а будет получено прямо в руки. Договорилась со старым гоблином, и вроде хорошо все. Но кто ж знал, что нужно внимательнее прислушиваться к тому, что пробормотали мне в спину! Как оказалось, после того как я несколько раз упорно повторила, чтобы получателя не перепутали, мне в спину пробормотали, что после устроенного мною в прошлый раз концерта перепутать точно нельзя, и что сделали? Правильно, вручили мое признание Антейну! Вот он, закон подлости во всей красе! Жловис, видимо, после прошлого раза слишком хорошо запомнил, какому из двух Двэйнов передавать от меня письма.
В итоге этот идиот, получив мое послание прямо перед парой Алистара, пришел радостно объявить, как он рад, что я одумалась. И, естественно, полез ко мне обниматься, а тут магистр… увидел. Вот после этого я жестоко отходила «милого» по всем доступным частям тела сумкой с учебниками. Магистр Тесме, увидав это безобразие, оттащил меня от жертвы и препроводил за наказанием к куратору курса.
Стоило нам остаться наедине… я ведь даже рта не успела открыть, как меня окатили холодным взглядом и лишь произнесли: «Свободна!», ясно давая понять, что даже наказание мне назначить выше его сил.
Вот так и сорвалась первая попытка помириться.
— Через некоторое время вас опять приводят ко мне, — продолжал свою обвинительную речь магистр. — И за что же, за беспорядки в коридорах и драку. С адептом Двэйном, — и буквально обвиняющий взгляд на меня.
А я, печально вздыхая, снова отвожу глаза.
Спустя месяц это была очередная попытка помириться. Вспомнив успех своей выпечки в прошлый раз, я решила повторить известный путь в покорении мужчины и его желудка. Тем более, что сладкое, по моему мнению, прекрасный способ извинений.
Мне уже не важен подходящий момент и отсутствие или присутствие лишних свидетелей. Даже свидетели — это лучше, меньше вероятности, что он откажется принять. Поэтому, как только увидела его в коридоре, не обращая внимания на то, что он с кем-то разговаривает, решительно подошла и твердо посмотрев ему в глаза, протянула бумажный пакет с пирогом.
— Я пришла извиниться и, если получится, поговорить.
А если не получится, то еще одна записка с объяснениями прячется в пакете с пирогом.
Но, конечно, и тут вмешалась моя удача. Надо было посмотреть, с кем рядом он стоял!
— Шаго, я так рад, что ты передумала, — раздался совсем рядом ненавистный голос, и, не успела я и пикнуть, как пакет с моим лакомством вырвали у меня из рук, и Антейн радостно провозгласил на весь коридор, — Пирог! Милая, ты просто прелесть.
Я поднимаю растерянный взгляд на магистра, и вижу только поворотившуюся ко мне спину.
— Не буду мешать, — словно сквозь вату доносится до меня, и он ушел.
И совершенно не моя вина, что Антейн не среагировал вовремя на произнесенное мной крайне угрожающим голосом:
— Сладенького захотелось, «милый»?
В общем, не повезло опять магистру Тесме. Или мне. Но факт в том, что именно он стаскивал меня с распластанного по полу тела Двэйна-младшего, по лицу и волосам которого я размазывала остатки пирога, которые мне не удалось насильно запихать ему в глотку. К сожалению, я еще и полы умудрилась этим пирогом измазать.
Алистар, даже не заслушав полностью от Тесме перечень мною осуществленного, сразу отправил меня отмывать испачканное в коридоре в качестве отработки. Разговор опять не вышел.
— И еще одна драка, опять-таки все с тем же адептом, — сверлит меня зеленый взгляд.
Вот тут мне действительно нечего сказать в свое оправдание. Просто был тяжелый день. Просто опять не удалось поговорить с магистром, а тут этот подвернулся и попытался что-то высказать. Я даже не слушала. Злая была. Ну и выбросила вперед руку с кулаком, как меня отчим учил.
Итог — у Антейна сломан нос, кровища хлещет, а Тесме оттаскивает меня за ухо к куратору и орет, чтобы он что-то сделал со своей бешенной адепткой. В общем, наказание по еженедельной уборке кабинета Тесме я закончила отрабатывать только недавно.
— И вот теперь, за месяц до сессии, вы оказываетесь не допущены до половины предметов, — внезапно буквально проревел магистр.
Я даже вздрогнула от неожиданности. Довела-таки. Но что я могла сделать. Ничего другого не оставалось. Мне это нужно было. Нужно было растрясти его, заставить хоть как-то обратить на меня внимание и поговорить со мной! Ну и вот, подействовало.
— Вы же только-только в прошлом семестре выползли из долгов! — рвал и метал преподаватель, — А теперь снова! Мало того, что вы без конца нарушаете правила поведения, так теперь еще и учебу снова забросили! Да сколько же можно! Мне как будто больше заняться нечем, кроме как разбираться с последствиями ваших бурных отношений с моим племянником, — уже устало выдохнул магистр, опускаясь обратно в кресло, с которого вскочил во время своей бурной речи.
— У меня нет с ним никаких отношений, я просто его жестоко избиваю. Знали бы все, и тоже бы… — пробурчала я, но меня прервали.
— Увольте меня от подробностей, — снова словно покрылся коркой льда Алистар. — Я просто хочу понять, что вам, в конце концов, нужно, чтобы успокоится и снова взяться за ум, — устало проговорил он, так неосторожно произнеся эту фразу.
И я поняла, вот он, мой шанс, предоставленный судьбой.
— Мотивация, мне нужна мотивация, — твердо произнесла я, поднимая на него уверенный взгляд.
— Вы издеваетесь? — проревел магистр, мгновенно вспыхивая злостью.
Я даже слегка испугалась, заметив, как внезапно заострились черты его лица, и он как будто даже раздался в плечах.
— Вы уверены, что не ошиблись адресом на этот случай? — язвительно поинтересовались у меня, нависая надо мной и над столом.
— Уверена, — кивнула я, выдерживая его испытующий взгляд.
— И что же вы хотите на этот раз? Предпочту, чтобы теперь вы озвучили это сами, дабы не возникло снова недопонимания, — буквально дышал он гневом.
Все, Шаго, время быть смелой и решительной. Только такие добиваются успеха в жизни. Это был очень рискованный ход, и я отчаянно надеялась не покраснеть, и все же решилась.
— Вас в свое полное и безоговорочное владение, — тихо проговорила я и, пока еще не испугалась своей смелости, приподнялась в кресле и, обняв руками его за шею, прижалась своими губами к его.
Мужчина под моими руками застыл, кажется, даже
