Практический совет 4. Автор придерживается той позиции, что проблему легче обезвредить, если начать о ней открыто говорить и точно так же действовать. Нет ничего плохого в том, что в помещениях офиса разместятся следящие устройства, а служебные телефоны будут подключены на прослушку. В конце концов, мы же идем на работу, а не в баню. Только следует, чтобы данный контроль был гласным и без элементов параноидной подозрительности. Ну и, естественно, необходимо позаботиться о защите системы мониторинга от несанкционированного считывания информации. Впрочем, это уже аспект чисто технический, попутно, правда, отметим – весьма и весьма недешевый. Может быть, можно как-то обойтись без установки тотальной системы недремлющего «электронного глаза»? В принципе сферу технического следящего мониторинга можно серьезно «ужать» (оставив за ней только сторожевые функции), если внедрить в коллективе систему деловых взаимоотношений, основанных на открытости, персональной ответственности и налаженной обратной связи. Мы считаем, что поговорить об этом следует подробнее.
1.3.4. Самоконтролирующаяся система, или Один в поле не сторож
Можно обмануть многих, нельзя обмануть всех. Как минимум, Божье око не дремлет.
Козьма Прутков. Мысль по поводу
Под самоконтролирующейся системой, направленной на предотвращение воровства, понимается нечто отличное от традиционного стукачества неких избранных «наверх» о том, как идут дела у их подчиненных. Охотники сделать карьеру на банальном доносительстве всегда были и вряд ли исчезнут в ближайшей исторической перспективе. Но не о них сейчас речь. Хотя о случаях хищения они вполне могут сигнализировать. Но, во-первых, сексотов по собственному почину, как правило, в коллективе в лицо знают все и прежде всего потенциальные воры. А во-вторых, с чего бы это вдруг доносчики обязательно должны быть честнейшими работниками на фирме? У них, пардон, другая моральная функция и свои сугубо личные меркантильные интересы. Они ведь тоже могут вступить в воровской сговор, да еще какой! Им ведь выписан официальный карт-бланш доверия со стороны начальства – свой ведь среди чужих. Так что подворовывать по-маленькому стукачам само положение велит. Что они зачастую и делают. Даже если и попадутся, то авось «заслуги» перевесят прегрешения.
Чтобы действительно поставить надежный заслон воровству, нужно сделать максимально прозрачным финансовый и материальный поток внутри подразделений фирмы. Приблизительно то, что налажено во многих западных фирмах и «тамошних» временных трудовых коллективах. Можно нанять персонал «на ставку», но держать его в неведении относительно действительной стоимости выполняемых работ. Предполагаемая разница, по старику Марксу, и есть то, что он ошибочно определил как «прибавочная стоимость». А можно показать действительную смету и оговорить процент оплаты, исходя из предполагаемых сумм. Решите сами, в каком случае больше шансов «завестись» воровству. Естественно, тогда, когда существуют утаивания, недомолвки, неподконтрольные суммы и непонятно за что выплаченные дивиденды. В деловой атмосфере типа «сделай карьеру – урви побольше» неизбежно возникнут условия для «нелегитимного присвоения» кусочка общей доли прибыли. (Даже привычное для нас использование служебного автомобиля в личных целях, по существу, есть воровство как минимум моторесурса и топлива. О моральных издержках для коллектива умолчим.) К воровству в традиционном смысле этого слова остается сделать один лишь шаг. И не сомневайтесь, кто-то непременно шагнет.
Куда сложнее придумывать всевозможные левые ходы, если каждый знает, куда и на что идут заработанные коллективом деньги. (Подобная финансовая прозрачность в советские времена была принята в производственных бригадах, работающих на условиях полного хозрасчета по так называемому аккордно-премиальному методу. Между прочим, сам термин «аккордный» произошел от немецкого akkord, что в переводе означает «соглашение, договорное условие»; а по-итальянски музыкальное accordo, означает «согласие, созвучие». Подзабыт порядком и термин «коэффициент трудового участия», применявшийся при оплате труда в студенческих строительных отрядах. «Наварить» лишние деньги там было, конечно, соблазнительно, но сложно – коллектив жестко контролировал финансовую деятельность руководства.)
