Читаем без скачивания Мост через бездну. Книга 4 - Паола Волкова

ГЛАВА 5

«Расстрелян… Реабилитирован за отсутствием состава преступления»

«…Мне представляется Лавра, в будущем, русскими Афинами, живым музеем России, в котором кипит изучение и творчество и где, в мирном сотрудничестве и благожелательном соперничестве учреждений и лиц, совместно осуществляются те высокие предназначения — дать целостную культуру, воссоздать целостный дух античности, явить новую Элладу, которые ждут творческого подвига от Русского народа».

(Свящ. П. А. Флоренский. Троице-Сергиева Лавра и Россия. 1919).

В этих словах — философия русской культуры, наглядное воплощение русской идеи, предстающей как наследие Византии, а через нее — Древней Эллады. Лавра — духовный центр России, ее сердце. Так в своей статье «Троице-Сергиева Лавра и Россия» размышлял о будущем России русский Леонардо — Павел Александрович Флоренский.

Мы неоднократно в своих рассказах обращались к исследованиям священника П. А. Флоренского.

Просто необходимо сказать несколько слов об этом уникальном человеке.

Павел Флоренский (1882–1937)

Павел Александрович Флоренский (1882–1937) — один из самых светлых умов и самых гениальных людей русского Ренессанса, возрожденческой русской культуры на рубеже двух столетий. Один из самых ярких и трагических представителей Серебряного века. Русский Леонардо.

Отец Павел Александрович был священником, создателем религиозного христианского общества, автором невероятных по новизне, сложности и актуальности, то есть непреходящему значению, философско-искусствоведческих и философско-культурных работ. Самая большая работа Павла Александровича называется «Столп и утверждение Истины» (закончил в 1914 году). Подзаголовок — «Опыт православной теодицеи» (теодицея — это «богооправдание», совмещение Благого Бога и зла в мире). Павлу Александровичу было 32 года, когда он написал этот труд. Это была его диссертация, она сейчас переиздается. Ее можно читать как целиком, так и по частям.

«Флоренский при издании книги потребовал, чтобы она была напечатана особым шрифтом. В каждой главе были виньетки, взятые из латинского трактата XVII в., виньетки с подписями, очень лаконичными и трогательными. Почти каждая глава открывалась лирическим вступлением. Ученейшая книга, научные комментарии к которой занимают почти половину текста, с тысячами и тысячами выдержек из авторов древних и новых, написана как лирический дневник. Что это, каприз? Нет, не каприз, это то, что в скором времени в Европе назовут экзистенциальной философией. Это не философия теории, а философия человека — живого человека», — напишет в своей книге «Мировая духовная культура» Александр Мень.

(Мень А. Мировая духовная культура. Христианство. Церковь: Лекции и беседы. Сост. А. Белавин, 1995).

Читать богословские работы Павла Флоренского сложно, но очень интересно. Это сочетание невероятной философской и богословской глубины мысли и поистине энциклопедического размаха области его научных исследований. Многие вещи, написанные им в начале XX века, сегодня становятся близки и понятны. Это глубочайшие исследования УЧЕНОГО. Ведь Павел Александрович Флоренский, как всякий человек Возрождения, был не только священником и богословом, поэтом, философом, искусствоведом, он еще был математиком и величайшим русским ученым-гидравликом.

Павел Флоренский жил в эпоху потрясений и революций. Через его жизнь жестокими росчерками прошли Первая мировая и Гражданская войны. Его судьба была тесно связана с Троице-Сергиевой Лаврой и Соловками. Флоренский был современником Николая II, последнего русского императора, современником А. Ф. Керенского, В. И. Ленина, И. В. Сталина. Его отношение к переменам, к нашему государственному строю — отдельная тема. После смерти Павла Флоренского его семье передадут написанную им работу «Государственное устройство в будущем», завершенную в тюрьме 16 марта 1933 года. Некоторые исследователи называют этот труд политическим завещанием Флоренского.

Вид на Троице-Сергиеву Лавру Вид Соловецкого монастыря с суши. 1915 г.

