— Нет. Помню, что лицо довольно приятное. А вот насчет улыбки не могу ничего сказать.
— Странно.
* * *
Ангел сидел в кресле у окна и смотрел, как по реке плыли льдины. В этот весенний вечер в доме царила тишина. Все его обитатели разъехались, и он наслаждался одиночеством и размышлял. Почему люди страдают от одиночества, а он испытывает наслаждение?
Может быть, они суетятся, стараясь добиться чего-то, при этом не всегда понимая, что же им действительно нужно? Они, наверное, суетятся еще и потому, что отсутствие таких же, как и они, людей видится неестественным: не с кем сравнивать свои успехи и неудачи. А тогда, как человек может утвердиться в уверенности, что живет правильно? Трудно живется людям!
Человек — существо социальное. Что бы случилось, если бы его контакты с окружающим миром были прерваны? Ученые разбирались в этом, ставя различные эксперименты. Ресурсы адаптации человека к отсутствию раздражителей внешней среды крайне ограниченны. Известно, например, что младенец, лишенный тактильного контакта, испытывает страх и может погибнуть, а помещенный в капсулу с масляным раствором человек выдерживает не очень долго и, как правило, полностью теряет ориентацию, как физическую, так и психологическую, что может привести к разрушению всей системы его организма. Или если поместить человека в комнату со звуко— и светонепроницаемыми стенами, то через некоторое время у него начинаются галлюцинации. Это включаются защитные силы мозга, пытающегося искусственно воссоздать окружающую среду.
То ли дело Ангел. Не покидая пределы своей галактики, встретить себе подобного он может разве лишь на картине. Поэтому ему суждено веками существовать в гармонии с самим собой. Человек же стремится в жизни найти другого человека, жизнь с которым будет наполнена гармонией и удовольствием. Если это удается, то люди испытывают друг к другу ЛЮБОВЬ и получают в награду от судьбы СЧАСТЬЕ — жизнь в удовольствие. Взаимной любви сопутствует единство душ, и два Я образуют неразделимое МЫ. И это МЫ легко шагает по жизни, преодолевая все превратности судьбы на своем пути. Ангел всегда искренне радовался, когда это случалось.
Конечно, к сожалению, далеко не всем людям это удается. Поэтому, наблюдая за тем, как души бродят в лабиринте судьбы, он старался, по возможности, оградить их от разных неожиданностей, которые могут помешать появлению еще хотя бы одного МЫ. Предотвратить трагедию над Атлантикой он не смог, а вот сделать так, чтобы Татьяна не попала в тот самолет, у него получилось.
Глава 5
МЫ
После катастрофы над Атлантикой Влад очень остро ощутил, что ни за что в жизни не хочет потерять Татьяну. Сама мысль о том, что это было возможно, заставляла его холодеть от ужаса. Всю неделю, пока Татьяна была в Аргентине, они каждый день разговаривали по телефону, обменивались SMS с пожеланиями доброго утра или спокойной ночи. Ежедневное общение стало для них привычным, и они уже не могли представить себе, что может быть по-другому. Во время одного из разговоров условились встретиться на квартире у Стаса сразу же после ее приезда, в четверг утром.
Полет из Буэнос-Айреса в Париж, а затем и до Петербурга прошел без приключений. В среду вечером Татьяна оказалась в кругу семьи. Ее как всегда встретил изысканный ужин со свечами за красиво убранным столом. Муж и сын радовались ее приезду и постарались.
Это уже стало традицией семьи — ужинать всем вместе, во сколько бы Татьяна ни возвращалась с работы. Вот и сейчас жареные баклажаны, салат по-гречески, стейк с французским соусом дожидались своей очереди в церемонии встречи. Прихваченная в магазине Duty Free в аэропорту Шарль де Голль бутылка красного французского вина оказалась весьма кстати.
Ответив на многочисленные вопросы о том, как прошел симпозиум, а затем сославшись на усталость, Татьяна отправилась спать. Ссылка на усталость была лишь отговоркой. На самом деле мысли ее были сосредоточены на утреннем свидании с Владом.
* * *
Влад ждал ее перед домом Стаса. Они поднялись в квартиру. Первое, что сделала Татьяна, — прошла в столовую и посмотрела на картину. Ангел стоял в той же позе и улыбался. Ей даже показалось, что в какой-то момент он ей подмигнул.
— Он действительно улыбается. Как это я в прошлый раз не заметила. Хотя мне кажется, что, когда я видела тогда эту картину, улыбки на лице не было. Ты уверен, что это та же картина?
— Да. Я спрашивал у Стаса. Он ее не менял. Хотя тоже был удивлен: когда он ее покупал, улыбки на лице Ангела, как ему кажется, не было.
— Ключевое слово здесь «кажется». Может, и была. А может, ему просто понравилась наша встреча, и он стал улыбаться. Как ты думаешь?
— Если верить в чудеса, то все может быть. Ведь случилось же чудо, и ты не успела на тот самолет. Я не представляю, что бы со мной сейчас было, если бы ты не уснула в аэропорту в Париже. Ты знаешь, я скучал и даже немного грустил, что так долго тебя не видел.
— Я тоже.
Влад обнял ее и поцеловал. Секс был страстным и удивительно гармоничным, словно им не нужно было привыкать друг к другу, словно он уже давно был знаком с тайными уголками ее души и тела, а она — с его. Он тянулся к ней всеми клеточками своего организма. Она тоже. Такое взаимное притяжение создавало невиданную до сих пор энергию, возносящую их к вершинам удовольствия. Волны накатывали и отступали, чтобы затем с новой силой повторить все сначала.
— Я люблю тебя.
— И я люблю тебя. Я это поняла в Аргентине, когда не могла заснуть ночами, думая о тебе.
— А я, наверное, когда в первый раз поцеловал тебя в машине. Но в полной мере осознал это, когда услышал об авиакатастрофе и бросился в представительство авиакомпании.
— Неважно, когда. Важно, что это случилось с нами. И теперь наши Я, соединившись, образовали удивительное МЫ! Правда?
— Да, любимая!
Родившееся МЫ было еще неокрепшим, но оно уже жило в душе каждого из них.
Она бросала все дела и брала трубку, если вдруг видела на экране телефона имя Любовь. Так был зашифрован его номер. Писала ему письма, сидя на совещаниях у руководства, несмотря на косые взгляды начальников. Сбегала с официальных мероприятий, чтобы встретиться с ним. Он тоже искал любую возможность увидеть ее.
Как-то она принимала участие в важном совещании, организованном городскими властями. Несмотря на достаточно нудные выступления, приходилось все терпеливо переносить. Когда во время доклада начальника департамента науки и образования ее телефон сообщил, что звонит Влад, Татьяна ответила шепотом.
— Алло. Привет, Владик. Мне сейчас не очень удобно разговаривать. Сижу на совещании в Городском собрании. Давай встретимся в перерыве через час.