Автор рискнет утверждать, что современный бизнес и присущие ему методы менеджмента слишком «затемняют» механизмы распределения общей прибыли. Дело не столько в персональных конвертах и особых фондах, а именно в тенденции недопущения гласного контроля за тем, «куда, и почему, и кому, и за что». Свобода финансового маневра для руководства фирмы оборачивается обратной стороной медали – в мутной воде неизбежно заводится своя маленькая прожорливая пиранья. Поначалу она будет отщипывать осторожно и понемногу, но аппетит, как известно, приходит во время еды. Воровство и коррупция стали бичом современного бизнеса во многих странах (волна начавшихся финансовых разоблачений в среде крупнейших корпораций США – очень показательный пример, но там всерьез взялись лечить слегка запущенную болезнь) потому, что резко ослаблен коллективный контроль за финансовыми потоками внутри самих фирм. Если топ-менеджмент постепенно превращает фирму в некий аналог вотчины, неизбежно возникает явление кормления на всех управленческих уровнях. Капиталистический, а точнее, рыночный способ производственных отношений деградирует до феодального, с его несанкционированными поборами и неизбежной стагнацией продуктивных сил. Тогда воровство и вымогательство (рэкет) станут нормой, к сожалению, далеко «не нормальной» жизни. Будем надеяться, что это лишь мрачная футуристическая модель, и мировое хозяйство откажется от такого сценария.
По сути, оно уже в конце 1980-х начало эволюционировать в сторону максимального раскрытия продуктивных сил через установление открытых паритетных договорных отношений в связке «работодатель – исполнитель». Там, где руководитель или даже глава фирмы и его персонал ничего не скрывают друг от друга, воровству просто не на чем закрепиться, не то чтобы развиваться. К такой доверительной открытости мы еще не готовы. Но если нет возможности перепроверить друг друга в общем деле, то как тогда добиться абсолютной честности во взаимоотношениях. Верить на слово? Наивно. Стыдить моралью? Не эффективно. Васька будет слушать и есть. Ужесточить наказание? Можно. Но придавленные страхом люди – уже не работники. Просвет видится только в указанном направлении: мы все доверяем друг другу, но каждый имеет право проверить другого или, во всяком случае, поставить вопрос о недоверии. Своему непосредственному начальнику, например: который тащит потихоньку, но все боятся об этом заявить – до Бога высоко, до царя далеко, а непосредственный руководитель отомстит по полной, тут уж как пить дать.
Сделаем попутно один не совсем приятный вывод: за линейным руководством, т. е. средним управленческим персоналом (а чаще всего именно он и ворует), одного административного контроля «сверху» не достаточно. Нужен действенный контроль также и «снизу», от вверенного ему персонала. Как это осуществить? Да хоть через анонимный почтовый ящик или «телефон доверия». Так в свое время поступил в своей клинике директор и великий хирург Николай Амосов (думается, в представлении он не нуждается). Его социологический опыт сейчас переживает ренессанс, его мысли и идеи ныне активно внедряются на «передовом технологическом Западе». И происходит это, видимо, потому, что он реально разработал и внедрил в практику систему действенной обратной связи от мала до велика. А ведь в среде врачей мздоимство – вещь почти узаконенная, чуть ли не традиция и норма. И у него получилось! Хотя общество не готово к такой кардинальной перестройке и по сей день. Все надеется изобрести трюк, чтобы воровство и коррупция исчезли в одночасье, как сорняки после гербицидов. С последними, правда, беда – земля после них не родит и люди болеют.
Итоговое резюме. Если вы хотите кардинально покончить с воровством, введите на своей фирме абсолютно прозрачные и честные правила для всех без исключения. И никогда не позволяйте их нарушить ни себе, ни кому бы то ни было и ни при каких обстоятельствах! Помните также, что сила личного примера руководителя со временем порождает устойчивую культуру и традицию и формирует менталитет для окружающих.
Согласитесь, врач с сигаретой, ратующий за здоровый образ жизни, – не убедителен. А поскольку он – врач, то подсознательно захочется взять с него пример. Нельзя бороться с воровством, не будучи честным и принципиальным даже в мелочах. Посредством налаженного контроля через обратную связь с персоналом (к вам всегда должен быть открыт прямой доступ) добейтесь того же и от всех остальных. Там, где каждодневно следят за чистотой все, а не только уборщики, мусор не заводится. Почему бы не поступать так и с воровством?
