Эту сыворотку он создал. В команде с несколькими сотрудниками, поддерживающими его идею. Нашлись и добровольцы, которые испытывали на себе препарат. При введении малых доз сыворотка, действительно, давала неплохой эффект. У людей притуплялось чувство боли, и они меньше боялись при столкновении со своими фобиями. Но при увеличении дозы, подопытные всё меньше походили на живых людей. Они почти не чувствовали боли и не ощущали страха ни перед чем.
Разработке Динера Градса не дали ход. Её признали опасной и не пустили в массы. Но он не утратил своих убеждений. Ему эффект нравился. Он загорелся идеей о создании «высшей расы», «идеальных людей». Ему пригрозили увольнением, если он не оставит свои безумства.
Градс посчитал себя зажатым в тиски и ущемлённым в реализации своих идей.
Однажды он покину Штаб, заявив, что покидает и планету. Конечно, заявление расценили не более чем пафосное высказывание. Но он действительно покинул планету с несколькими своими союзниками — на одном из кораблей Штаба.
В Штабе были уверены, что он скоро вернётся. Но он только прислал двух своих помощников. Они доставили его видеообращение. В нём Градс рассказывал о «новых людях», которыми можно стать, принимая курс его сыворотки. О якобы прекрасном мире, который он собирается создать, населённом этими новыми людьми. Он призывал присоединяться к нему, — Страйвуд продолжал сидеть чуть подавшись вперёд, глядя на Трейли, размеренно проговаривая каждое слово:
— Но его посланники не вернулись к нему с ответом, как он рассчитывал. Оказалось, что они давно перестали разделять его идеи, и для них это был повод сбежать обратно на Верис. Они рассказали и о других известных им планах Градса.
Тот понимал, что Штаб может не показать его обращение в новостях, как он того просил (и, конечно, Штаб этого не сделал). Он планировал тайно отправлять сюда своих сторонников, чтобы те привлекали на свою сторону людей. Для жизни «в новом лучшем мире». А мир этот он хотел строить, конечно, не на корабле в открытом космосе. А на Земле.
Ещё будучи профессором Штаба, он был убеждён, что земляне нерационально используют ресурсы своей планеты, и что они скоро просто её погубят. Он яростно прогнозировал скорое истощение ресурсов Земли. И считал, что у землян есть только один выход — освободить большие территории, чтобы природа могла вздохнуть. И загоревшись созданием этой «новой расы», он уверился, что такая благоприятная для жизни планета должна принадлежать «лучшим людям». Стереть с лица Земли всё ненужное он планировал с помощью метеоритов, обрушив туда их потоки. Сделать это он собирался с помощью особых волн, способных двигать большие предметы на расстоянии, задавая им траекторию. Над созданием таких волн он работал ещё в Штабе, и на корабле он продолжил это дело.
Тогда Штаб взял на себя ответственность оберегать Землю. Наблюдать за Космической обстановкой, чтобы в сторону Земли не было угроз. Через некоторое время угроза, действительно, возникла. Были замечены метеоритные потоки, которые были раздроблены с корабля Вериса, дежурившего в Космосе.
Тогда работники Штаба впервые открыто полетели на Землю, тогда отсек Исследования Космоса переименовали в отсек Связи с Землёй и Космосом, и тогда спецслужбы на Земле узнали о существовании Вериса. И об угрозе Земле. И наши полёты на Землю — это не всегда просто дипломатические визиты. И дежурства наших кораблей в Космосе осуществляются по сей день.
С началом этих дежурств Динер Градс вышел на связь со Штабом. Он сказал, что считает Верис своим домом, но Верис мешает его планам, и поэтому он хочет войны. Он хочет честного сражения, которое и «определит, кто прав». Ему нужно было время для создания армии путём клонирования. Он утверждал, что на это уйдёт несколько лет, и нападать без предупреждения он не будет.
До сих пор он держит своё слово. Он выходит на связь с отсеком СЗК. И уже совсем скоро нас ожидает схватка. Подготовка Вериса пока заключается лишь в том, что большинство работников Штаба знают эту историю и проходят учения. Скоро Штаб сообщит обо всём в новостях, и мы будем ждать добровольцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А теперь самое главное. Кто в этой истории ты…
Глава 9
— Штабу стало известно, что помимо армии клонов, Градс готовит особое оружие, созданное с учётом ДНК жителей Вериса. Раны от него должны убивать нас, как обычных земных людей.