В одном из писем 1917 года к А. С. Мамонтовой Павел Флоренский написал: «Все то, что происходит кругом, для нас, разумеется, мучительно. Однако я верю и надеюсь, что, исчерпав себя, нигилизм докажет свое ничтожество, всем надоест, вызовет ненависть к себе, и тогда, после краха всей этой мерзости, сердца и умы уже не по-прежнему, вяло и с оглядкой, а наголодавшись, обратятся к русской идее, к идее России, Святой Руси». Через несколько лет эти слова отпразднуют свое столетие, но разве сегодня не звучат они актуально, разве сегодня мы не наблюдаем попытки возвращения к истокам, разве не чувствуем каждой клеточкой своей души глубочайшей потребности в духовности и возрождении? Не все, конечно, но многие…

Судьба отца Павла не складывалась гладко. Мы не будем шаг за шагом воспроизводить весь жизненный путь этого удивительно сильного духом человека, но некоторые жизненные вехи назвать стоит, чтобы у читателя сложилось впечатление, свое видение или, если хотите, удивление. Павел Александрович окончил гимназию с медалью и поступил на физико-математический факультет Московского университета. Блестяще окончив университет, П. А. Флоренский поступил в Московскую духовную академию, там и остался после обучения в качестве преподавателя на кафедре истории философии. Но исследований в области математики и физики не оставлял. В течение 5 лет отец Павел был редактором академического журнала «Богословский вестник», но после Февральской революции 1917 года был отстранен от редактирования журнала, а вскоре после Октябрьской революции закрылась и Московская духовная академия.

Михаил Нестеров. Философы Павел Флоренский и Сергей Булгаков.1917 г.

После закрытия Лавры Флоренского, как крупного ученого, пригласили на работу в ВСНХ и в Главэлектро. На работу отец Павел ходил в подряснике. Это в 20-е то годы, когда большевики вели активную борьбу с Церковью. Есть свидетельства, что замечание по поводу столь вольного одеяния Павлу Александровичу были сделаны самим Л. Троцким. Равно как есть свидетельства о сложившейся дружбе Л. Троцкого и П. Флоренского, что в дальнейшем якобы оказало самое страшное влияние на судьбу духовника. Такое знакомство действительно имело место, хотя многие историки факт дружбы решительно отрицают.

Итак, с 1920 года Флоренский начал работать на московском заводе «Карболит». Теперь его деятельность была связана с осуществлением плана ГОЭЛРО. Здесь он сделал ряд крупных научных открытий, разрабатывал теорию и практику применения полупроводников. Кстати, тяжелую пластмассу, карболит, из которой делали телефоны и светильники вплоть до 60-х годов, многие называли «пластмассой Флоренского».

С 1922 года Флоренский вновь связан с Лаврой. Он вошел в комиссию по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры. Его труды в области исследования искусства и старины Троице-Сергиевой Лавры нельзя переоценить. Именно Павел Флоренский впервые заговорил о цвете «Троицы» Андрея Рублева как об очень важном элементе для понимания замысла иконы (речь идет о знаменитом голубце — см. «Мост через бездну», книга вторая).

20-е годы в России — страшное время для интеллигенции. А для духовников — особенно. Не избежал расправы и Павел Флоренский. В 1928 году — первый арест и ссылка. Флоренский отправлен в Нижний Новгород. Его научная деятельность не прекращается, он исследует, изобретает, пишет научные труды. Вернуться из ссылки ему помогает жена великого пролетарского писателя А. М. Горького Е. П. Пешкова.

После возвращения из ссылки окружение отца Павла заговорило про эмиграцию. Но Флоренский не собирался уезжать из страны, хотя такая возможность у него была. Документы и письма говорят о том, что за выезд из России хлопотала одна из духовных дочерей отца Павла, и такое разрешение было получено. Причем не только для него, но и для всей семьи. Скорее всего, на Западе Флоренского ждала бы блестящая научная карьера и, вероятно, мировая слава. Отец Павел на все предложения выехать в Прагу (куда и предлагали эмигрировать) ответил отказом, апеллируя словами апостола Павла: «…ибо я научился быть довольным тем, что у меня есть» (Фил 4:11). О своем решении остаться он рассуждает в письмах, написанных близким и родным. А тучи тем временем сгущаются.

Отец Павел Флоренский с семьей (жена Анна с сыном Микой на руках, Вася, Кира, Ольга). Сергиев Посад, 1928 г.

1933 год: следственное дело № 2886 «О контрреволюционной национал-фашистской организации “Партия Возрождения России”», в которую, якобы был вовлечен П. А. Флоренский. Обвинение, безусловно, было ложным. Но уже в том же 1933 году Павел Флоренский осужден особой «тройкой», приговорен к 10 годам заключения и отправлен по этапу в восточносибирский лагерь.