Первая и единственная безобразная ссора случилась в апреле. До этого я несколько раз намекала, что пора бы Саве найти работу, время свадьбы приближалось, а он так и не начал шевелиться в этом направлении.
- Мы не сможем жить на одну мою зарплату, а брать деньги для нашей семьи у Егора - неприлично! - старалась как можно мягче донести свою мысль, - Он и так на данный момент оплачивает все твои расходы, включая подготовку к торжеству.
Савелий дико разозлился и уехал, хлопнув дверью. Вернулся в стельку пьяный и, сделав пару шагов от порога вглубь квартиры, начал кричал, что в гробу видел и меня и счастливую семейную жизнь. Я, вышедшая на шум, не на шутку испугалась. Апогеем стало внезапное возвращение в разгар ссоры Егора, который на несколько недель уезжал в Грецию по делам бизнеса. Мы договорились, что поживём в их с братом квартире, пока он в командировке.
Зайдя в прихожую, увидел орущего брата, бросил дорожную сумку и с размаху врезал ему в челюсть. Сава вырубился, а я остолбенела. Егор, не обращая внимания на валяющегося брата, шагнул и поймал в объятья. Прижал, шумно вдохнул запах моих волос а потом прикоснувшись носом к виску, болезненно сполз им по скуле и... исступлённо впился в губы. От неожиданности я провалилась в этот поцелуй, ощущая во всём теле гремучую смесь чувств. Трепет, нежность, страсть, желание и щемящую боль. Сколько длилось это помешательство? Пару секунд или пару минут? Очнувшись, в ужасе от всего происходящего - отшатнулась.
- Любава, - его голос бил по нервам, а взгляд выворачивал наизнанку, - Выходи за меня! Савелий со временем поймёт. - он осёкся, потом мучительно продолжил, - Да это и неважно. Ты создана,чтобы тебя любили, а не вот это... - он впервые глянул при мне на брата неприязненно.
Что-то внутри дёргалось и не давало покоя, когда он так называл, так смотрел... Потому что делал это редко и всегда вкладывал слишком много смыслов, особенно сейчас, и особенно сейчас я эти смыслы боялась понимать.
- Мы справимся, - упрямо ответила. Голос звучал глухо.
Не глядя на валяющееся тело будущего мужа, я осторожно обошла Егора, сняла с вешалки куртку, надела сапоги и выскользнула за дверь. На улице, переведя дух, вызвала такси и уехала к себе домой. Это был наш первый и последний поцелуй.
Увидев меня на пороге, папа очень удивился. Сидя на кухне за чашкой чая, я всё рассказала. Савелий ему нравился, поэтому он сразу встал на его сторону.
- Ну с кем не бывает? Ты дочка главное — всегда помни, что брак строится на вере, любви, понимании и поддержке друг друга!
Родители прожили счастливую жизнь душа в душу, когда мама серьёзно заболела и стало понятно, что умирает, папа выложил все силы ухаживая. Ни разу не смалодушничав, не пожаловался на судьбу. Поэтому я ему верила, как себе.
Ленке ничего не рассказала. К счастью, все мои сомнения и переживания не оправдались. Сава на следующий день приехал с огромным букетом и искренними извинениями. Я простила и забыла. Егор делал вид, что ничего не произошло. Общался как обычно как со мной, так и с братом. Что произошло после моего отъезда между ними, я не знала, а Савелий, когда я спрашивала - неловко смеялся, не расколовшись даже со временем.
Свадьбу мы сыграли летом. После того происшествия муж резко взялся за ум, устроился на работу, поэтому в свадебное путешествие полетели уже зимой. Сава оказался действительно упёртым, точнее, упорным. А ещё умным. На работе потом и кровью быстро завоевал уважение начальства. Быстро стал одним из лучших менеджеров, с довольно высокой зарплатой. Уже через год мужа повысили до начальника отдела продаж. Тогда мы и решили, что хотим детей. Костя родился только спустя два года, став долгожданной радостью. Я погрузилась в семью и сына, муж предложил уволиться. Я с радостью согласилась...
