На экране появляются точки, Рэт очень быстро реагирует.
Рэт: Лично у меня — нет. За это отвечает Брэм. Хочешь, скину его контактную информацию, чтобы ты могла спросить?
Ну, конечно же.
Прижимаюсь лбом к столу, медленно ударяясь им о твердое дерево.
— Дай угадаю, — вклинивается Кларисса. — За это отвечает Брэм?
— Может мне и не так сильно нужна хорошая оценка по данному предмету?
— Ты же хочешь иметь хорошую успеваемость по всем предметам. Из-за этого ты будешь переживать до такой степени, что начнешь беспокоить меня, поэтому лучше встань со стула и направь свою задницу к Брэму для того, чтобы все разузнать.
Я издаю еще более громкий стон.
— Не хочу.
— У тебя нет выбора.
Она права, у меня на самом деле нет выбора.
Это будет невероятно болезненно — поддаться его высокомерию, позволить ему «победить». Боже, ненавижу это каждой клеточкой своего тела. На самом деле я не ненавижу Брэма, но на данный момент он — очевидный выбор для моего гнева.
Мой стул скрипит о древний деревянный пол, мое тело обмякло и повержено.
— Хорошо. Но прошу заметить, что мне тяжело поддаваться его раздражающей осведомленности.
— Я прекрасно это понимаю, а также осознаю, что усердная работа и учеба не приведут тебя к успеху с Маккензи. Тебе нужен ключ к успеху.
— Очень, очень нужен. — С трудом передвигая ноги, направляюсь к Брэму, у которого в руках книга, а во рту маркер, его глаза двигаются туда-сюда по странице.
Он слегка ссутулился в кресле и выглядит очень самоуверенным, и по какой-то причине это меня раздражает.
С ним за столом сидят еще трое парней, двое из них за ноутбуками, а третий, как и Брэм, с книгой. Все, кроме Брэма, одновременно смотрят на меня, их взгляды пронзают насквозь.
Не отрывая глаз от книги, Брэм говорит:
— Дай-ка угадаю, Рэт послал тебя ко мне, потому что у него нет доступа к интересующей тебя информации?
Считаю до десяти, сжимая от злости челюсти.
— Внесу ясность, ты мне не нравишься.
Наконец, он опускает книгу, устремляя на меня пристальный взгляд.
— Знаешь, ты ранишь меня, Джулс.
— Не называй меня так. Меня зовут Джулия.
— Мне это прекрасно известно, сладенькая. — Он похлопывает по пустому стулу рядом с собой. — Присаживайся.
— Предпочитаю постоять. — Скрещиваю руки на груди.
Он окидывает меня беглым взглядом, его глаза задерживаются на моих шортах-бермудах чуть выше колен.
— Ты на самом деле такая упрямая?
— Я пришла, чтобы получить информацию о преподавателе, а не для того, чтобы поболтать, так что, если ты не против, то расскажи, что тебе известно о профессоре Маккензи, и после этого я отправлюсь по своим делам.
Парни за столом следят за нашим обменом любезностями, но не вмешиваются, складывается ощущение, будто они смотрят телепередачу, ожидая, что произойдет дальше. Срочная новость: если в ближайшее время Брэм не выложит интересующую меня информацию, то моя нога встретится с его промежностью.
Жестоко? Возможно, но я не в настроении.
Раньше мне никогда не было так тяжело на занятиях, и это беспокоит. Я усердно занималась, чтобы мои оценки были идеальными. Училась изо всех сил. Учеба — все для меня, и если существует лазейка, которая поможет, я ей воспользуюсь. Вот почему я стою перед Брэмом Скоттом, с нетерпением ожидая его ответа.
Улыбаясь, Брэм усаживается поудобнее и кладет книгу на стол вместе с маркером. Сжимает ладони вместе и кивает в сторону кресла.
— Сядь как нормальный человек, и я скажу, как вести себя с Маккензи. Я не собираюсь разговаривать, пока ты нависаешь надо мной, словно кровожадный стервятник.
— Я не стервятник, — фыркаю, неохотно занимая место рядом с ним.
Стараюсь, чтобы язык моего тела был как можно более закрытым, мысленно возводя вокруг себя крепость… ров и все такое.
— Ведешь себя, словно стервятник. — Он вырывает лист бумаги из своего блокнота, берет ручку и начинает что-то черкать на нем, а затем протягивает мне.