Совет глав отсеков Штаба принял решение, что нам нужна армия из особенных людей, людей с другим генотипом. И тогда было придумано, что для этого нужны земные люди. Решили, что младенцы, рождённые на Земле, за несколько лет на Верисе смогут мутировать (как это случилось с нашими далёкими предками, прилетевшими на Верис с Земли). Эти выросшие дети будут столь же сильными, но будут обладать другим генотипом. И они могли бы составить самую сильную часть нашей защиты.
Конечно, с Земли хотели забирать только брошенных одиноких младенцев. А сначала было решено взять одного малыша для… эксперимента. Нужно было убедиться, что в нём будут происходить изменения.
Отправленные на Землю с этой миссией работники Штаба случайно увидели пожар в жилом доме, а в окно был виден младенец. Казалось, ему остаётся жить несколько секунд. И они вытащили оттуда ребёнка. Тогда и приняли решение забрать его с собой и привезти в Штаб.
Да, этим младенцем была ты, — тут Страйвуд опустил взгляд в стол и продолжил:
— Ты росла в Штабе. И ты менялась. Улучшалось зрение, слух, работа внутренних органов… ты становилась сильнее. За несколько лет ты стала человеком Вериса.
Я только пришёл в Штаб, и молодому работнику, конечно, никто не собирался всё рассказывать. Но я случайно увидел тебя, и был сильно удивлён ребёнку в Штабе. Тогда мне решили рассказать про проект.
Только позже его всё-таки закрыли. Других детей решили не набирать. Посчитали это неправильным и… негуманным.
У этого проекта было название, — как-то виновато проговорил он. — Попытка Реализовать Экспериментальную Личность… Лимфу. Последнее слово добавили просто чтобы красивее звучала аббревиатура. Не ТРЕЙ, а ТРЕЙЛИ. Лимфа — это некая жидкость в организме человека, — вздохнув стал разъяснять Страйвуд, будто считал своим долгом дать справку об этом слове. — Лимфатическая система участвует в создании иммунитета, защите организма. И вот младенец должен был стать… как бы… кирпичиком защиты всех нас, — сбивчиво закончил он, морщась от ощущения того, как это по-дурацки звучит.
И после этого поднял глаза на Трейли. Она не двигалась.
— Трейли? — осторожно позвал Страйвуд.
— Оказывается, у меня нет даже имени, — горько хмыкнула она. — Ведь «Трейли» — это просто название эксперимента. Опыта! — произнесла она отрешённо, глядя сквозь него.
— Ты не права.
— Конечно, права! Это не было спасение. Из меня хотели сделать солдата!
— Тебя спасли. Ты бы сгорела, — возразил Страйвуд.
— Спасли, чтобы забрать на другую планету и проводить опыты? Наверное, за это я ещё должна быть благодарна? Да, профессор Страйвуд Лэмс?
— Не называй меня так.
— Моего Страйвуда не существует! Существует профессор Лэмс. Твоя опека и забота — это не любовь. Это долг.
***
Трейли прыгнула, точно попав на свой флайфаст.
Она почти не понимала куда летит, вокруг было всё размытое, нечёткое. Она не помнила, как оказалась за чертой Города, как так быстро наступил вечер, и как она оказалась на утёсе, где любила смотреть на звёзды. Воспоминания обрывками выдавали вид зелёного поля и слепящего солнца, затем массивные стволы деревьев и бьющие по лицу тонкие прутья. Потирая засохшую кровь на бедре, она вспомнила ощущение тёплой боли от острого обломка ветки.
Откуда-то издалека донёсся звук собственного передатчика на руке. Переведя взгляд, она увидела, что звонит Райлес. И там была куча пропущенных вызовов. От него и Страйвуда. Она легла на спину, слушая какой-то чужой, чей-то звонок. Ветер порывами гулял по лицу, звёзды закружили её, как обычно, и уносили за собой.