Однажды поздней осенью, когда за окном становилось всё темнее и холоднее с каждым днём, опали листья, а на душе было тошно от постоянных дождей, Савелий пришёл домой хмурый. Фирму, где он работал уже полгода, как штормило. Костя болел и никак не мог выздороветь. Только вылечили простуду, как заболели уши. Вылечили уши, обнаружился бронхит. Который в итоге оказался коклюшем. Маленький заходился кашлем, а моё сердце обливалось кровью. Практически перестав спать по ночам, постоянно бегала в комнату сына, как только слышала хоть малейший звук оттуда. Меня пугали, что подобные приступы могут закончиться рвотой, и у ребёнка есть шансы захлебнуться ею. Я начала тихо ненавидеть врачей и больницу. И совсем испугалась, когда однажды упала, заснув стоя у плиты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Наша фирма закрывается, - муж походил на ту тучу, что за окном сыпала то ли дождём, то ли первым снегом.
Его слова чуть окончательно не уронили меня в депрессию. Помню, как села прямо на пол и разрыдалась. Сава бросился обнимать и, зацеловывая, на руках потащил в комнату. Там аккуратно положив на кровать, укрыл одеялом.
- Я что-нибудь придумаю! - его глаза излучали тепло и тревогу одновременно, - Любимая моя Любочка — синенькая юбочка! Я всё решу. Отдыхай, около сына сам сегодня подежурю.
Через долгих три недели Косте полегчало, через месяц у нас был семейный бизнес. Через два я случайно узнала, что помог брат. А потом Егор внезапно уехал в Питер, переведя весь свой бизнес туда.
Для меня это стало очередным шоком. На протяжении всех пяти лет он был по-прежнему одним из самых близких людей для мужа. И меня. Нянчился с Костей, как с собственным сыном. Они очень трогательно дружили. Так и не женился, уйдя с головой в любимое дело. Налаживал и развивал прямые поставки продуктов из Греции. У него было несколько складов, интернет-магазин, куча сотрудников. Я даже представить себе не могла, как он всё это перекинул в другой город. Но факт оставался фактом - Егор уехал, и общаться мы стали редко.
Саве было сложно со свежеиспечённым бизнесом. Собравшись с силами, я начала помогать. Первое время часто звонила Егору - консультировалась по вопросам продвижения в интернете и поиску производства. Общался он доброжелательно, но сухо. Однако всегда помогал, делая даже больше, чем я ожидала...
В Москву приезжал за это время лишь однажды - пять лет назад, когда Ленка с грохотом разводилась. Поддерживал её, содействовал в разных вопросах. Иногда я ловила на себе и своём округлившемся животе его пронизывающий взгляд, который он быстро "исправлял" на спокойно — доброжелательный. О беременности он так и не спросил, потом, когда Ксюша родилась, мы просто позвонили ему и сообщили. Он поздравил и прислал кучу подарков. И мне и новорождённой. А Косте он и так их постоянно присылал.
Как поведать ему о том, что происходило сейчас - я не представляла...
На ночь глядя
Сейчас.
Дети потихоньку укладывались спать. Костя с воодушевлением читал Ксюшке одну из свеже купленных книжек - "Тень каравеллы" насколько я уловила повествование. Дочь всё время перебивала, то спрашивая будут ли в истории девочки или всё только про мальчишек, то - что такое "керосин", "бриг", "ванты". Брат терпеливо объяснял, что знал, а что не знал — подбегал спрашивать меня.
- Мам, а «Пятнадцатилетнего капитана» кто написал?
- Жюль Верн.
- Я хочу его почитать, у нас есть?
.....
- А что такое "испанка"?
- Болезнь.
- Нееее, она с кисточкой.
- Тогда пилотка, шапочка такая летняя.
Сын слегка обиделся.
- Я знаю, что такое пилотка, мы же в школе на девятое мая костюмы готовили.
....
- Мам, мам, а мыс Горн где находится? - Костя в десятый, а может, в сотый раз дёргал меня.
В иное время я бы и дальше ему терпеливо объясняла, сегодня силы были на исходе. Мужа всё ещё не было, звонить ему не хотела. Уже убравшись после ужина сидела на кухне и болезненно читала Ленкины чаты. Внутри, переливаясь всеми цветами тоски, обиды и горечи, мыкалась боль. Стоило больших усилий не показывать это сыну.
