Читаем без скачивания Как убить свою свекровь - Дороти Кэннелл

Потрясающе! Из всей компании лишь Резвушка не понимала, какой муравейник разворошила. Вполне возможно, она сделала это не нарочно. По-моему, она слишком занята собой, чтобы сознательно пакостить, но деликатностью Господь ее явно обидел. Впрочем, не мне бросать в нее камни. В тот момент я отчаянно жалела, что пригласила миссис Таффер и вообще затеяла этот парадный обед. Вот когда я поняла, что на самом деле дорога в ад вымощена словами «я хотела как лучше». Ведь предупреждал же меня Бен, что его родители никогда не отмечают годовщину свадьбы. Причина, конечно, пустяковая (я подозревала, что дело ограничилось гражданским браком), но какое это имеет значение, если в результате моя свекровь орошает свою тарелку слезами?!

– Исаак, – всхлипнула она, – нас загнали в угол, и я не вижу выхода, кроме как открыть нашему мальчику страшную истину.

– Давай, Мамуля! – В голосе Бена слышались нежность и обреченность. – Я не вычеркну тебя из своего завещания только за то, что вас поженили в мэрии.

Вместо ответа раздался стук капель – слезы Магдалины лужицей расплывались на скатерти. Мне померещилось, что Резвушка вот-вот брякнет, мол, мигом отстирается, но молчание нарушил Папуля:

– Я всегда говорил, что ты имеешь право знать, сын, и я давно хотел признаться тебе, что мы… я и твоя мать… никогда не свершали священного таинства бракосочетания…

Бен побелел как скатерть.

– Вы не женаты?!

Резвушка захлопала в пухлые ладошки.

– Мэгги, никогда бы не подумала, что ты способна на такое!

– Чего-то мне сдается, – заговорил Джонас, тщетно пытаясь спрятать в усы ухмылку, – что я совсем не ведал жизни…

– Разумеется, мы женаты! – возмутился Папуля. – Разве нужен судья или священник, чтобы скрепить брак? Суть ведь в том, чтобы мужчина и женщина дали друг другу клятву верности! Если этого мало, есть еще кольцо! Бен, неужели ты думаешь, будто я способен был выложить четыре фунта десять шиллингов за кольцо на руке твоей матери, если бы не считал, что мы с ней навеки одно целое?!

– Я незаконнорожденный! – Мой супруг вздернул одну бровь, потом вторую, словно только что научился этому трюку.

– О, сынок! Не говори так! – прорыдала его родительница.

– Я не виню тебя. – Бен стиснул подлокотники кресла, словно собирался рухнуть вниз с американских горок. – Ты была юной, наивной девочкой.

Папуля бабахнул кулаком по столу.

– Да ей было под сорок!

– Я попытаюсь объяснить тебе, Бен… – Мамуля подняла личико заплаканного эльфа. – Тогда были другие времена. Родители Исаака поклялись, что покончат с собой, если нас поженят в церкви, а мои родители обещались сделать то же самое, если мы пойдем в синагогу.

– А чем вам регистрация в мэрии не угодила? – Голос моего мужа звучал уже гораздо мягче.

Магдалина охнула.

– Ноги моей не будет в этом нечестивом месте!

– И все-таки придется мне вычеркнуть вас из завещания.

Какой же Бен у меня молодец! Он отлично держался и так вовремя перевел все в шутку. Его не выгонят из гильдии шеф-поваров, не попросят из клуба. Меня удивило только то, что Мамуля не почувствовала укоров совести и не вышла из римско-католической церкви, но она сама объяснила это:

– Говорят, что человек может уверить себя в чем угодно, если очень в этом нуждается. Поэтому всякий раз, когда вокруг заговаривали о моей свадьбе, я представляла себе, будто ее играли в церкви Святой Богоматери Марии и венчал нас отец О'Дугал, как мне всегда мечталось…

– Но ведь еще не поздно! – воскликнула я, в очередной раз сунув свой нос куда не просят. – Можете наконец сыграть свадьбу своей мечты! Бен будет вашим посаженым отцом, Мамуля!

– А я могу быть подружкой невесты! – В голосе Резвушки на сей раз отнюдь не слышался восторг.

Джонас шутливо отдал честь:

– А я цветочки обеспечу!

– Нет, Мамуля, я не успокоюсь, пока не устрою твою личную жизнь! Учти, мы с Элли не молодеем и не будем с тобой вечно. – Бен снова демонстрировал отличную форму. – Естественно, я сперва переговорю с Папулей, чтобы убедиться, что он может содержать тебя и будущих крошек…

Магдалина зарделась, на щеках ее заиграли ямочки.

– А что, Исаак, наверное, лучше всего пойти в церковь здесь, где нас никто не знает…

– Церковь? – Папуля не верил своим ушам. – Так вот, Магдалина, знай: если эта церемония где-нибудь и произойдет, то только в синагоге.

– Родители, не ссорьтесь! – воззвал Бен, но это был глас вопиющего в пустыне.

Его предки вскочили на ноги и сверлили друг друга взглядами через стол.

