Дионисий постепенно подвёл разговор к тому, о чём мы с ним как-то уже беседовали. О том, что из меня получился бы достаточно неплохой экзорцист? Однако, я не собирался поступать таким образом, и так глупо подставляться. Так как понимал, что очень сильно буду рисковать. Я тут же отрицательно ответил на такое предложение, просто заявив о том, что банально не вижу в этом никакого смысла. Ведь, по сути, если так поступить, то риск будет просто запредельным. Тем более, что я не собирался становиться одним из священнослужителей. Пусть сам этими делами занимается. Я уже столкнулся с тем, что агрессивно отношусь к таким делам и фанатизму. Поэтому и ответил ему о том, что не считаю нужным соваться в такое дело. А если вдруг кто-то считает, что я таким образом почему-то наношу вред либо церкви, либо даже королевству, то пусть найдёт этому какие-нибудь доказательства? Тем более, что я понимал один важный момент… Именно про то, что отправившись служить в орден экзорцистов, мне придётся забыть о мирской жизни. Извините… Но она мне нравится! Какой мне смысл от неё отказываться, если сейчас я фактически нахожусь на её вершине? По крайней мере, в нашем мире. Уже только поэтому, мне следует понимать, что в сложившемся положении, не стоит этот факт недооценивать. И, в частности, это не стоит недооценивать именно тем, кто советует мне подобное.
Судя по мрачному лицу отца Дионисия, именно в этой ситуации, он явно рассчитывал на другой ответ? Ну, да… Ведь именно от этого ответа сейчас зависело то, что он будет делать дальше? Как и следовало ожидать, практически сразу после моего ответа, он отвлёк моё внимание от стола тем фактом, что спросил про голову медведя, украшавшую стену в данном зале. Его внезапно заинтересовало то, когда я добыл такой весьма интересный трофей? И вообще, как я выжил после такого столкновения? Я спокойно отвернулся, и был не удивлён, когда Кадавр сообщил мне про лёгкое телодвижение этого индивидуума, который забросил в мой кубок какую-то странную горошину. Которая тут же растворилась в имевшемся там вине. Стараясь ничем не демонстрировать своего огорчения такими действиями с его стороны, я постарался принюхаться к запаху вина. И практически сразу почувствовал разницу. Запах действительно отличался. И это самое отличие сказало мне о том, что именно было подмешано в мой кубок. Как ни странно, это пока что был не яд. Это было специальный сбор трав, который, так сказать, развязывает языки. Так что, уже со спокойной душой, я сделал вид, что отпил пару глотков из этого кубка. А слуга, уже заранее получивший приказ, так же сделал вид, что снова его наполнил. Вспомнив о том, какое действие на разумного оказывает этот состав, я постарался сделать вид, что он на меня подействовал. И, как факт, отец Дионисий начал задавать быстро, и очень много, разных вопросов. Именно в отношении того, как, откуда, и зачем, я узнал про тот самый монастырь, где хранилась ядерное оружие. Я старался отвечать ему так, как отвечает человек в таком состоянии. Слегка путано, сбиваясь на мелочах. И постоянно отвлекаясь в сторону. Ну, я говорил ему о том, что в данном случае собирал информацию у различных нищих, которые пришли с той территории. У торговцев, которые на те земли иногда заезжали. И даже пару раз столкнулся на постоялом дворе со священнослужителями, которые распространяли слухи про проклятый монастырь. Чем больше я говорил этих глупостей, отводя зону внимания этого священника от истинных источников информации, тем больше он мрачнел. Судя по всему, таким слухом нельзя было распространяться? А значит, после того как он разберётся со мной, этот разумный отдаст приказы для тех, кто должен будет постараться избавиться и от тех разумных, кто мог проговориться о таких вещах. Исходя из всего этого я понимал, что положение становится, как раз-таки, именно критическим. Всего лишь по той простой причине, что отец Дионисий решил всё-таки от меня избавиться. Вот зачем он задаёт все эти вопросы? Ведь он и сам прекрасно знает о том, что я хороший травник? А если это так, то я и сам достаточно быстро пойму всё, что касается этой травы, и того, чего именно он добивался таким образом? Так что можно понять, что на нашей дружбе только что им самим был поставлен большой и огромный могильный крест. Ну, что же… Он сам сделал первый шаг! Я его не заставлял этого делать. Особенно если учитывать этот факт, что этот индивидуум, после этого своеобразного допроса, снова отвлёк меня от стола глупым вопросом. И опять подкинул мне в кубок какую-то горошину. И сейчас я уже не прельщался… Так как понимал, что нюхать теперь вино мне просто нет смысла. Это яд. Возможно, какой-то медленный? Ну, не нужно же ему привлекать к себе внимание моей смертью в его присутствии? Нет. Он не настолько дурак. А значит, скорее всего, это яд очень медленный. Так что можно понять, что мучиться я буду долго. И, возможно, от него нет никакого противоядия? Навскидку я мог бы назвать минимум два таких яда. Поэтому, можно было понять, что он действительно зачеркнул наши взаимоотношения. На корню.
Конечно, я понимаю, что раньше он хотел меня спасти? Но тогда он чувствовал обязательства, не передо мной, а перед моим дедом. Старым графом де Арн. Однако сейчас видимо на кону стояло нечто более серьёзное, чем жизнь какого-то мальчишки, и сиюминутный интерес Церкви? Нет. Я зацепил этим откровением достаточно серьёзную проблему, которая прямо касалась деяний представителей этой организации. Как результат, можно было сразу понять, что церковники не оставят меня в покое. То есть, если я хочу жить, мне самому нужно постараться с ним разделаться.
Воспользовавшись тем, что отец Дионисий снова направил моё внимание на стену с трофеями, я даже встал и пошёл туда. Именно для того, что этот разумный мог спокойно провернуть своё дело. а потом, привлёк его же внимание к этому же трофею, попросив этого священника подойти ко мне. чтобы показать ему размер клыков этого монстра. Когда тот встал и подошёл ко мне, старательно делая вид, что он заинтересован в моём рассказе, а я в этот момент нёс какую-то чушь о том, что этот монстр, гоняясь за мной, своими клыками зацепился за дерево, и встрял ими в древесину практически на глубину моей ладони, аккуратно выскользнувший за его спиной слуга, быстро поменял наши кубки местами. Всё только для того, чтобы отец
