— Ja, ja, ja, — сказал герр Сироп. — И все-таки на этом астероите несколько тысяч человек. Срети них не мошет не найтись хотя пы твух, котовых и спосопных… э-э-э… сраситься са свопоту.
— Я готова! — раздался чистый юный голос у двери, и Эмили Крофт, увенчанная виноградными листьями, легкой поступью спустилась по ступенькам.
Герр Сироп вздрогнул.
— Что вы стесь телаете? — спросил он.
— Я увидела ваш велосипед, — сказала девушка, — и вы вчера показались мне таким близким по духу, что я захотела… — Она замялась, глядя вниз на свои аккуратные ножки, обутые в сандалии, и покусывая пикантно изогнутую губку. — Я хочу сказать, несмотря на то что вы едите пумперникели с этим ужасным лимбургеким сыром, вместо здоровой пищи вроде чернослива и других натуральных продуктов, вы проявили такой живой интерес к классическим танцам, что я подумала…
Светлые глаза герра Сиропа изучили сверху донизу весь ансамбль изящных изгибов и выпуклостей, пусть даже недостаточно объемный на его вкус, но, несомненно, один из самых привлекательных на многие миллионы километров пространства, и датчанин ласково ответил:
— Ja. Мне это очень интересно, и я натеюсь, что вы покашете мне кое-что еще… э-э… — Он покраснел. Эмили тоже покраснела. — Я имею в виту, мисс Крофт, мне ретко прихотилось витеть такое… В ошпем, описательно, но только попосше. А сейчас, пошалуйста, оставьте нас. Мне нушно посекретничать с херром фон Химмелыпмиттом.
По телу Эмили пробежала дрожь.
— Я слышала, о чем вы говорили, — прошептала она, широко распахнув глаза.
— Насчет освопощтения Крентеля? — с надеждой спросил герр Сироп.
Его надежда тут же исполнилась.
— Да! — сказала она, задрожав опять. — Вы и правда считаете, что это возможно?
Герр Сироп шумно выдохнул в усы.
— Ja, я тумаю, у нас есть шанс. — Он потер о штанину ногти на правой руке, критически оглядел их и, не удовлетворившись полировкой, потер еще раз. — У меня есть свой метот, — добавил он с загадочным видом.
— Но это же чудесно! — пропела Эмили, танцующей походкой подбежав к нему и схватив его за руку. — Что я могу для вас сделать? — выдохнула она прямо ему в ухо.
— Что? Вы? Нет, вам нушно просто потоштать, пока мы…
— О нет! Ну в самом деле! Я хочу сказать, мистер Сироп, я знаю все-все про шпионов, и про революции, и про межпланетные заговоры и прочие штучки. Я, кстати, нашла техническую ошибку в «Невесте паука» и написала о ней автору, а он прислал мне в ответ замечательное письмо, в котором признал мою правоту, — он, как выяснилось, не читал той книги, что я цитировала. Понимаете, там был один старик и молодой парень, и вот этот старик изобрел смертоносный луч и…
— Послушайте, — сказал герр Сироп, — нам не нушны никакие смертоносные лучи. Нам нушно просто стелать кое-что втайне от парней с трилистниками. А теперь пеките томой и потоштите, пока все кончится.
Лицо у Эмили затуманилось. Она тихонько всхлипнула.
— Вы мне не доверяете, — обвинила она датчанина.
— Но я этово не коворил, я скасал только…
— Вы такой же, как и все остальные. — Она склонила золотистую головку и потерла кулачком глаза. — Все вы! Вы все считаете меня чокнутой, вы верите этим жутким сплетням о личной жизни мисс Дункан, вы все хотите обезызвествить мою печень, а когда доходит до серьезного дела, вы просто прогоняете меня, как будто я какой-то безмозглый попугай, совершеннейший попка-дурак и…
— Я не коворил, что вы совершеннейший попка! — вскричал герр Сироп. Потом умолк и задумался. — Хотя, — пробормотал он немного погодя, — она у вас тействительно…
— …и смеетесь за моей спиной и… и… И-и-ы-ы-ы! — Эмили подавила рыдания, подняла голову и повернулась к лестнице.. — Не беспокойтесь, — сказала она безутешно. — Я уйду. Я знаю, что мешаю вам. Я хочу сказать: извините, я не хотела.
— Но… Pokker, мисс Крофт, я ше только…
— Минуточку! — пискнул Сармишкиду. — Пожалуйста! Погодите один кратчайший отрезок времени, пожалуйста. У меня есть идея.
— Да? — Эмили, сделав пируэт, улыбнулась, словно солнышко во время дождя.
— Я думаю, — сказал Сармишкиду, — мы должны довериться молодой леди. Возможно, ее осмотрительность и небезгранична, но патриотизм заставит ее быть осторожной. И хотя за время моего присутствия на Гренделе мисс Крофт не поощряла ухаживаний местных молодых людей, у нее, без сомнения, гораздо более широкий круг знакомых, нежели у нас с вами, двоих чужеземцев. Так что она сможет порекомендовать нам подходящие кандидатуры. Ну, разве не гениальная идея?
— Клянусь Иутой, ja! — воскликнул герр Сироп. — Исвините меня, мисс Крофт. Вы и впрямь мошете нам помочь. Сатитесь, пошалуйста, сюта и выпейте чистейшей ротниковой воты.
Эмили восторженно слушала, пока он излагал свой план. А затем вскочила, прыгнула к герру Сиропу на колени и горячо его обняла.
— Эй! — сказал он, хватая выпавшую изо рта трубку, осыпавшую тлеющими угольками его пиджак. — Эй! Это, конечно, очень приятно, но…
— У вас есть команда, старенький вы дурачок! — сказала ему Эмили. — Это я.
— Вы?
— И герр фон Химмельшмидт, разумеется. — Девушка улыбнулась марсианину.
— Я-а-а? — в ужасе пискнул Сармишкиду. Эмили снова вскочила на ноги.
— Ну конечно! — защебетала она. — Конечно! Неужели вы не понимаете? Вы все равно не найдете здесь настоящих космолетчиков. Я хочу сказать, автомеханик или шеф-повар вряд ли помогут вам смастерить передатчик, так зачем же разглашать наш секрет? Мы с мистером Сармишкиду сможем подать вам гаечный или вилочный ключ, или абак, или как там называется этот длинный вычислительный инструмент, не хуже мистера Гроггинса из кондитерской лавки, а если мы захотим посекретничать, то сможем поговорить друг с другом по-гречески. И я прекрасно умею заваривать чай, даже мама это признает, хотя сама я чай не пью, потому что он плохо действует на почки или что-то еще, но я возьму с собой сушеные абрикосы, бананы и яблоки, и только представьте себе, как разозлится этот ужасный майор Макконнелл, когда узнает, как мы его провели! Быть может, тогда он поймет наконец, что для мозгов крайне вредны виски с беконом, и откажется от них и начнет упражняться в классических танцах, потому что на самом-то деле он жутко пластичный, понимаете…
— О-о-о! — сказал Сармишкиду. — Нет, погодите, погодите, ach, погодите минуточку! Мы с вами не космолетчики, и О'Тул не примет нас в качестве экипажа!
— Я тумал оп этом, — сказал герр Сироп. — И сверился со свотом саконов. В чресвычайных опстоятельствах — типа наших — высший по сванию офицер, оставшийся на сутне — то есть я, — мошет веять сепе в помощь неквалифицированный персонал и присвоить ему статус космолетчиков, тействительный то конца чресвычайки. О'Тулу притется липо посволить мне потнять сутно с вами, липо выпустить твух моих товарищей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