– Какая же я была дура! – Личико Мамули сжалось в кулачок. – Ты отказался венчаться со мной в церкви вовсе не из-за родителей. Ты о себе в первую очередь думал, эгоист! И так было каждый миг нашей совместной жизни!

– Ну, если ты так считаешь… – Кустистые брови Папули сердито встопорщились. – Отныне я буду обходить тебя за милю, Магдалина! Мне лучше переночевать в гостинице!

Так я и поверила! Пустые угрозы! От одной лишь мысли о том, что придется выложить кровные денежки за ночлег, когда есть дармовая кровать, Папуля может сойти с ума.

– Ну зачем же так, – лицемерно запротестовала я. – Давайте вы поговорите с Мамулей на досуге и…

Магдалина смерила меня гневным взглядом.

– Не стану я с ним разговаривать! Если после сорока лет совместной жизни он решил от меня уйти, пусть уходит! А еще лучше – пусть уезжает на такси с Бетти. Суда по ее поведению, она весь вечер только на это и напрашивалась!

– Мэгги, дорогуша, это же нелепо! – запротестовала Резвушка, ухитрившись состроить мину шестнадцатилетней девственницы.

– Врешь ты все! – Метнувшись через гостиную, Мамуля рывком распахнула дверь, отчего миссис Мэллой, собиравшаяся впихнуть в гостиную кофейный столик, завертелась волчком. – Но вот что я тебе скажу, Бетти! Можешь забирать его! Вместе с его храпом. Я не выйду за Исаака Хаскелла, даже если бы он остался единственным мужчиной на земле!

Глава шестая

Я мечтала закончить приятный вечер, сунув голову в духовку с открытым газовым краном, но Рокси Мэллой в зародыше убила мои мечты.

– Только не в моей чистенькой кухоньке! Ни за какие помидоры! – Она шлепнула посудной тряпкой по краю мойки. – Погодите-ка, я не ослышалась? Ваши родичи никогда не были женаты и все такое?

– Все дело в вероисповедании…

– Ага, значит, они решили на все плюнуть и жить во грехе?

– Если муж и жена живут душа в душу… Интересно, где в таком случае у человека душа?..

– Ну и охальный же у вас язычок, миссис X.! Вот кого мне жалко, так это мистера X. Дитя из неполноценной семьи. Он уже спит?

– Пошел проверить, как там близняшки.

– Небось уж всласть нарыдался, бедная сиротка! – Рокси вытерла слезы посудной тряпкой. – А когда мне доведется лечь, одному Богу ведомо!

– Кто-нибудь из нас отвезет вас домой, – пообещала я. – Вы же понимаете, что не пристало отправлять вас вместе с Папулей и миссис Таффер.

– Бедняге не помешала бы дуэнья, если хотите знать мое мнение! Он сейчас оч-чень уязвим, а эта баба – акула, каких свет не видал! Похоже, вы способствуете разврату престарелых, коли одолжили им машину мистера X.

– А что мне оставалось делать? Мамуля выгнала Папулю из дому. Им нужно время, чтобы поостыть. Надеюсь, завтра утром он вернется со шляпой в одной руке и букетом цветов в другой.

– Пустые мечты, миссис X.! Старикан упрям, как осел в огороде. Но не хлопочите обо мне. Рокси Мэллой не из тех, кто покидает тонущий корабль, я еще понадоблюсь вам для моральной поддержки. Готова остаться на ночь за бесплатно!

– Не знаю, как вас и благодарить!

– Можете начать, заварив чайку. – Рокси рухнула в кресло и скинула туфли. – И положите лишнюю ложечку сахарку для успокоения нервов. Я все думаю, как эти два божьих одуванчика едут в раздолбанном рыдване вашего муженька. Вот сломается колымага в чистом поле, и что тогда? Попомните мои слова, придется старику ночевать на заднем сиденье вместе с этой бабой. А поскольку он джентльмен старой закалки, утром наверняка решит, что его долг – жениться на ней. И неважно, что невестин папаша уже не будет гоняться за ним с ружьем.

– Буйное же у вас воображение. – Я предприняла попытку рассмеяться.

Увы, пока я ждала, чтобы чайник закипел, в голове у меня прокрутилось цветное кино: Папуля и Резвушка катят по Скалистой дороге в нашем престарелом хаинце, развалиться которому не позволяют «Суперцемент» и страх оказаться на свалке. Верх у нашей колымаги откинулся раз и навсегда. «Хайнц» походил на старого пса, который признает только своего хозяина. Стоило Бену сесть за руль, как машина резво мчалась по первому приказу, а если Папуля, не дай бог, попытается переключить скорости, колеса мигом отвалятся.

В свисте чайника мне мерещилось воркование Резвушки. Вот она просит Папулю ехать побыстрее, чтобы ветер развевал ее склеенные в «ирокез» локоны, и не сводит с попутчика горящего взгляда, кисточки на ее платье приплясывают от нетерпения… Папуля изо всех сил старается смотреть на дорогу. Один крутой поворот, другой, третий. Из-за туч выплывает луна. Что может быть уютнее и романтичнее старой машины под луной? Резвушку потянет на стихи… Господи! Я выключила чайник, чтобы в его шипении не слышать, как Резвушка предлагает Папуле прогуляться по бережку.