хорошо справляетесь. Пропитание, спальное место, меры безопасности. Каков ваш уровень дохода? — спросила женщина в строгом костюме.
— Средний. Мой парень работает коучем на удалёнке. В месяц где-то… сорок тысяч?
— Сорок пять, — смущённо поправил Демьян.
— Ну а я официанткой пока подрабатываю. В следующем году думаю продолжить учёбу на пекаря.
— Вы планируете подавать заявку на пособие для молодой семьи?
— Молодой семьи? Ну… мы же не женаты.
— Тогда, вам, Демьян Дмитриевич, положено пособие как опекуну-одиночке. Пускай Егор и не ваш сын, но вы несёте за него ответственность. Вот образец заявки для заполнения. Если что, вы можете связаться с нами на сайте, и, если надумаете — приходите к нам в центр. Мы вам поможем.
— Премного благодарен, — взяв скреплённые листки бумаги, отвечал тот.
Социальная работница удалилась за дверь. Занавес. Мы все трое чуть ли не по стеночке сползли. «Блять, такой напряжённой я ещё никогда не была. Мне надо срочно покурить».
Глава Шестая: Что-то начинает происходить
Я помню белые обои, чёрная посуда
Нас в хрущёвке двое, кто мы и откуда?
Задвигаем шторы, кофеёк, плюшки стынут
Объясните теперь нам, вахтёры
Почему я на ней так сдвинут?
Бумбокс — Вахтёрам
Демьян почти каждый вечер выходил по видеосвязи с молодыми людьми, и учил их английскому. Вот только с технологиями он всё ещё был на «вы», и мне частенько приходилось отрываться от своих занятий, чтобы помочь ему в той или иной проблеме. А когда на экране мелькает молодая красивая девушка, вы сами понимаете, это поднимает настроение учеников. Оценки на сайте загорались звёздочками пять из пяти.
Дни плавно плелись. Снег таял. Плакали сосульки, висящие семьями на карнизах. Набухали почки на веточках. Весна в полной мере заявила свои права. На работе ничего не происходило. Глеб всё так же похабничал, чем бесил и меня и кассирш из «Пятёрочки».
Когда я пришла домой, то обнаружила, что Егора нет. На часах уже девять вечера. Обычно он так не задерживается.
— Где пиздюк?
— Гуляет.
— Где?
— Сейчас, эм… как же там вызвать эту штуку? — Демьян полез в телефон, стараясь самостоятельно запустить приложение родительского контроля. С его помощью мы могли следить за местонахождением телефона Егора. — А. Он во дворе.
Я последовала к окну, открыла его, и увидела, как Егор играет с каким-то пацаном с палками. «Мальчишки — есть мальчишки».
— ЕГОР! — заорала я во всю глотку. С пятого этажа, наверное, меня было едва слышно. — СКОРО ДОМОЙ, СЛЫШИШЬ? ДАВАЙ ЗАКРУГЛЯЙСЯ.
«Чувствую себя мамочкой», раздались в голове приятные мысли. Когда же наш сучёныш вернулся, мы втроём ужинали обалденным пловом с красным рисом и натуральной свининой. Жирно вышло — пиздец. Пришлось глотать пилюли Омепрозола.
После ужина мы посмотрели «Джокера» на моём ноутбуке, да уложились спать.
— Не перестаю удивляться чудесам кинематографа. Целые красочные спектакли можно вот просто взять и поместить в крошечную железку.
— Ты о флешках? Ну да, соглашусь. Для тех, кто не разбирается в том, как всё устроено, любые технологии — это магия. А ты пойди, разбери всё на составные части, обглодай каждый кусочек, а поняв принцип работы, магия теряется.
— Звучит печально, — прошептал Демьян.
— Зато такие знания дают возможность творить эту самую магию для других.
* * *
На выходных мы решили прогуляться в парке и подышать свежим воздухом. Не всё же нам торчать в квартире в четырёх стенах? Дорога в парк шла через бульвар. Я сменила свой старый плащ на новый осенний тренч с поясом и широкими лацканами. Правда сапоги ещё не успела обновить. Ноги промокли из-за рыхлого снега. Мимо нас прогуливались такие же люди и чуди. Пачка друзей, парочки, семьи, мамочки с колясками, собачники. Егор залип в телефоне с кем-то переписываясь. Вскоре мы поняли, что он позвал своего друга погулять. Двое оболтусов встретились и обменялись «тайным рукопожатием».
— Мы пойдём дальше, ладно?
— Иди-иди, я тебе что, мамочка, чтобы давать своё разрешение?
— Не влезай в неприятности, — добавил Демьян.
Егор и его товарищ торопливо куда-то побежали, звеня голосистым смехом. «Наверняка пошли искать бычки на какой-нибудь остановке», подумала я.
Мы с Демьяном шли просто рядом, от чего стало как-то неловко. Крылья под его курткой слегка выпирали. Видимо они тоже мёрзнут. Людей вокруг становилось всё больше и больше.
— Ты сделала невозможное, Соф.
— Только заметил? — хитро сощурившись, я наигранно захихикала. — Я жопу так-то надрывала ради вас обоих. И если у тебя нет в списке твоих заклинаний что-то типа возвращения всех моих утраченных нервных клеток, то прости, ты уже ничем не сможешь мне отплатить.
— Не говори так, — серьёзно попросил Демьян. — Для чудей долг — это непросто слово. Мы крайне ответственно относимся к любым клятвам, которые даём. Друзей мы одариваем благом, а врагов проклинаем, по справедливости.
— Мне ты ни в чём не клялся, так что забей.
— Кого? У тебя есть враги?
— Э… нет. Это такой жаргон, мол «забудь», или «не важно».
— А. Понятно. В общем, я хотел до тебя донести, что если хочешь, что угодно, я попробую тебе это дать. Обещаю.
То ли холод внезапно на меня нахлынул, то ли ещё что, а щёки раскраснелись до самых ушей. Эти его глубокие синие глаза сейчас казались почти чёрными из-за пасмурной хмурой погоды. «Всё, что хочу? А чего я хочу?»
— Сейчас я хочу, чтобы ты вёл меня за руку. Можно? — в ответ Демьян мягко улыбнувшись, подал мне свой локоть, в который я тут же вцепилась.
Ползя как улитки прогулочным шагом, мы дошли-таки до конца бульвара, где на деревянных подмостках проводилась какая-то акция. Промоутеры раздавали листовки, а ведущий проводил конкурсы прямиком из старого советского журнала «Мурзилка». Вызывал деток на сцену, подавал им микрофон и просил рассказать какой-нибудь стишок, и всё прочее в таком духе. Люди толпились у сцены как селёдка в банке. Меня аж передёрнуло.
— Уф, жуть.
— Мне тоже не нравится. Пойдём домой?
— Ага. Только пиздюка нашего предупреди. А то он нас обыскается.
— Сейчас напишу.
Пока мы шли до дома, в голове я перекручивала весь пройденный прогресс бывшего короля чудей. «Его даже унитаз озадачил в первый день нашего сожительства. А звук микроволновки напугал до чёртиков. Помнится, он однажды перепутал холодную воду с горячей, и ошпарился, когда руки мыл. И вы только посмотрите на него сейчас: спокойный, тихий, невозмутимый. Быстро же ты привык к человечьему миру. Мне аж, сука, завидно. Я-то к студенческой общаге полгода привыкала! Постоянно терялась и опаздывала на пары».
— Чуди хорошо обучаются, да?