Я едва могу прочесть, что он написал, его почерк резкий и наклонный.
— Джеймс…
— Уильям Джеймс, — заканчивает за меня Брэм. — Каждая твоя работа для Маккензи должна быть сосредоточена вокруг теорий Уильяма Джеймса с цитатами самой Маккензи. Даже если она начинает говорить о других теориях, всегда возвращай повествование к Уильяму Джеймсу.
— Серьезно?
— Ага, как только ты сосредоточишься в своей работе на Уильяме Джеймсе, сразу же преуспеешь. Теория была проверена, по крайней мере, пять раз, поэтому она попала в таблицу. Работает, словно очарование.
— Ты серьезно?
Он не сводит с меня глаз, когда говорит:
— Хэйворд, как тебе удалось сдать экзамен Маккензи по поведению человека?
Парень с противоположной стороны стола поворачивается к Брэму и говорит:
— Уильям, мать его, Джеймс, мой спаситель.
Улыбка кривит уголок губ Брэма.
— Видишь. Уильям, мать его, Джеймс. Доверься мне. Маккензи станет ручной. — Подмигнув, он снова берет книгу и возвращается к чтению.
Я смотрю на вырванный из блокнота лист в своей руке, а затем снова на него.
В смятении не могу понять, чего хочу больше, ударить его в глаз за то, что он такой чертовски высокомерный, или обнять, чтобы отблагодарить за информацию.
Ни то, ни другое не кажется уместным, так что вместо этого я отступаю и иду обратно к своему столу в библиотеке более бодрой походкой, предвкушая проверить новую теорию. Мне никогда не приходилось прибегать к подобного рода манипуляциям, чтобы сдать зачет, так что унижение в поисках святого Грааля Брэма стоит того.
Лучше бы Брэм оказался прав.
Глава 7
Джулия
— Привет, Лайнус.
Помощник Брэма поднимает глаза от монитора, но пальцы все еще на клавиатуре.
— Мисс Уэстин, рад вас видеть. Вы пришли на встречу с мистером Скоттом, назначенную на три часа?
— Он свободен?
Лайнус кивает.
— Думаю да, он завершает совещание, и распорядился, чтобы я направил вас к нему, как только появитесь.
Крепче сжимаю ремешок сумочки и направляюсь к кабинету Брэма, задаваясь вопросом, когда для меня стало нормой совершать «деловые вылазки». С тех пор как начала свой бизнес, все переговоры и встречи проводились в моем офисе, и вот я уже во второй раз встречаюсь с Брэмом в его офисе, в удобное для него время.
В этом я виню его способность убедить любого сделать то, что он хочет. Он очень обаятельный и умеет завлечь в свои сети. Это еще одна причина, по которой я нервничаю из-за его участия в моей программе, потому что ему под силу разбить сердца моих клиенток благодаря улыбке, которая появляется на его полных губах.
Когда вхожу в его кабинет, вижу, как он ходит туда-сюда перед окном, в ухе bluetooth-наушник, руки в карманах.
Я видела, как Рэт ведет бизнес, он безжалостен и напряжен. В этом плане Брэм совсем не похож на Рэта. Он беззаботный, спокойный, и единственное, что его выдает, — пристальный взгляд и то, как понижается голос, когда он решительно настроен. Этот человек — миллионер, и так вышло не из-за беззаботности или спокойствия. Он сосредоточен и настойчив, и, вероятно, никогда не проигрывал ни одного дела и всегда достигал поставленных целей. В этом смысле мы очень похожи. Но только в этом.
Как только он замечает меня, взгляд останавливается на моем платье, а затем быстро перемещается на мое лицо. Он подносит руку к наушнику и говорит.
— Пришлите мне отчет. — А затем завершает звонок.
Кладет наушник на стол и обходит его, прислоняется к поверхности, скрещивая руки на своей внушительной груди. Эта ухмылка пугает, если адресована тебе.
— Привет, Джулс, спасибо, что зашла.
Помните, в прошлый раз я отметила, что он привлекателен? Я серьезно. И дело не только в его внешности, растрепанных светло-каштановых волосах, или в постоянной щетине на его челюсти, или в полноте губ. Дело в его поведении, в том, как он себя держит — уверенно и харизматично. К счастью, за эти годы я узнала Брэма на другом уровне, то есть, думаю, что я одна из немногих девушек, которые встретились на его пути и устояли перед ним.
