что у него еще родится сын, другой… Дети в приюте считали меня выскочкой, воспитательницы ненавидели. Но во всей этой тьме под названием «моя жизнь» была ты. Так недолго, но была. И с тобой я чувствовал себя дома даже в этой дыре. С тобой я чувствовал, что кому-то нужен, что кто-то готов заботиться обо мне, что меня кто-то любит. И когда ты заболела и настоятельницы не отправляли тебя лечиться, я ненавидел их. А когда тебя забрали, сказали, что ты умерла. Я потерял вообще все. Моя жизнь превратилась в одну сплошную темноту, до того как я снова тебя встретил.
Он посмотрел мне в глаза, у меня все расплывалось от слез.
— Кайл… — попыталась я, не зная, что могу сказать.
— И знаешь, Лина, — усмехнулся он, — самое обидное из этого, что для тебя я, как и для всех остальных, стал чужаком.
Каждое слово било точно в цель. Мне было больно, обидно, стыдно.
— Если для тебя это так важно, то, забрав меня, отец не показывал своим друзьям из высшего света. Он часто называл меня отребьем, когда был не в духе, и напоминал о той большой милости и удаче. Что когда-то моя мать раздвинула перед ним ноги. Я не крутился в высших кругах, так что лорд из меня только на словах. Ведь половина окружения отца вообще удивилась, что у него был ребенок. Но, должно быть, это ни на что не повлияет. Ведь в твоих глазах я просто надменный богатей.
Сказав это, он сморщился и отпустил мой подбородок. Я не выдержала навалившихся на меня чувств и сделала шаг вперед. Прижавшись к Кайлу и чувствуя, как бьется его сердце, я вцепилась в его рубашку и уткнулась в родную грудь.
— Ну прости меня, пожалуйста, прости. Я просто дура, Кайл. Мне было больно, а ты был рядом, я сорвалась, но мне так жаль, так жаль, что я не могу вернуться назад и забрать слова обратно, — говорила я все, что было на сердце.
Я никогда не задумывалась, каково было ему. Его жизнь казалась мне сказкой. Он красивый, богатый, с титулом.
Но, как оказалось, он был еще более несчастен, чем я. Почувствовала, как сильные руки прижимают меня к себе. Кайл уткнулся лицом в мои волосы.
— Ты ненавидишь меня? – спросил он.
Я всхлипнула и подняла голову, чтобы посмотреть в его глаза.
— Нет, конечно, нет, — уверенно сказала я. – Я люблю тебя, Кайл, я всегда тебя любила! Только тебя и никого больше…
Всего миг, и я оказалась прижата вплотную, его рот накрыл мой. И я ответила на поцелуй Кайла. Ответила с той же страстью и любовью, что были во мне.
В этот момент стерлись, всего на миг стерлись все прожитые годы, все несчастья. Стерлось все, остались только он и я, хотя бы на миг, и поцелуй, полный страсти и нежности. И я позволила себе хоть ненадолго раствориться в нем.
— Лина, выходи за меня замуж, — выдохнул он мне в губы.
Голова все еще кружилась, все казалось какой-то сказкой или сном.
— У меня дети… — снова проснулся голос разума. Он тихо шептал мне, что этого не может быть. Что это все сказка, такая же наивная, как и те, что я читала своим воспитанникам.
— Лина, просто ответь, ты хочешь за меня замуж? – снова спросил он, став серьезным.
— Кайл…
— Только «да» или «нет».
Я облизала пересохшие от ветра губы и не успела сказать хоть что-то, как он продолжил.
— Я восстановлю приют, — уверенно сказал он. — Вы с детьми не останетесь на улице, я сделаю все для вас, даже если ты откажешь. Но я хочу, чтобы на миг ты все выбросила из головы. Чтобы думала только о нас. Как тогда, много лет назад, ты клялась мне здесь в любви, и больше ничего, никаких «но». Только ты и я. Ты хочешь стать моей женой, Лина, навсегда быть вместе?
Его пальцы снова коснулись подбородка, он всматривался в мои глаза, словно боялся. Он действительно боялся, и это после всего. После нашей жизни в приюте, его признаний, его слов о том, что он поможет. Поможет мне и детям! Как он мог сомневаться?
Что после всего я могла ему отказать.
В голове снова проскользнули гадкие «но» про наше положение, мой возраст, внешность. Но я не стала их слушать. Ведь когда он смотрел на меня так, все действительно стиралось. Были только он и я.
— Да, — ответила я и улыбнулась, и комок внутри, что не давал дышать, что мучил, распустился, словно бутон. От него пошло тепло в каждую клеточку моего тела. Я улыбнулась. Кайл тоже. Он вздохнул.
– Да, — повторила я, понимая, что все делаю правильно. – Я хочу быть с тобой, я очень хочу быть с тобой, всегда!
Успела сказать я, прежде чем меня накрыло новой волной страсти и нежности, и в этот раз я позволила себе раствориться в ней уже навсегда.
Глава 23
Работы было много. Это только кажется, что огромный особняк подходит для жизни детей. Но на самом деле нужно сделать много вещей.
Покрасить комнаты в яркие цвета, закупить партию игрушек и книг. Проверить, все ли шкафы стоят прочно.
Этим мы и занялись в первую очередь. Ведь после поцелуев встали другие вопросы. Где жить? Куда переезжать?
И Кайл тут же предложил его особняк.
— Наш особняк, — напомнил он. – Я хочу, чтобы ты была рядом, Лина, и дети, я хочу, чтобы вы были рядом.
И я хотела быть рядом. Поняла, что теперь часть моего сердца принадлежит Кайлу и мне будет тяжелее уехать и проводить с детьми время. Это было бы мучительно — разрываться между ними.
Поэтому решение далось мне легко.
Мы переехали в тот же день. А уже на следующий мы с Кайлом и детьми стояли в храме перед служителем и давали друг другу клятвы.
Все было таким быстрым, головокружительным и нежным.
Детские улыбки. Их слова, что я самая красивая. Клятва Кайла и наконец наш дом. Новый дом, который теперь уже навсегда наш.
Во дворе мы посадили яблоню. Как заявил маг земли, она распустится уже к концу весны.
